Оксана Чекменёва – Место, где живёт счастье (страница 22)
– Так, приехали, – заезжая на стоянку возле большого современного здания, сказал Кристиан, отвлекая меня от не самых весёлых дум. – Это недолго и, уверяю тебя, совсем не больно, у сестры Грейди очень лёгкая рука.
Когда мы заходили в просторный светлый вестибюль, я едва удержалась от того, чтобы не раскрыть рот – я бывала в нескольких больницах, ещё больше видела в разных фильмах и сериалах, но такой спокойной, располагающей атмосферы не припомню. В просторном холле, отделанном в жёлто-зелёной гамме, стояло несколько мягких кресел цвета мха и пара столиков с журналами, справа – стойка регистратуры, возле которой стояло двое посетителей, сбоку от неё – пара справочных экранов, на одном из них какой-то человек искал нужную информацию. Играла очень тихая спокойная инструментальная музыка.
– Здесь так… уютно и тихо, – пробормотала я.
– Экстренное приёмное отделение, куда привозят больных на скорой – с другой стороны здания. Вот там порой бывает настоящий дурдом, уж поверь. А здесь вход для тех, кто, как и мы, пришёл планово. Поэтому здесь так спокойно.
Кристиан махнул рукой девушке за стойкой и провёл меня малолюдными коридорами в один из кабинетов на первом этаже. Там нас уже ждала пожилая медсестра, ловко и, действительно практически безболезненно, взявшая у нас кровь. Сообщив, что результаты будут готовы минут через двадцать, она ушла куда-то с нашими анализами.
– Думаю, нам лучше подождать в кабинете Джеффри, там намного уютнее, чем здесь, спокойнее, чем в ординаторской, и уединённее, чем в холле, – предложил Кристиан.
Я, в принципе, была готова отправиться с ним куда угодно, поэтому не возражала. Поднявшись на пятый этаж, мы миновали секретаршу и вошли в просторный кабинет, где нас радостно поприветствовал Джеффри, которому невероятно шёл белый халат.
– Хорошо, что вы меня застали, – сказал он после того, как мы поприветствовали друг друга. – Вот, Кристиан, подпиши-ка здесь.
– Надеюсь, я только что не переписал на тебя все свои акции? – ухмыльнулся Кристиан, не глядя поставив роспись там, куда ткнул ему Джеффри, что говорило о полном доверии между братьями.
– Нет, – хохотнул Джеффри. – Зачем мне твои акции, мне свои девать некуда. Просто я аннулировал твоё увольнение, а подписал ты заявление на отпуск. Вот оформите опеку, тогда и уволишься, а сейчас тебе лучше иметь официальную работу, и не важно, сколько денег у тебя на счетах. Особенно учитывая, что о большинстве из них государству знать не обязательно.
– Это верно, – кивнул Кристиан. – Какие новости от Гейба? Я с ним переговорил минуткой и всё.
– У Гейба всё схвачено. Получите результаты анализов, езжайте с ними в мэрию. Там идёте в сто восемнадцатый кабинет, отдаёте их, ставите пару подписей, забираете разрешение на брак – и свободны. Можете заниматься своими делами.
– Нам платье нужно купить, вещи Джинни перевезти, так и день пройдёт.
– Ты её, главное, хотя бы за час до свадьбы домой привези, там Рэнди бурную деятельность развела, и, как минимум, визажист будет обязательно, а на это время нужно. Женщины…
– Мы успеем, правда, Джинни? – Кристиан приобнял меня за плечи. Я лишь молча кивнула, слегка ошарашенная количеством выплеснувшейся на меня информации. Акции, счета – Кристиан что, настолько богат? Бурная деятельность Рэнди, визажист этот – что-то мне слегка поплохело от перспективы. И эти связи Гейба в мэрии… Кажется, меня снова начало затягивать в кроличью нору.
– Тогда удачи вам. Сейчас убегаю, дела, так что до встречи дома. Кстати, Джинни, замечательно выглядишь. Это я тебе и как мужчина, и как врач говорю. Бледность ушла, синяки тоже, румянец появился. Ещё пару фунтов набрать не помешает, но это за один день не получится. Конечно, анализы проверить нужно, так, для успокоения, но насколько я чувствую – болезнь ушла.
– Джинни сегодня сама кровь выпила! – гордо сообщил Кристиан. – Почти целый стакан!
– Ты молодец, – в глазах Джеффри появилось искреннее уважение. – Джулии понадобилось несколько лет, чтобы отказаться от переливания. Ладно, побежал я, увидимся вечером. Кристиан, закроешь потом кабинет.
Я и моргнуть не успела, как Джеффри уже стоял возле двери, без халата, зато с какой-то папкой в руке. Махнув нам на прощанье, он вышел, аккуратно прикрыв дверь, и мы остались одни.
– Как он?.. Ах, да, он же быстро двигается, – пробормотала я растерянно.
– Выглядит с непривычки, наверное, странно, но ты привыкнешь, обещаю, – подводя меня к дивану, садясь на него и усаживая меня на колени, ответил Кристиан. – Джинни, хорошая моя, думаю, пришло время кое-что обсудить. Похоже, мы с тобой несколько по-разному смотрим на одни и те же события. Я правильно понял: ты решила, что наш брак – это нечто временное? Только ради Арти? Так?
