Обри Тейлор – Испорченный мед (страница 27)

— Это он сделал? — спросил он.

— Нет. Я врезался в комод.

— Арло, — простонал Сайлас, потирая переносицу. — Когда?

— Прошлые выходные, — я поморщился, когда его палец надавил на воспалённую кожу.

— Он уже воспалился, ты, блять, идиот, — выругался он. — Это же...

— День рождения мамы, — закончил я.

— Где были Лукас и Сойер? — спросил он, уже зная ответ.

— Это неважно, — пожал я плечами. — Мои братья не остановили бы его, даже если бы потрудились явиться ради нее.

— Тебе надо было позвонить мне. Я бы приехал.

— Мне не нужна защита, Сайлас. Но спасибо.

Я чуть не сказал: она не твоя мама, и это не твоя проблема. Сайлас никогда не заслуживал этого яда, не из-за мамы, поэтому я держал рот закрытым.

— Что стало причиной на этот раз?

— Элла, — выдохнул я и почти усмехнулся. Её имя прозвучало, как шутка. Больная, жестокая шутка.

Он промолчал. То ли потому, что знал, что я не хочу слушать. То ли потому, что сам не находил слов. Мы сидели рядом, молча, глядя в пустую стену. И каждый из нас пытался понять, что теперь делать.

— Он пытался покончить с собой, Сай, — голос сорвался, и я чуть не заплакал. Сдерживать это становилось всё труднее. — Как мы скажем тренеру?

— Мы не скажем, — резко ответил Сайлас. — Ты сам подумай, что он сделает, если узнает?

— Отправит его в клинику. Поможет. Реально поможет.

— Отняв у него две последние вещи, которые у него остались? — голос Сайласа стал твёрдым. — Бейсбол — его семья. И собрания. Это всё, что у него есть.

— Собраний недостаточно. Он ходил на них с Эллой. Нас будет недостаточно, — покачала я головой.

— Значит, мы должны сделать так, чтобы стало достаточно.

— Могу ли я его увидеть? — спросил я после долгого молчания. Я был так зол на себя, на Кайла, на брата. И всё это сидело так глубоко, что я боялась, что случится, если дать этому вырваться наружу.

— Он в отдельной комнате, — кивнул Сайлас, не двигаясь, когда я поднялся с пола. — Ты мог бы пробить стену, знаешь ли, — покачал он головой, уставившись на разрушенную дверь.

— Бетон? Тренер убьет меня, если я сломаю руку, — грустно сказал я, но это заставило Сайласа улыбнуться. — Ты можешь отремонтировать ее, Док.

Путь до медблока казался длиннее, чем обычно. Я дошёл до двери, оставив куртку на скамье, и тихо повернул ручку личной комнаты. Дверь мягко щёлкнула за моей спиной, и я прислонился к ней, как будто только она могла удержать меня от падения.

Я не ожидал, что она всё ещё будет здесь.

Элла скрутилась клубочком в тех самых спортивных штанах и рубашке, которые я для неё нашёл. Глаза закрыты, руки обнимают спящего Кайла, который был вдвое больше ее, но казался таким маленьким, свернувшись у нее на груди. Её волосы растрепались и мягко падали на щёки, когда она ещё сильнее прижалась к подушке, как будто хотела раствориться в ней. Я снял обувь, чтобы не разбудить их, и пересек комнату. Несмотря на усталость, я не мог не наслаждаться покоем, который нахлынул на меня, когда я провел пальцем по локону, покрывавшему ее щеку, и заправил его за ухо, чтобы открыть ее лицо. Все ее слезы смыли макияж, и шрам, который она так старалась скрыть от всех, снова стал виден.

— Что с тобой случилось, Элла? Что ранило тебя так сильно? — шепнул я, больше себе, чем ей.

