Оксана Головина – Тени прошлого (СИ) (страница 28)

— Ты просила помощи. Так чем я могу помочь юной каэли? — спросила меж тем женщина.

— Я прошу простить мой внезапный визит, — заговорила Ванда.

— Ни к чему эти извинения, — Эйлиш предложила гостье присесть на диван, что Ванда и сделала, — я веду несколько уединённый образ жизни в это время года. Последняя пара лет буквально вынудила меня к этому.

— С чем же это связано? — поддержала беседу девушка.

— С началом занятий в академии Ард, конечно же, дорогая! — вздохнула Мюрн, садясь в соседнее кресло, — и с прибытием короля в Валмир. Боги! Город буквально сходит с ума в это время. Он полон проходимцев и не смолкает до утра! Не желаю участвовать во всеобщем помешательстве. Со всего королевства прибывают гости. Валмир перестаёт походить на тот чудесный старый город, каким он полюбился мне с детства. А всё приказ нашего правителя, будь он не… неудержимо счастлив…

Эйлиш прикусила губу, едва в пылу чувств не выказав неуважение к великому Ламону.

— Если бы Ард не перенесли в Валмир, всё оставалось по-прежнему, тихо и безмятежно, — продолжила она.

Ванда только нервно улыбнулась, не собираясь сообщать хозяйке дома, что являлась одной из студенток.

— Но вы впустили меня, не зная, кто я.

— Я достаточно эмпатична, дитя, — пояснила Мюрн, — и вполне могу определить, с какими чувствами ко мне явился человек. Твои эмоции были искренними. Поэтому я слушаю тебя.

— Я ищу одного человека, — Ванда немного подалась вперёд, сминая пальцами ткань платья, — от этого действительно зависит моя жизнь.

— И этот бант говорит тебе о том, что поиски увенчались успехом, не так ли? — Мюрн неспешно коснулась пальцами украшения.

— Да… — согласилась гостья.

— Я удивлена, — женщина поднялась с кресла, вновь прохаживаясь по гостиной, — но поскольку письмо велено передать тому, кто явится за украшением, то так и поступлю.

— Письмо? — Ванда также поднялась со своего места.

— Тот, кого ты ищешь, никогда не переступал порог этого дома. Но когда-то был знаком с моим отцом, и иногда балует гостинцами из столицы, по старой привычке. Видимо никак не поймёт, что мне самой впору баловать внуков. У него довольно эксцентричный характер и я привыкла к этому. Поэтому и не особо удивилась просьбе, — Эйлиш снова коснулась украшения, — попросил меня некоторое время поносить подарок. Прислал его как-то в начале месяца вместе с конвертом. Сказал, что камень покоя не даст кое-кому, кто явится за ним. А также велел отдать письмо и дождаться, пока его прочитают. В моём присутствии.

— Для чего? — удивилась Ванда.

— Полагаю, что хозяин украшения хочет знать, какова будет реакция на его послание.

Девушка поджала губы. Что за человек этот Деверукс? Она наблюдала за тем, как хозяйка дома отдавала распоряжение служанке, появившейся в гостиной по звонку колокольчика. Что же делать? Она должна была только опознать украшение, но не читать чужие письма. Как же выкрутиться? Ведь не отдаст, если не станет читать. Что ж, прости вредный Рэйван, придётся пойти на такой шаг. Но, с другой стороны, она может просто не говорить ректору о том, что прочла письмо. Маленькая ложь во благо… Ничего страшного ведь не произойдёт, верно?

Вернулась служанка достаточно проворно, неся блестящий серебряный поднос, на котором лежал небольшой простой конверт. Девушка поклонилась хозяйке, а потом, следуя её короткому велению, приблизилась к гостье. Ванде пришлось поблагодарить и принять письмо, в нерешительности замирая и глядя на Мюрн.

— Прошу, — жестом пригласила женщина, предлагая открыть конверт и ознакомиться с содержимым, — очень надеюсь, что известия окажутся благоприятными для тебя, дитя, и подарят успокоение.

— Благодарю, — Ванда рискнула послушаться и вытащила вдвое сложенный листок.

Осторожно она открыла его, глядя на размашисто исписанные строки. Девушка принялась читать, и с каждой строчкой всё больше задерживала дыхание, поддаваясь охватившему волнению. Ванда крепче сжала в пальцах листок, чувствуя, что руки дрогнули.

«Дерзкий мальчишка!» — буквально кричало каждое слово. Казалось, что даже слышала противный голос и видела отвратительного старикашку, благодаря которому так мучилась сейчас. Прерывисто вздыхая, она продолжила читать.

«Прими то, что своей судьбы мы не выбираем, как и ты не волен выбирать её. И только смерть будет убедительным оправданием твоего снятия с должности ректора Арда. Так что брось бесполезные поиски, и помни, что срок с каждым днём всё меньше. Я не оставлю камня на камне от Харландского замка, лишу отцовской земли, я лишу тебя всего, если не склонишь голову и не примешь мою волю. О твоей женитьбе должно быть объявлено до конца оговорённого срока.

