Оксана Головина – Хроники Тёмных. Мой любимый демон (СИ) (страница 47)
— Как посмела ты, девчонка, ослушаться моего слова?! Как посмела подвергнуть опасности сына повелителя?! — Тамара открыла потайную дверь, и только тогда судорожно выдохнула, чуя отрывистое дыхание Марселя.
Стоило ведьме подбежать к нему, всё стало ясно. Она взволнованно поджала губы, убирая мокрые волосы со лба юноши. Марсель приоткрыл глаза, но не видел ничего вокруг.
— Жар-то, какой… — Тамара схватила свою сумку извлекая из неё сосуд с драгоценной кровью.
Она подхватилась с места и направилась к своему столу. Её руки мелькали над ним, расставляя всё нужное. Необходимая чаша для исцеляющего зелья стояла слишком далеко. И кто умудрился поставить её на полку? Гостья похозяйничала! Тамара протянула руку и чаша, немедленно подчиняясь, соскользнула с полки, падая в её ладонь.
Ведьма принялась смешивать, выливая в неё содержимое принесённого сосуда. Осторожно, боясь проронить хоть каплю, Тамара убедилась, что бутылочка пуста, и кинула её в горящий камин. Глаза женщины потемнели, теперь она шептала своё заклинание, и водила над самой чашей рукою, чертая свои знаки. Стоило ведьме закончить, она умолкла, и кинула взволнованный взгляд на своего раненого гостя.
— Что вы сотворите, когда придёте в себя?.. — Тамара, зная нрав своего господина, была искренне напугана.
Она приподняла голову Марселя, и поднесла чашу к его губам.
— Пейте. Пейте!
Молодой человек снова попытался открыть глаза, но ведьма грубо, не смея больше ждать, влила ему своё варево. Тёмно-алая жидкость потекла по подбородку Лефевра, но Тамара настойчиво продолжала, пока не убедилась, что он сделал несколько глотков. Затем опустила голову юноши и поставила пустую чашу рядом с собой.
Теперь оставалось ждать. Ещё немного, и повелитель разгромит её бедное жилище. Тамара вздохнула, чуток отодвигаясь, как будто это могло её спасти от гнева разъярённого демона, пусть и лишённого своих сил.
Сначала дыхание Марселя успокоилось, он уже не вздрагивал, и не стискивал простыни руками. Ведьма глядела, как сходили с его лица и тела синяки, словно стирались ссадины, и принялась затягиваться и заживать рана на плече. Ещё пара минут, и Лефевр глубоко вздохнул, открывая свои яркие глаза. Он некоторое время изучал лицо Тамары, будто увидел впервые, и женщина уже стала волноваться, не перепутала ли чего в спешке.
— Есть что-нибудь на этом свете, чего ты боишься, ведьма? — глаза демона сузились от негодования, — я запретил тебе являться к отцу!
— Мой господин желает вернуться к своему жалкому состоянию? — Тамара поднялась за ним следом, едва Марсель соскочил на пол.
— Не испытывай моё терпение! Стой… — молодой человек резко замер, и ведьма заметила, как сжались в кулаки его руки, — ты уходила из дома!
— Да… — Тамара сжалась от предчувствия, понимая, что её ожидало.
— Маргарита! — Марсель повертелся в комнате, выискивая взглядом девушку, — где ты, чёрт возьми?!
— Её нет здесь, господин, — ведьма немедленно выставила защиту, отгораживаясь от пришедшего в ярость хозяина.
Невидимая стена пошла искрящимися волнами в том месте, где демон коснулся её, пытаясь схватить напуганную женщину.
— Ты посмела оставить её! — взревел Марсель, от злости сметая всё со стола на пол, — как ты посмела?!
— Я служу вам, и вашему отцу, Дамиан. Я обязана была позаботиться о вашем здоровье, господин!
— Где она?!!
Один из шкафов полетел на пол. Десятки бесценных сосудов разбились, осыпая деревянный пол разноцветными осколками.
— Её забрали люди Ордена, — Тамара зажмурилась, стоило стулу пролететь совсем рядом с ней.
Её жалких сил не хватит, чтоб сдерживать защитную стену дольше. Если Марсель не прекратит, то просто убьёт её.
— Господин!
— Когда?! Сколько времени прошло?!
— Они ничего ей не сделают, господин. Она бесценна для них…
— Ты совсем ничего не понимаешь, глупая ведьма?!! Не болит! — прокричал Лефевр срывающимся голосом, и ударил себя кулаком в грудь, — мне не больно!!
— Кровь отца исцелила вас. Вы здоровы, конечно же, вы не ощущаете боли, — попыталась вразумить его женщина, выставляя руки перед собой.
Защита сверкнула, переливаясь радужными волнами, и угасла, рассыпаясь жалкими искрами.
— Глупая Тамара!! — Марсель схватил рубашку, из свёртка принесённой ею одежды, и быстро накинул её, застёгивая на пару пуговиц.
Лефевру было плевать, что он перепутал петли. Сейчас волновало другое. Ему не становилось хуже, он не ощущал ровным счётом ничего, если не брать в расчёт пожиравшую изнутри ярость. Даже рад был тому, что лишился сейчас сил, иначе просто убил бы стоявшую в углу ведьму.