– Так, – я глядела на свои руки, лежащие на коленях, стесняясь посмотреть Кристиану в лицо.
– Маленькая моя, глупенькая девочка. – Он прижался щекой к моим волосам и стал легонько меня покачивать. – Могу представить, что именно ты себе напридумывала. А я, глупый, сразу не сообразил, я же знал, что ты ко мне чувствуешь.
– Знал? – мне захотелось заползти под этот диван и остаться там навеки, так мне стало вдруг неловко. – Неужели, это было так заметно.
– Нет. Ты очень хорошо умеешь скрывать свои чувства. Но я просто это знал, потому что сам испытывал то же самое.
– Правда?! – а вот теперь я вскинула голову, чтобы увидеть лицо Кристиана, его глаза. И то, что я увидела в них – невероятную нежность, заботу, – заставило меня замереть, не дыша. Потому что теперь я ясно видела в них то, во что не решалась, не позволяла себе поверить – любовь.
Любовь ко мне – невзрачной, болезненной, тощей. Он смотрел на меня так, словно я была прекрасной принцессой, олимпийской чемпионкой и нобелевским лауреатом одновременно. Это было в его глазах и прежде, именно так он смотрела на меня с самой первой минуты, но я не позволяла себе это увидеть, объясняя всё его добротой, жалостью, чем угодно. Я сама, САМА не позволяла себе увидеть!
– Но… Но как? Почему? Как же ты… – Вопросы кружились в голове, не складываясь в слова. Но Кристиан меня понял.
– Откуда я знаю, что мы испытываем одно и то же?
– Да, – выдохнула я с облегчением.
– Потому что мы – половинки, Джинни.
– Половинки?
– Да. Это невероятно редкое явление, случается далеко не со всеми. И сейчас я тебе всё об этом расскажу.
Глава 8
Редчайший феномен
Кристиан откинулся на спинку дивана, поуютнее пристроил мою голову на своём плече и заговорил.
– Я узнал об этом явлении совсем недавно, когда Рэнди вошла в нашу семью. Оказалось, в её роду об этом знали давно, собственно, всегда, для нас же подобное стало открытием, хотя две подобные пары на тот момент у нас уже существовали, Рэнди и Гейб стали третьей. Видишь ли, Джинни, браки в нашей семье всегда заключались по очень большой любви, поэтому мы и не догадывались о подобном феномене, даже видя его воочию.
– О феномене? – не сдержала я любопытства.
– Да. Половинки – так мы называем тех, кто был связан судьбой, и чья встреча обязательно происходит, пусть даже самыми невероятными путями. Это практически то же самое, что и любовь, только... в десятой степени, если можно так сказать. Когда половинки встречаются, им достаточно одного взгляда в глаза и одного прикосновения, чтобы всё понять, чтобы ощутить эту невероятную связь, то, что ты почувствовала вчера. Я почувствовал то же самое, но, в отличие от тебя, я знал, что произошло. Но я побоялся сказать сразу, решил дать тебе какое-то время, чтобы привыкнуть ко мне, освоиться со своим чувством, потому что понимал, как для тебя всё это странно. Но, в любом случае, я больше не собирался отпускать тебя. Никогда.
– Ты поэтому привёз меня к себе домой? – спросила я, пытаясь осмыслить всё сказанное.
– Да. Твои раны дали мне прекрасный повод, хотя мне и больно было их видеть. Если бы не они – я бы придумал что-то ещё, не важно что, любую причину не отпускать тебя.
– Я бы поехала с тобой без всякой причины, – призналась я, уткнувшись носом ему в плечо. – Если бы ты просто сказал: «Поехали». А если бы не сказал… Я не знаю, что бы со мной стало.
– Мы никогда не расстанемся, клянусь. Никогда больше. Мне жаль, что я сразу тебе ничего не сказал. Я должен был всё рассказать тебе ещё вечером, но мне и в голову не приходило, что ты не догадываешься о моих чувствах. Я старался демонстрировать тебе их постоянно, и видя, как ты льнёшь ко мне… В общем, прости, я дурак.
– Не говори так. Ты же не можешь читать чужие мысли. Или можешь? – кто знает, чего ещё я не знала о Кристиане.
– Нет, этого я точно не умею. И вряд ли когда-нибудь буду уметь, это нашей семье не свойственно.
– А то, что умеют твои братья, ты тоже сможешь?
– Не всё. Дар Джеффри видеть боль – индивидуален. Но быстро двигаться, так, что человеческий глаз не заметит – смогу. Сильным стану, очень сильным, исцеляться буду быстро, ну и ещё разное по мелочи, долго перечислять.
– Как Супермен?
– Ммм… Летать определённо не смогу, взглядом металл плавить – тоже, что он там ещё умел? Сквозь стены видеть – точно не смогу, а вот слышать – легко.
– Потрясающе! – я была восхищена, но ни капельки не удивлена, почему-то. И уж точно не напугана, чего нет, того нет.