Одри Грей – Разрушительница проклятий (страница 51)
Словно во сне, она соскользнула с обрыва.
На долю секунды Хейвен увидела Рук, у которой из ужасной раны на груди хлестала кровь. Каким-то чудом она все еще размахивала мечом, когда когти гремвира глубоко вонзились ей в спину. Но Рук продолжала сражаться, двигаясь с присущей ей грацией воина, хотя наверняка понимала, что будет дальше.
Чудовище расправило крылья и взмыло в воздух. Меч Рук сверкнул. Она закричала – но это был крик ярости, а не страха.
Даже когда гремвир поднялся по дуге к самым звездам, принцесса продолжала сражаться. И она могла бы спастись, если бы не остальные монстры. Почуяв кровь, они бросились на принцессу Моргани, разрывая и кромсая ее тело, как демоны из Преисподней.
Прямо перед тем, как Рук поглотила туча кожистых тел, вооруженных когтями и зубами, а Хейвен начала свободное падение к реке внизу, их взгляды встретились. Что-то промелькнуло между ними.
Призыв к оружию… и
Хейвен с протяжным криком полетела в ледяную воду, а ее умирающая подруга пронеслась по небу.
Падающая звезда, истинная принцесса Моргани.
Глава тридцать шестая
Белл очнулся от сна, лишенного сновидений. На мгновение, прежде чем увидеть камин, в котором пылал золотой магический огонь, или сгорбленную спину существа, сидящего в кресле напротив дивана, он подумал, что находится в Пенрифе.
Правда обрушилась на него волной отчаяния. Ноктис. Драка. Полученные травмы.
Боль… Богиня Небесная, боль!
Вот только, вытянувшись во весь рост на диване, Белл понял, что прежняя агония превратилась в тупую пульсацию в плече. У него болела шея, но это скорее из-за того, что он спал на жестком диване, хотя кто-то проявил заботу, подложив ему под голову подушку и укрыв одеялом.
Не одеялом. Потрепанным по краям плащом сосново-зеленого цвета. Белл сел и заметил на бархате длинный порез, по всей длине испачканный засохшей кровью.
Существо ранено?!
От этой мысли ком встал в горле. Сбросив плащ, Белл соскользнул с дивана и приблизился к существу. Оно лежало на спине с закрытыми глазами, своим огромным телом безвольно развалившись в кресле.
Было странно видеть его без плаща с капюшоном, и Белл постарался не ежиться при виде зеленых и янтарных чешуек, гладких и ярких, как драгоценные камни, каскадом спускающихся по правой стороне лица и шеи.
Но Белл не мог отвести взгляд от другой половины его лица. Светлая кожа мальчика-принца, заточенного в теле монстра, казалась бледной на фоне разноцветной чешуи. Его выгоревшие на солнце, как у смертного, волосы падали на монстроподобную половину головы, закрывая изуродованную сторону лица.
Жестокая судьба – сочетать на себе и красоту своей юности, и ужас Проклятия. Быть как необработанный изумруд, торчащий из скальной породы.
Глаза существа открылись, и оно устало моргнуло, глядя на Белла.
– Ты не… боишься?
Белл переступил с ноги на ногу.
– Нет, по крайней мере, не так, как раньше.
– Твой страх превратился в болезненное любопытство. Возможно, тебе интересно, как такой красивый принц, как я, стал этим убогим созданием.
Горечь в его голосе не могла скрыть муки, сквозившей в каждом слове. Стараясь сесть в кресле ровнее, существо невольно застонало от боли, пальцы в перчатках затрепетали на груди.
– Ты ранен?
– Ноктис оцарапал меня отравленными когтями, которые растут на его крыльях.
Забыв о чешуе, Белл начал расстегивать темно-синюю рубашку существа.
В ответ оно вскинуло руку и схватило Белла за запястье. Взгляд задержался на Белле, пока грудь тяжело вздымалась. Затем существо откинуло голову и прерывисто вздохнуло.
Белл сглотнул и продолжил расстегивать пуговицы. Когда последняя выскользнула из петли, он распахнул рубашку и с трудом сдержал вздох. Опасная рана пересекала человеческую половину груди, а черные вены выступали из гноящегося пореза, как разъяренные гадюки.