— Она погибнет там, независимо от их действий! Им даже ничего предпринимать не потребуется!! Заклятье убьёт её, Тамара! — Марсель не стал дожидаться того, что хозяйка дома собиралась ему сказать.
Тамара кинулась вдогонку, забывая про свои страхи, но молодой человек зло захлопнул перед её лицом двери, веля оставаться на месте.
— Ну почему вы никогда не слушаете?! — ведьма в бессильной ярости ударила ладонями по двери, — вы глупый мальчишка!
Марсель выбежал на улицу, оглядываясь по сторонам. Где? Куда?! Проклятая сила! Проклятая! Он зарычал, снова яростно озираясь в поисках нужного пути, и тогда его взгляд упал на окна. Что-то едва шевельнулось на одном из них. Стекло блеснуло на солнце, не давая толком разглядеть. Лефевр подошёл ближе, хмурясь и пытаясь разглядеть. Амсир… эту магию он мог видеть и без своей силы. Сверкнув лёгкими крыльями, с подоконника вспорхнула синяя бабочка.
— Маргарита…
Она села на плечо Марселя, потом сорвалась вперёд, взмахивая тревожно крыльями, и снова вернулась к нему. Теперь он понял, что его звали следом.
Глава 32
— Вам плохо?
Сазонов разлепил глаза, не понимая, что от него хотят. Голос над головой повторился. Михаил сфокусировал взгляд на человеке, который склонился к нему с тревогой на лице. Чёрт… сколько тут провалялся?! Шатаясь, он поднялся и, опираясь о стену, махнул человеку рукой:
— Я в порядке. Вчера наверно лишнего выпил… — лицо Сазонова исказилось от резкой боли.
Голова грозила расколоться. Прохожий оставил его в покое, сетуя на безнравственность современной молодёжи, а Михаил поднёс ладонь к лицу, пытаясь разглядеть её. Чёрная. До сих пор. Он со стоном выдохнул, понимая, что его вчерашние действия могли иметь куда более отвратительные последствия, чем «отравление» тёмной жизненной силой.
Сазонов выровнялся, заставляя себя стоять самостоятельно, и принялся откатывать рваные рукава рубашки. Он провалялся всё утро и упустил отличную возможность вернуться в темноте, не привлекая к своей персоне лишнего внимания. Всё внимание сейчас было лишним. Михаил огляделся в поисках достойного пути отступления.
То, что здание академии находилось в старой части города, немного сыграло на руку. Днём здесь мало народа. Все устремляются в центр. Но дом находился вообще за чертой города. Михаил похлопал себя по карманам. Ага, ну как же, в тот момент он именно о мобильнике и думал. Но, нужно было вызвать такси, или собственного водителя.
Нет, никакого такси. Сазонов, едва переставляя ноги, поплёлся вдоль дома, щурясь от разгулявшегося солнца. Стоило сделать несколько шагов, как голова пошла кругом и снова пришлось придерживаться рукой о стену. Михаил прижался к ней лбом, и прикрыл на минуту глаза… Его слуха коснулся звучавший невдалеке смех. Дети играют. Нужно убираться отсюда… но всё же…
Сазонов медленно повернул голову, не отрывая её от стены, и глянул во двор, располагавшийся между парой пятиэтажек. Несколько девочек, лет восьми — десяти, толкались на скамейке, громко слушая глуповатую песню, звучавшую из динамика яркого телефона. Телефон…
— Я гад… — Михаил мысленно чертыхнулся, оторвался от своей опоры, и шагнул в сторону двора.
Стоило ему показаться у детской площадки, как разноцветная мелочь разбежалась со звонким визгом во все стороны. Сидеть на краю скамейки осталась только хозяйка телефона. Один наушник выпал из её уха, и девочка с удивлением оглядела подошедшего незнакомца.
— Можно, я позвоню? — произнёс Сазонов неожиданно хрипло, боясь, что совсем испугал ребёнка.
— Ладно, — девочка достала и второй наушник, — ты зомби?
— Угу… — Михаил выдавил горькую улыбку, и попросил положить телефон на скамейку.
Прикасаться к ребёнку он не смел. Девочка на удивление послушно, выполнила просьбу, и молодой человек поднял яркий мобильник.
Он набрал нужный номер, кинул пару слов своему шофёру, оглядываясь и давая свои примерные координаты. Благо крыша академии чернела в ясном небе и отсюда.
— Спасибо, — Михаил вернул телефон на место и, пряча руки от шустрого взгляда хозяйки, проговорил, — никогда не разговаривай с незнакомыми зомби во дворе. Ты поняла?
Сазонов не стал ждать ответа ребёнка и пошёл прочь.
— Кто бы, тогда бы, тебе бы, помог бы? — догнал его звонкий голос девочки.
Михаил усмехнулся, не оборачиваясь. Дети — удивительные создания. Их реакция на многие вещи, так отличалась от взрослых. Молодой человек смог дойти до края дворика, останавливаясь на углу, и имея отличную возможность наблюдать за дорогой, при этом оставаясь в безопасном одиночестве.
Он снова опёрся о стену, и теперь успокаивал дыхание. Оно, как и голос было хриплым, тяжёлым. Сазонов подышал так немножко, и почувствовал некоторое облегчение.