Оксана Бармак – Колдовская книга. Том 1 (страница 10)

– А, да, точно! – спохватился Владислав, протягивая коробку. – Вот знаменитый бельгийский шоколад.

– Прекрасно, – Варя цапнула коробку, взяла его под руку и потащила к кафе. – Пойдём, перекусим чего-нибудь. Я страшно проголодалась. Врач сказал, что для восстановления здоровья мне надо есть чёрную и красную икру, осетрину. В этом кафе как раз отличные бутерброды с икрой и уха из стерляди. Только платить я буду сама за себя.

– Не говори ерунды, – возразил Владислав.

Глава 6

В свете заходящего солнца коляска на мягких рессорах, запряжённая двумя рысаками, катилась по аллее вдоль северной стороны поместья. Вокруг разносилось цоканье лошадиных копыт о брусчатку и мелодичный звон поддужных колокольчиков. Бородатый кучер в чёрном кафтане и кучерской шляпе, сидевший на козлах, лениво погонял лошадей плетёным кнутом, придерживая вожжи и натягивая их на поворотах. Фонари с гранёными стеклами, укреплённые по обе стороны от кучера, сверкали красными бликами. Они красиво преломляли свет, когда в них зажигались свечи и являлись подобием современного ксенона. Изнутри коляска была богато отделана зелёным бархатом и вышивкой канителью – тонкой металлической золотой нитью. Вне себя от счастья Аделина Карловна Аронова, мать Владислава, восседала в коляске с видом царственной особы, разряженная в платье с атласным коротким лифом с белыми рукавами и глубоким декольте, подчёркивающим внушительную грудь. Длинные чёрные вьющиеся волосы и тонкие правильные черты лица соответствовали выбранному образу знатной дамы из прошлого. На белой кисейной юбке имелся бант сзади на кушаке. Наряд девятнадцатого века дополняла шляпа из черного шелка с бархатным дублюром и эгретом фантазии, а также туфли с закруглённым миндалевидным носком, бантиком на союзке на невысоком каблуке-рюмочке. Её муж, Олег Дмитриевич был, напротив, в мрачном настроении и необычайно молчалив. По воле жены ему пришлось надеть длинный сюртук из толстого белого пике с отложным воротником и панталонами в обтяжку, сапоги до середины голени. На шее красовался платок, завязанный бантом, а на голове полуцилиндр из шёлкового плюша. Невысокий, коренастый, упитанный с широким лицом и водянистыми глазками, глядевшими на мир цепко и жёстко, он аккуратно зачёсывал набок свои светлые с проседью волосы. В своем наряде Олег Дмитриевич смотрелся достаточно органично – типичный помещик. Однако это его не радовало. Мужчина с нетерпением ждал окончания спектакля.

– Ах, как прекрасен этот вечер! – восхитилась Аделина Карловна, сверкая тёмно-карими глазами и помахивая веером. В другой руке она держала открытый зонтик. – Такая свежесть после дождя!

– Угу, – пробормотал Олег Дмитриевич и подумал, что ставить жену директором театра было ошибкой. С одной стороны она отлично справлялась с делом, умело выбивала деньги из бюджета, проводила закрытые спектакли с клубничкой для избранной публики и даже организовала на базе театра публичный дом, где жрицы любви и клиенты щеголяли в костюмах различных эпох, и была разработана целая программа ролевых игр. Идея очень полюбилась страждущим и в бордель потянулись даже из соседних областей состоятельные клиенты и представители богемы, пресыщенные обычным сексом. К этому присовокупилась торговля наркотиками, а также «элитный алкоголь», который производился умельцами на ликёроводочном заводе, принадлежащем Олегу Дмитриевичу. Предприятие жены давало меньше денег, чем рынок, который он контролировал, но позволяло обзавестись нужными связями, организуя элитный отдых чиновникам, приезжавшим в областной центр с проверками. Жирный минус – это то, что жена постепенно стала перетаскивать ролевые игры к ним в дом. Адель обожала Чехова и решила устраивать каждую субботу Чеховские вечера. К делу жена подошла серьёзно, приобрела лошадей, антикварную коляску, пошила себе и всей прислуге исторические костюмы и стала разыгрывать настоящие спектакли. Олег Дмитриевич вначале противился и сбегал из дома, пока всё не закончится, но однажды согласился, потому что был выпивши после деловой встречи. Ночью жена отблагодарила его столь бурным сексом, что он решил: «Хрен с ним, можно и потерпеть немного ради такого». Если б можно было обойтись без спектакля вначале, то вообще всё было идеально. Однако Адель заявила, что Чеховские вечера вдохновляют её, и без них ничего не получится. Олег Дмитриевич терпел и подсчитывал расходы на доплаты прислуге, покупку аксессуаров и другое, что сопутствовало субботним мероприятиям.