– Это не просто царапина!
Горло существа дернулось.
– Я получал раны и похуже. Заживет… со временем.
– Почему ты не используешь на себе магию, которой исцелил меня?
Существо закрыло глаза, словно ему было трудно даже держать их открытыми.
– Я истратил всю магию на твои раны.
– Но мы ведь можем с этим что-то сделать?!
– Да. Дай мне отдохнуть.
Но Белл уже обшаривал гостиную в поисках подручных средств. Это заняло несколько минут, но он нашел серебряный кувшин с водой на обеденном столе и с помощью ножа для чистки овощей, взятого из ящика стола, отрезал полоски от занавесок, чтобы использовать их в качестве тряпок.
Когда он вернулся, то по учащенному дыханию понял, что существо не спит. Тем не менее, Белл спокойно намочил первую тряпку в воде и смыл засохшую корку крови с его кожи.
Тело молодого человека задрожало под прикосновениями, и Белл невольно подумал о Рено, принце, чью кожу обмывал. Рено, если верить легенде, когда-то устраивал роскошные вечеринки, которые растягивались на целые недели и о которых до сих пор судачило все королевство.
Как могло это существо, этот изуродованный молодой человек хоть чем-то напоминать того принца?
Наконец, когда вода в кувшине потемнела от крови, а раны существа были перевязаны сухими синими полосками ткани, Белл поднялся на ноги и покрутил головой.
– Останься. – Существо открыло глаза: один – золотистый и прекрасный, другой – как у рептилии. – Пожалуйста.
Белл колебался. Он все еще не до конца понимал этого принца и не доверял ему полностью. Тем не менее, Рено спас его, использовал всю свою магию, чтобы исцелить его раны, а не свои собственные. Это не было похоже на падшего принца, о котором Белл читал. Того, кто мог организовать убийство своей семьи.
– Может, мне принести нам немного еды?
Не спуская с него глаз, существо медленно кивнуло, и Белл снова отправился в столовую, где стол был накрыт к ужину.
После недолгих раздумий он схватил поднос с приправленной специями бараниной и картофелем, а также столовое серебро и салфетки.
Существо сидело в кресле, его глаза сияли ярче, чем прежде. Рубашка так и осталась расстегнутой, и, повозившись с пуговицами левой рукой в перчатке, существо зарычало.
– Ты можешь мне помочь?
Белл поставил еду на кофейный столик, а затем опустился на колени перед креслом. Существо неровно выдохнуло, когда Белл начал застегивать тунику.
– Я был левшой. Раньше. – Оно подняло руку в перчатке, и Белл впервые заметил, насколько та больше, чем его правая рука, и какие на ней скрюченные пальцы. – Трудно застегнуть рубашку когтями. Обычно я использую для этого магию.
Справившись с пуговицами, Белл перетащил деревянный кофейный столик и поставил его между двумя креслами. Существо взяло суповую ложку, Белл – вилку.
– Может, лучше… – Существо прочистило горло. – Мне надеть плащ?
– Нет. То есть, если только ты сам этого не хочешь.
Пока они ели, Белл заметил, что существо то и дело бросало на него быстрые взгляды, словно опасаясь, что в какой-то момент Белл решит, что не может есть рядом с таким монстром.
– Кто-нибудь из других жертв Королевы Теней когда-нибудь видел тебя без плаща?
– Поначалу я так не выглядел. А когда чешуя начала расти, я… нет, я никогда не осмеливался.
Белл закусил губу, не решаясь задать следующий вопрос.
– Почему чешуя стала расти?
Существо со звоном положило ложку на блюдо.
– Темная магия разъедает меня. Медленно меняет меня изнутри. Мое тело. – Рено обвел комнату широким жестом. – Здесь магия в основном защищает меня. Но когда я покидаю убежище в своей части замка, на меня это действует.
Белл сглотнул, размышляя о том, что существо покинуло свое убежище, чтобы спасти его.
– Почему Королева Теней не отняла у тебя магию?
Мрачная тень пробежала по лицу существа.