Ог Мандино – Университет успеха (страница 50)

Невероятно, но многие люди продолжают придерживаться своего прежнего образа жизни, своих привычек, даже если чувствуют себя жалкими, несчастными, одинокими, скучающими, неадекватными или оскорбленными своим нынешним существованием. Почему? Разумеется, потому, что привычка — очень удобное местечко, куда так легко и уютно спрятаться. Сколько женщин упрямо выходят замуж за нескольких алкоголиков подряд, настаивая, что они «никогда об этом не подозревали»,

А мужчина проводит всю свою жизнь, работая по 6о и даже юо часов в неделю, пытаясь разбогатеть. Почему? Потому что он наблюдал, как его

_i всю жизнь работал до изнеможения и надрывался, никогда не по--воляя себе отдохнуть или развлечься, лишая себя всяких удовольствий, дог труженик так и умер за работой, а теперь его сын вроде бы не хочет, -,гы такое случилось с ним! Не хочет, но действует аналогично!

Некоторые люди пытаются жить сверхосторожно, прибегая к безопасным трафаретам уже сложившихся и устоявшихся образцов поведения, Они не чувствуют себя реализовавшимися, но все же нашли соб-.ценную формулу если не успеха (чем бы он ни был), то возможности избежать неудачи. На самом деле это не что иное, как прижизненная ■чеотъ - когда безопасность становится доминирующим соображением, ивугоду ей жертвуют всем остальным. Но мужчина не в состоянии жить одной только безопасностью. (Да и женщина, конечно, тоже.)

Человеческой жизни неизбежно присущ риск. Каждый следующий вдох - это случайность. Сердечные приступы, автомобильные аварии, апризы налогообложения, проблемы с бизнесом — в любую минуту на I васбез предупреждения могут обрушиться все мыслимые и немыслимые пшовидности плохих новостей и неприятностей. Так что всем нам лень непросто играть в азартную игру под названием «жизнь». В ней трудно сохранять душевное равновесие и поддерживать разумный батане между безопасностью и риском. Время от времени мы склонны возлить слишком много надежд на следующий оборот колеса, а в другие периоды чувствуем себя настолько травмированными и обманутыми, что готовы навсегда прекратить свое участие в этой игре, выйти из нее. Однако цель в некотором смысле состоит в отыскании для себя такого ®ия участия в игре под названием «жизнь», при котором удается не .^спускаться и держать себя в руках, чтобы не сгореть дотла на костре зиоций.

Когда мы выходим за рамки соображений безопасности i малой почтенности в свои привычки, когда начинаем хоть в чем-то вести себя ^Другому, действовать иначе, чем того требует рутина, то обязательно иытываем некоторую напряженность. Это может быгь смеренная или ^всем небольшая тяжесть в груди либо, при более выраженных симпто-Чускорение пульса, тошнота, диарея, слабость шли даже паника. Если -епишком долго размышляем о возможных последствиях нового по-в жизни, то из подвалов нашего разума выползают крысы праха, ^{,0НИ М0Г}УТ подбить нас. Все новое способно вызва ть прах. Всякий риск ^1Кизни очень похож на вложение денег - потенциальная отдача

частично отражает степень риска. И чем выше ставки, тем больше пуга^ игра.

А часы продолжают и продолжают безостановочно тикать. С возрастом время, конечно же, ускоряется; с этим ничего нельзя поделать. Нов любом случае две минуты на «русских горках» проживаются намного интенсивнее и интереснее, чем восемь часов на скучных совещаниях. Разнообразие продлевает время. Перемена пробуждает и возбуждает нас. Проводите время с разными людьми, в разных местах, делая разные вещи — и вы сможете всего за один день испытать заметно больше, чем за рутинную неделю. Периоды высокой эмоциональной интенсивности, как и в случае страстных любовных ласк, могут дщиться намного дольше и удовлетворять нас гораздо больше, чем те же самые физические действия, выполняемые без тени страсти. Воспринимаемое время — материя тонкая и растяжимая, которая зависит от нашего возраста (не поддающегося контролю) и от того, как мы это время употребляем (а вот этим мы как раз в состоянии управлять). Выбор степени интенсивности находится в наших руках. Нам дано время, а уж как и насколько мы его используем — это зависит исключительно от нас самих.

Все представители рода человеческого действительно нуждаются в небольшом стрессе. Эволюция «спроектировала» нас таким образом, чтобы обеспечить выживание в той безусловно стрессовой ситуации, какой является конкуренция за место в пищевой цепи¹⁵¹. Некоторая степень давления просто необходима для нашего здоровья. Конечно, слишком большое напряжение, слишком сильный стресс, как, например, и чрезмерная сила звука, — это плохо. Но полное отсутствие напряжения, подобно полной тишине, лишает нас тонуса и делает неуравновешенными.

