Оксана Беляева – Я больше не сильная (страница 2)

Третий:

– Ты осознаёшь, что если я стану твоим мужем, тебе придётся нести энергетическую ответственность за весь мой род?

Четвёртый:

– Ты ведь в курсе, что тебе придётся взять мою фамилию. Это принципиально.

И вот тут я сказала:

– Да.

Просто «да». И в этот момент у Володеньки, кажется, закончились отмазки. Как будто сценарий оборвался на самом интересном месте.

Вообще, если честно, меня долго мучил вопрос: почему взрослые мужчины так боятся этого самого ЗАГСа?

Хотя, если быть совсем честной – я встречала и женщин, готовых съесть собственный паспорт, лишь бы не оформлять отношения официально.

Так что дело, видимо, не в штампе.

А в том, что ЗАГС – это не про любовь. Это про выбор без возможности съехать на «потом». Про «я здесь». Про «я остаюсь». Про «я беру ответственность не потому что обязан, а потому что решил».

И вот это пугает.

Не обязательства как таковые. А невозможность больше прятаться за красивые формулировки.

Володенька боится. Я это вижу. И уважаю. Потому что он не бегает. Не врёт. Не делает вид, что «ему и так нормально».

Он просто честно боится – и при этом остаётся рядом.

А я… Я больше не хочу спасать. Не хочу уговаривать. Не хочу быть той, кто «ну давай ещё чуть-чуть подождём». Я выбираю не отсутствие страхов. А присутствие честности. И если уж мы идём в эту комнату страха под названием «официально», то только с открытыми глазами. И вдвоём.

В первый раз – добровольно

С Володенькой я пойду в ЗАГС добровольно. В первый раз.

И вот от этого мне самой немного смешно. И странно. И тепло.

Я даже подумываю купить себе платье. Прямо настоящее. Ну хоть что-нибудь беленькое.

Потому что, как ни крути, свадебного платья в моей жизни ещё не было.

Фату брать не буду – не девственница, как говорится. Тут без иллюзий. Но платье… Платье – возможно.

Моя первая и пока что единственная свадьба случилась по залёту. Без романтики. Без «он встал на одно колено». Без «я сказала да и заплакала».

Вы же помните, писала: моя самая первая беременность не привела к появлению кого бы то ни было на свет. Зато привела к раннему избавлению от беременности и к такому количеству проблем со здоровьем, что врачи всерьёз говорили о бесплодии.

Ошибки молодости – они такие. Громкие. Болезненные. С долгим послевкусием.

И, как вы понимаете, услышав в юные годы «детей у вас, скорее всего, не будет», я тут же решила, что детей у меня будет много.

Психология, здравствуй.

Поэтому, когда случайный секс с бывшим одноклассником после вечеринки выдал на тесте две полоски, я была счастлива.

Беременности – да. Человеку, от которого она произошла – нет. И в моей голове даже не мелькала мысль о свадьбе. Вообще.

Но у моей родни было своё мнение.

– У ребёнка должен быть отец, – заявили они хором. – Иди и говори новость своему однокласснику. Хотя одному Богу ведомо, как тебя угораздило переспать именно с ним, это ж…

Да, моё семейство тоже прекрасно понимало, что мы с «женихом» – люди с разных планет. Но устои победили.

Я сообщила будущему отцу об его отцовстве. Он радостно крикнул: – Да!

И побежал свататься.

Дальше всё было быстро, чётко и без сантиментов. Родня похлопотала. Оплатила минимальный пакет «Свадьба торжественная». И уже на четвёртом месяце беременности я стала дамой замужней.

Без восторга. Без ожиданий. Без ощущения «это навсегда».

И вот тут логичный вопрос: а где платье? А где фата?

А не было.

Я выбрала белый брючный костюм. Потому что счастья эта церемония у меня не вызывала. А фата… Ну вы поняли. Не девственница.

Это был не праздник выбора. Это был акт соответствия. Я тогда выходила замуж не «потому что хочу», а «потому что так надо».

И вот теперь, спустя годы, развод, жизнь, детей, опыт, ошибки и честность с собой, я стою перед совершенно другим решением.

Иду в ЗАГС не из долга. Не из страха. Не потому что «пора». А потому что хочу.

Без залёта. Без давления. Без семейного хора за спиной.

В первый раз – добровольно.

И знаете что? Вот ради этого ощущения платье, пожалуй, можно купить.

Даже без фаты.

Платье = вызов

Но есть нюанс. Платье – это сложно. Для меня. Сейчас.

Я с детства была пацанкой. И, если копнуть глубже, это не просто «характер». Моя мама плакала, когда узнала, что родилась не мальчик, а я. Вероятно, где-то там всё и началось.

Я дружила с мальчишками. Носилась, лазила, падала, вставала. Постоянно слышала: – Оксана, ну ты же девочка!

И каждый раз после этой фразы хотелось сделать что-нибудь максимально недевочковое. А ещё была бабушка, которая с упорством, достойным лучшего применения, норовила одеть меня в платьице и подстричь под горшок. Но это, как говорится, уже другая история и отдельная терапия.

Брюки я полюбила рано и навсегда. Брюки – это свобода. Устойчивость. Опора.

Хотя, конечно, в юности был этап. Гормоны, Москва, институт. Мини-платья. Шпильки. Даже в метро. Я училась на факультете автомобилестроения и была там единственной девочкой. Да-да, девчонки, наматывайте на ус.

Это был не стиль. Это был бунт. Попытка доказать себе и миру, что я ещё и секси-чика, между прочим.

Потом был брак. И там любовь к брюкам укоренилась окончательно. Когда тебя изводят сценами необоснованной ревности, ты готова хоть в брюки, хоть в паранжу, хоть в мешок из-под картошки одеться – лишь бы не отсвечивать.

Так что да. В брюках мне комфортно. Особенно в джинсах. Это моя форма безопасности.

И вот теперь – свадьба. Добровольная. Сознательная. И вдруг – платье.

Хочется. Честно хочется. Но внутри голос: «Я очкую, Славик».

Потому что мне уже не 16. И даже не 29. А за последний год я изрядно набрала в весе – спасибо спокойной жизни и гормональной перестройке организма.

Нет, я не гиппопо. Кстати, замечали, что дамы именно этой комплекции обожают платья в облипочку? У меня всего лишь 68 кг при росте 164. Не идеал, но вполне себе.

Но страшно.

Платье – это не про фигуру. Платье – это про видимость. Про то, что тебя видно. Что ты не прячешься, а выходишь в мир. Не в броне, а в уязвимости.

И вот тут мне приходится честно признаться: я боюсь не платья. Боюсь разрешить себе быть женщиной не для кого-то, а для себя.

Платье в 48 – это не про смелость. Это про разрешение. Разрешение не быть удобной. Не быть защищённой. Не быть «правильной».

А просто быть.