Коляска остановилась перед входом в старинный особняк в классическом стиле, принадлежавший когда-то помещику Карманову, а теперь семье Ароновых. Двухэтажный дом с мансардой был щедро декорирован карнизами, рустами, пилястрами, балюстрадами, барельефами. Кровля из керамической черепицы. Террасы в два уровня оформляли колоннады. На главном фасаде колонны поддерживали балкон с балюстрадой и треугольный фронтон с узорным тимпаном, содержащим герб владельца усадьбы, а колонны заднего фасада подпирали куполообразную крышу террасы.

По лестнице спустился готовый к съёмке фотограф. Кучер проворно соскочил с козел, открыл дверцу для Аделины Карловны и помог ей спуститься. Олег Дмитриевич вылез сам. Он не терпел всех этих церемоний.

– Олежа, подойди сюда, – поманила его жена. Олег Дмитриевич нехотя подошел. Аделина Карловна приобняла его и скомандовала фотографу: – Снимай!

Когда фотоссесия была закончена, она сообщила кучеру, что коляска сегодня больше не понадобится и под ручку с мужем величаво пошла к дому. Фотограф следовал за ними и делал снимки. Телохранитель Семён Гладков, двухметровый детина, наряженный на старинный манер, с наклеенной окладистой бородой и пышными усами, распахнул перед ними двери главного входа. Он картинно поклонился, а затем отступил, пропуская господ. Глаза при этом у мордоворота смеялись, да и сам он буквально лопался от смеха, наблюдая мрачное лицо шефа. Олег Дмитриевич глянул на него волком, и телохранитель поспешно отвернулся, делая вид, что изучает окрестности.

– Душенька, сейчас будем пить чай в гостиной на втором этаже, а то на террасе уже прохладно, – радостно прощебетала Аделина Карловна, – Грунька уже накрыла, должно быть… Я ей наказывала перед поездкой.

Весь пунцовый, Семён глухо хрюкнул и закашлялся.

– За мной, – процедил телохранителю злой Олег Дмитриевич и, обращаясь к супруге уже более сдержанным тоном, произнёс с расстановкой: – Я пойду тогда…, переоденусь…, в нормальное.

– Нет, пока рано, – возразила она и шутливо хлопнула по груди сложенным веером. Свернутый зонтик она передала служанке – безмолвной девушке в чёрном платье с белым чепцом и фартуком. Олег Дмитриевич, не глядя, отдал служанке свой головной убор.

Через входную группу они прошли в двусветную гостиную, миновали каминную, столовую и по красивой изогнутой лестнице поднялись на второй этаж, откуда из гостиной был выход на двухуровневую террасу, а через огромные окна открывался прекрасный вид на лес и холмы. Аделина Карловна приказала не закрывать окна, чтоб во время чаепития наблюдать закат. К ним присоединился начальник службы безопасности высокий подтянутый мужчина с ястребиным профилем лет тридцати Иван Юхно, которого многие знали под кличкой Калина. Наряженный в брюки до колена и яркий сюртук с фалдами и пуговицами, на которых был изображен фамильный герб семьи Ароновых, Иван изображал управляющего.

Кухарка – дородная розовощёкая девушка в синем платье с белым чепцом и фартуком, заканчивала приготовления у стола, накрытого белой скатертью. На столе была расставлена фарфоровая посуда, самовар, вазочки с вареньем, мёдом, бубликами, разрезанный мясной пирог на блюде. Ароновы сели за стол, а кухарка разливала чай. Телохранитель и начальник службы безопасности остались стоять по разные стороны от стола.

– Рассказывай, что узнал, – кивнул Олег Дмитриевич начальнику службы безопасности, подтягивая к себе тарелку с пирогом.

– Я пробил девушку вашего сына. У меня на неё теперь целое досье, – сообщил Иван.

– Ну а если вкратце, основное, – потребовала Аделина Карловна с чашкой чая в руке, – что она из себя представляет?

– Самсонова Варвара Михайловна из Карасёва, семнадцать лет, – начал зачитывать из блокнота Иван. – Год назад, после того как в автокатастрофе погибли её родители, бросила техникум и вместе с братом отбыли в неизвестном направлении. Брат занимался бизнесом, и у него возникли осложнения с местной братвой. Ходили слухи, что его убили, но оказалось – жив.

– Автокатастрофа тоже связана с разборками, – уточнила заинтересованная Аделина Карловна и сделала знак рукой, чтобы кухарка налила ей ещё чаю.

– Менты, занимавшиеся расследованием, слили инфу, что несколько свидетелей рассказывали о какой-то тонированной машине, которая сбила с дороги иномарку Самсоновых, но в расследование это не включили и дело быстро закрыли, – пояснил Иван. – Три месяца назад Варвара с братом прибыли в Велеск, поселились в гостинице, где живут и по сей день. С Владиславом она познакомилась в кафе «Волна» на набережной у сквера. Персонал заведения приглядывает за ними по моей просьбе. Они часто встречаются, он дает ей небольшие суммы денег, но в Брюссель с ним она отказалась поехать.