Многие люди пытаются застраховать себя от любой возможной опасности. Они хотят пройти через жизнь и никогда не получить травмы, никогда не испытать страха, никогда не быть одинокими. В результате эти индивиды принимают для себя такую формулу жизни, при которой живут ради материальных благ, стараются, насколько это возможно, испытывать как можно меньше эмоций и прячутся за старые привычки. Однако тяга к «естественным» напряжениям и прессам все равно остается. И постепенно эти люди заполняют образовавшийся вакуум внутренним напряжением и стрессами «собственного изготовления» — тревожностью и страхами.

Конечно, люди не говорят себе: «Я намерен придерживаться такого «газа жизни, который минимизирует мои шансы ухватиться за подвергшуюся возможность, и выберу пассивность, даже невзирая на то что удобная стратегия даст мне пустую и скучную жизнь». Нет, эти люди У&0 растут и развиваются именно таким путем. Но вы способны ска-ф самому себе: «Какой уровень риска является для меня приемлемым? какого рода стрессы и напряжения помогут мне на моем жизненном пуф Некоторые люди могут счесть полезным физическое напряжение — архивные состязания, регулярные упражнения или даже настоящую ялодовку. Для других ответом могут быть затяжные прыжки на пара-доге, мотоциклетные гонки или наполненные страстью межличност-зые отношения. Еще для кого-то это будет уход в монастырь и мужест-$шое путешествие сквозь бури, бушующие в душе. В жизни перед ождым из нас стоит задача: максимально реализовать свои внутренние :отребности и определить, какие напряжения и риски лучше всего мают нашей натуре.

Умение взять риск на себя, готовность дерзнуть — это важная сть «лечения» от жизненных недугов, и поэтому не надейтесь, что тм-то образом вам удастся избежать риска. Хроническая капитуляция перед страхом гарантирует только одно — посредственность. Образ жизни, в защиту⁷ которого мы выступаем, таков: перед тем как испробовать каждую новинку, вы спрашиваете себя: «Какова здесь степень риска и каково возможное вознаграждение?» Это такая психологическая тановка, при которой вы ожидаете, что риск станет постоянной частью действий, предпринимаемых вами в жизни. Это вовсе не обязательно су-иасшедший риск. Если мы становимся стишком отчаянными в своем Фмлении уловить шанс, не упустить его, то оказываемся не в состояли достаточно долго осматриваться по сторонам с целью разглядеть и бучить что-нибудь новое и по-настоящему многообещающее. Но отгонное, взвешенное наращивание риска кажется наилучшнм способом Р°Движения вперед. Например, обучаясь езде на велосипеде, вы ведь не ^ачнете с такого шоссе, где сильное движение. Вместо этого вы выбереге tytyo улочку, где, если нам и случится упатгь, вас, но крайней мере, не

А потому постоянно исследуйте и экспериментируйте. Ищите п зумный баланс между попытками самоубийственного риска, с одной стороны, и полным отказом от риска — с другой. В какие-то из дней вы буд_е те в настроении рискнуть. В другие периоды вы будете чувствовать се§ гораздо лучше, если сыграете надежно и безопасно. Экспериментируй^ с целью узнать и потом предвидеть, что для вас оптимально в данный момент. И поскольку все новое неизбежно будет порождать напряжение,^ судите о себе и своем состоянии по интенсивности собственных усилий А также помните: за что бы вы ни взялись, всегда существует кто-то дру. гой, кому, вероятно, удастся сделать это лучше вас. Весь фокус — в умении найти именно те вещи, которые позволяют вам чувствовать себя бодрым и активным. Главное — научиться приправлять блюда на банкете жизни теми благоуханными специями, которые именуются напряжением и риском.

Пожалуй, в любой жизни предельными являются тот опыт и те ситуации, которые переходят границы обыденного существования. Те редкие моменты, когда причастность к некоторой деятельности приносит результаты, дают ощущение самореализации, далеко выходящее за рамки наших самых смелых мечтаний. Люди, занимающиеся искусством, и те, кто глубоко и искренне религиозен, основывают свою жизнь на этих «взлетах», но на самом деле их может достигнуть любой человек. Вы можете испытать подобные чувства в отношениях с кем-то, кого вы любите или даже кого ненавидите. Это состояние может прийти в момент приготовления пищи с привлечением всех тайн кулинарного искусства, или при работе с деревом, или просто во время пешей прогулки.

При этом вы переживаете такое чувство, словно вас приподняли вверх, и вы способны отмести в сторону все упущения, позабыть о заботах и неловкости. Это состояние именовали погруженностью в мир, слиянием с космосом, причастностью, вовлеченностью, сатори¹⁵² и несчетным числом других слов. Однако, подобно любви, это одно из тех состоянии, в которые трудно поверить, если вы никогда не испытали их сами. Любое человеческое усилие — от сличения бухгалтерских данных с фактическим наличием товаров до регулировки автомобильного двигателя - может выполняться в этом глубоко творческом состоянии или же оказаться низведенным до поверхностной, чисто руги иной деятельности.