Ог Мандино – Университет успеха (страница 55)

Ну, тут я ему и сказал: «Я твердо знаю, что кто-нибудь из живущих подальше от нас все-таки захочет купить». (Кто-нибудь обязательно дол-жен был купить, хотя сам я никогда не смог бы использовать такую кучу поздравительных открыток.) А еще я сказал: «Тебе нужен кто-то в качестве напарника, чтобы сопровождать тебя. Ты вполне заслужил обзавестись помощником. Возьми-ка с собой свою сестричку Канди. Заплати ей десять центов, чтобы она несла коробки, и наша девочка окажет тебе моральную поддержку».

Думаете, они отправились в поход вместе и поощряли друг друга, как я надеялся? Ничего подобного. Да, они действительно пошли вместе, но очень скоро у обоих разболелись животы, начались какие-то непонятные колики, и в результате оба бросили это занятие, причем, как они заявили, насовсем! (И это послужило для меня хорошим напоминанием, что если ты обескуражен, если пришел в уныние или утратил мужество, не плачь на плече или широкой груди у друга. Конечно, друг проявит к тебе сочувствие, да только ты и без него уже проявил к себе вдвое больше сочувствия, нежели требовалось. Чем рыдать, лучше вернуться в рабочий ритм и трудиться еще напряженнее.)

Теперь у меня на руках имелись все эти карты (извините, открытки) плюс два отказчика, точнее, два сачка, которые спасовали перед трудное-

_йИ я должен был что-то придумать. «Джеф, в субботу я сам иду вместе ^ой»- Затем я позвонил одному из моих помощников по работе и ска-_аГ «Джек, в субботу мы выезжаем в твой любимый район, иными сломи, в Грин-Лайн, причем мой Джеф в полной отключке. Если я сколько не выведу его из нынешнего состояния резкого спада, мне при-■$ся самому купить все эти открытки. Я выпущу его в двух зданиях от _Оегодома. Хочу, чтобы он получил два “нет”, а затем в твоем доме его 'у ждало долгожданное “да”».

В субботу мы отправились в Грин-Лайн. Первый дом сказал «да» зместоожидавшегося «нет», и второй дом тоже сказал «да». Вы бы виде-ти лицо Джефа, когда он бежал назад к нашему авто, имея средний уровень попаданий в одну тысячу процентов¹⁵⁸! Вот у кого была мотивация!

В прошлом году я выделил Джефу двадцать четыре доллара для фиксирования закупки одного товара, используемого при уборке дома. В один из жарких дней августа он наткнулся на тридцать восемь «нет» кря-ду,но не сдался. Он уже знал, что если остаешься активным и мотивированным, то просто не обращаешь внимания на все эти «нет», а также знал, что если продолжать двигаться в выбранном направлении и не от-аупать, то впереди тебя ждет то замечательное событие, которое он уже испытал в Грин-Лайн.

Одну из самых замечательных историй, которые я услышал в качестве иллюстрации различия между мотивациями, идущими извне и изнутри, рассказывал в свое время Боб Ричардс, бывший чемпион по прыжкам с шестом¹⁵⁹. Некий юноша из футбольной команды какого-то колледжа был номером один, если речь шла об умении спрятаться за чужие спины, — словом, он< представлял собой закоренелого филона. Ему нравитесь слышать приветствия болельщиков и особенно болельщиц, но не опираться в схватке «стенка на стенку». Он любил носить красивую форму, но не тренироваться. Ему очень не нравилось вкалывать.

Однажды игроки бежали пятьдесят кругов, а этот «выставочный экспонат» проделывал свои обычные пять. Тут подошел тренер и сказал: ‘Эй, малыш, вот тебе телеграмма».

«Малыш» попросил: «Прочитайте ее для меня, тренер». Он был настолько ленив, что даже читать ему было трудновато.

Тренер распечатал бланк и прочитал: «Дорогой сынок, твои отец У№р. Немедленно приезжай домой». Тренер с трудом сглотнул и сказал: ^,БеРи весь остаток недели и езжай». На самом деле он был бы не слиш^Ком опечален, если бы этот его питомец взял весь остаток тда тоже.

И пот, надо же, на пятницу был назначен очередной матч. Все наготове, команда уже выбегает на поле — и подумать только, бывает же такое! — вдруг последним в шеренге оказывается наш филон. Никто н* успел даже пискнуть, как он сказал: «Тренер, можно мне сыграть сегодня? Я могу играть?»

Только тренер долго не раздумывал над ответом: «Малыш, ты сегодня не играешь. Нынче вечер встречи выпускников — и к тому же это наше возвращение домой после серии не лучших встреч на выезде. Нас вдет важная игра. Нам нужен каждый реальный боец, на которого мы можем положиться, да только ты среди таких не числишься».

Но каждый раз, когда тренер оборачивался, «малыш» клянчил: «Тренер, ну, пожалуйста, разрешите мне сыграть. Я просто обязан сыграть!».