Слышал, в этом году заканчивает академию дочь Эвота Шаелина. Чем не отличная пара, и достойный союз для рода Рэйванов? Даю тебе благословение на этот брак. Первый бал Арда будет подходящим моментом, чтоб заявить об этом».

Ванда в растерянности замерла посреди гостиной. У неё сложилось ощущение, будто действительно была обругана и оглушена громким голосом призрачного Деверукса Рэйвана. Боги… Так вот в чём интерес Кристиана. Он готов жениться на любой, лишь бы сохранить наследство и родовой замок? Она оказалась самой подходящей дурочкой для этой затеи? И что самое ужасное во всём этом — отец согласился. Дорогой отец согласился отдать её этому человеку!

Если ещё совсем недавно она наивно полагала, что хоть чем-то была особенна для Рэйвана, что чем-то смогла привлечь его, то теперь чужое письмо стало для неё откровением. Ивон ошибалась. Такой мужчина, как Кристиан Рэйван, мог заинтересоваться кем-то вроде неё только по одной причине: ничем не приметная, привыкшая жить вдали от столичной суеты, она станет отличной тенью. Той, кого можно преспокойно запереть в самой высокой башне замка, среди могильных туманов Харланда, и забыть навеки. Не бывать такому… Но что там писал старикашка о Дель Шаелин? Благословлял их? Ну и к хаосу! Они идеальная пара… Пусть делает предложение Дель, а её оставит в покое. Наверняка Кристиан так и поступит, когда прочитает письмо.

— Он ведь так и поступит?.. — прошептала в смятении Ванда, понимая, что ещё немного, и письмо просто вспыхнет в её руке.

— Что случилось, дорогая? — разволновалась рядом Эйлиш, видимо прекрасно чувствуя настроение гостьи, — плохие вести?

— Прошу прощения, — встрепенулась девушка, — сегодня… сегодня вы действительно спасли меня. Я так признательна вам. А сейчас должна покинуть…

Она должна бежать, иначе всплеск силы грозил подпалить дом участливой женщины.

— Что же мне передать ему? — Мюрн указала на конверт, — ты так взволнованна. Что же он написал? Я так надеялась, что это обрадует тебя, дитя.

— Я рада, — ломким голосом заверила Ванда, — мне просто иногда сложно сдержать мою… радость… А автору письма прошу передать, что они похожи куда больше, чем он думает.

Распрощавшись с хозяйкой дома, тщательно спрятав письмо обратно в конверт, а также подавив нестерпимое желание разорвать его, Ванда вышла на крыльцо. Она не сомневалась, что повелитель нежити наблюдает за нею. Но сейчас должна сдержаться, как бы сложно это ни было. Рэйван не должен узнать, что ей известно содержание письма. Только бы удалось толком успокоиться. Ведь ещё должна как-то убедить его отдать ей заветный свиток.

Кристиану казалось, что сам воздух плавился вокруг девчонки, спускавшейся по ступеням крыльца. И отчего спичка была так зла? Хозяйка дома чем-то довела? Что же ей удалось узнать? Его терпение было на пределе, но пришлось сдержаться. Обсуждать что-либо в присутствии томаринца он не собирался. Вир и ещё двое его людей уже ожидали возле экипажа, что находился в начале аллеи. Нужно забирать свою сообщницу и убираться с этой части города.

Раскрасневшаяся, Ванда приближалась к ним, сминая какую-то бумажку в руке. Неожиданно для самого себя, Кристиан почувствовал, что испытывает некую гордость за малышку. Справилась. Умница. Даже если ничего не узнала, то всё же смогла войти в дом. Похвалу заслужила…

— Ты решил превратиться в верного пса, томаринец? — не поворачивая к нему головы, проговорил Рэйван, — она жива и здорова. На то, чтоб убраться отсюда, даю одну минуту. Я, так и быть, отпущу, раз за тебя так просила Ванда. Но в следующий раз не рассчитывай на подобную удачу.

— Ты тоже, Рэйван, почаще оглядывайся, — хмыкнул Яр.

Убеждаясь в том, что «хозяйка» вполне цела и невредима, разбойник накинул капюшон и растворился в густых зарослях колючего шемшеля. Его лошадь осталась у храма, и нужно было за нею вернуться. Собирался вернуться он и за девушкой, которую доверил некроманту.

Яр по-прежнему хранил веру в то, что именно Рэйван что-то напутал, и она не имела никакого родства с проклятым Синхелмом. Это не могло быть правдой. Если есть в этом мире хоть капля справедливости, если боги смилостивились и устали посылать на его родные земли горькие испытания, то он отыскал давно утраченную надежду. Он отыскал потерянное «сердце» Томарина.

Глава 23

Актриса с неё вышла жалкой, но некое чувство опустошённости не дало подпалить экипаж, который двигался в сторону Арда по людным улицам города. Кристиан поблагодарил её за «подвиг», но она не прониклась, теперь воспринимая каждое его слово как очередную попытку вынудить играть по собственным правилам. Так и параноиком стать недолго! Ванда немного повернула голову, наблюдая за тем, как сидящий рядом мужчина развернул письмо деда, хмурясь и читая несколько возмутительных строк.