Первая четверть закончилась со счетом, сильно перекошенным в пользу старичков их alma mater'⁶⁰. В перерыве в раздевалке тренер собрал своих подопечных в кружок и стал настраивать на борьбу. «Давайте, мужики, соберитесь-ка и задавите их. Время есть, до конца еще очень далеко. Выиграйте эту игрушку для своего старого тренера!»

Команда выбежала на поле и снова начала играть через пень-колоду, путаясь в собственных ногах. Тренер, бормоча что-то себе под нос, уже начал писать заявление об отставке. И тут опять пристает к нему этот самый филон. «Тренер, а, тренер, ну, позвольте мне поиграть! Ну, пожалуйста!» Тренер глянул на табло, где горел счет, чтоб он сгорел! «Ладно, — сказал он, махнув рукой, — выходи. Теперь ты уже никак не сможешь навредить».

Едва юноша выбежал на поле, как его команда начала рвать и метать. Да и сам он бегал, как сумасшедший, прорывался через все преграды, блокировал проходы противника, перехватывал мяч и чужих игроков не хуже настоящей звезды из профессиональной лиги. И тут вся его команда внезапно вспыхнула, как наэлектризованная. Счет начал выравниваться. В заключительные секунды игры этот «малыш» в сумасшедшем прыжке перехватил пас противника и пробежал чуть ни через все поле, сделав победное приземление!

Ура-а-а-а-а! Трибуны словно сорвались с цепи, началось настоящее светопреставление. И столпотворение. Зрители подняли героя на руки. Таких приветствий, одобрительных возгласов и оваций вы никогда не слышали. Наконец-то, когда возбуждение утихло, тренер прорвался к ге-

,*> зия и сказал: «Никогда в жизни не видел ничего подобного. Что с .-бой случилось?»

Тот произнес: «Вы же знаете, на прошлой неделе умер мой папа».

* Да, знаю, — ответил тренер. — Я же сам читал тебе телеграмму».

Пак вот, тренер, — продолжил парень, — мой папа был слепым. И огодня был первый день, когда он мог увидеть, как я играю!»

разве не было бы прекрасно, если бы жизнь тоже стала игрой? Разве ^было бы замечательно, если бы по каждую сторону поля жизни распо-цгались группы приветствия и поддержки, а когда мы попадем в безвыходную) ситуацию и не знаем, как быть дальше, и никто из нас не понима-^ что делать, и мы уже готовы свернуть всякую деятельность и произвести эти ужасные, сакраментальные слова: «Я выхожу из игры», то раз* не было бы потрясающе, если бы трибуны вдруг оживились и стали чзоить: «Чарли, мой мальчик, держись, продолжай бороться, мы с то-зою!» И тут я бы рявкнул: «Ура-а-а-а-а-а! Это все, в чем я нуждался». А затом, дети мои, я бы прошел через все поле, как нож через масло, и :делал бы еще одно приземление!

Но жизнь — не игра, верно? Она — настоящее поле битвы. Вместо игроков и зрителей есть только мы — все сплошь солдаты, включая нескольких салаг, нескольких сачков и немногих, кто находится в самовольной отлучке! Но все мы участвуем в боевых действиях, даже если сани об этом не знаем. А человек, который знает, как и где обрести мотивацию, не нуждается ни в какой группе поддержки. Мотивация в него про-:го встроена. Он не ищет опору, которая может сломаться, или премию, которую обложат огромным налогом; он владеет мотивацией, идущей внутри.

Без целей и без планов их достижения вы похожи на судно, на котором подняли пару а но не знают пункта назначения.

д-р Фитдхью Додсон

Встаньте на любой оживленной улице в центре города и потратьте десять минут, наблюдая за самыми разными людьми, проходящими мимо вас. Как вы думаете, сколько человек из каждой сотни имеют в жизни определенные, вполне конкретные цели, к достижению которых они стремятся со всей присущей им энергией?

Если бы вы были азартным человеком и любителем биться об заклад, то могли бы, вероятно, без особого риска держать пари, причем на значительную сумму денег, что ни один из сотни человек не имел ровным счетом никаких целей, кроме тех, которые ограничиваются данным календарным днем!

Если бы вы набрались храбрости опросить прохожих, то узнали бы от них, что постановка целей — это «что-то такое, чем занимается “начальство”, когда оно планирует бюджет следующего года». И не только. Постановка целей — это еще и то, чему часто уделяют время футбольные тренеры и бейсбольные менеджеры. О постановке целей вечно толкуют всякие президенты, губернаторы и организаторы кампаний по сбору средств, поскольку эти

парни проворачивают всевозможные большие дела. Но о какой такой постановке целей можем думать мы с вами, когда наших зарплат едва хватает, чтобы без проблем оплатить счета за этот месяц? Нужны ли цели, если нет зарплаты?

Возможно, пресловутая зарплата как раз потому и не является достаточно большой, чтобы оплатить счет, и, возможно, она никогда и не станет больше нынешней, по той причине, что у этих людей нет никаких целей, никаких конкретных планов, как улучшить свою жизнь, никаких идей относительно того, как поднять свой доход, развить собственные таланты, расширить знания или увеличить свою ценность для общества! К сожалению, большинство из них — это капитаны кораблей, направляющихся в никуда!