С закрытыми глазами мои пальцы скользнули по шраму, позволяя себе запомнить, как ощущалась ее кожа. Когда я снова открыл глаза, она уже смотрела на меня. Её карие обычно сияющие глаза сейчас были глубокими, потемневшими. Будто она смотрела издалека. Сквозь боль. Что-то внутри меня оборвалось.

— Закрой глаза, — тихо прошептал я, и, к моему удивлению, она подчинилась.

Я прислонился к комоду возле кровати, не в силах заставить себя выйти. Я только что был невольно связан с Эллой Майл, и, боже, я ненавидел это.

ГЛАВА 17

Эстелла

Риона Коди выглядела в точности так, как я себе представляла. Длинные тёмно-русые волосы мягкими волнами обрамляли овальное лицо и спадали на узкие плечи. Она смотрела на меня серьёзными оливковыми глазами, сначала их выражение показалось пугающим, но стоило ей улыбнуться, и передо мной словно оказался Кайл.

Втиснувшись в её ослепительно белый кабинет, я сидела на мягком тёмно-синем диване, и мои мысли метались по самым тёмным углам сознания. После всего, что случилось с ним... Я понимала, что совет Сайласа был не просто заботой. Это было важно. Увидеть падение Кайла сработало как спусковой крючок. Пробудило то, что дремало во мне почти год.

Это был первый раз, когда я покинула Гнездо за почти три дня, проведя девяносто процентов своего времени, свернувшись калачиком рядом с Кейлом, читая книги и присматривая за ним. Он отказался от предложения найти ему реабилитационный центр, заявив, что собраний и Гнезда было достаточно, чтобы он завязал.

— Это был несчастный случай, Персик, — прошептал он, проснувшись среди ночи, думая, что я сплю.

И если бы он сказал эти слова в любой другой момент, я бы ему не поверила. Но в тот момент его признание предназначалось не для меня. Он говорил это своей совести. Ему просто нужно было сказать это кому-то, кому он доверял больше, чем себе.

И, похоже, у него все было хорошо.

— Ты нервничаешь, — она указала на то место, где я ковыряла ткань дивана подо мной.

Это первый раз, когда я оставила твоего племянника с тех пор, как он пытался покончить с собой. Меня тошнит. Я в ужасе.

— Терапия, не совсем моя сильная сторона, — выдохнула я вместо этого.

— Но ты записалась. Ты пришла. Это уже начало, — ответила она спокойно.

— Насколько ты в курсе? — спросила я, наблюдая, как она неловко переминается в своей зеленой блузке и юбке-карандаш. — Будучи терапевтом команды, я уверена, что у тебя есть доступ к файлам, или, по крайней мере, Сайлас потянул за ниточки, рассказав тебе, почему мне нужна была встреча в последнюю минуту.

— Я не разговаривала с Сайласом уже несколько недель. А из всех досье, что у меня есть, только те, что в шкафу. Медицинские и университетские папки мне недоступны. Всё, что ты скажешь, я услышу впервые.

Я долго изучала её. У меня было два пути: вывалить всё до последнего осколка своего прошлого или сохранить это при себе и продолжать существовать на жалкие пятнадцать процентов от себя. Я прикусила губу и посмотрела в окно. Стадион раскинулся внизу. Парни отрабатывали упражнения. Я бы сейчас куда охотнее была там, рядом с Сайласом, делала бы пометки, помогала с растяжкой...

— Элла, — выдохнула она.

Это было быстро. Мне потребовалось всего пятнадцать минут, чтобы разозлить ее.

— У меня день рождения в эти выходные, — сказала я наконец, облизывая губу, — наш день рождения. Мой и моего брата Итана. Мы были близнецами.

— Были? — Риона на мгновение задумалась, нахмурив брови.

— Он умер в прошлом году, сразу после нашего дня рождения.

— Значит, это будет твой первый день рождения без Итана?

Я кивнула. Где-то на задворках сознания снова всплыла картина: он захлёбывается собственной кровью, пока я боролась, чтобы вернуть себе контроль над своими мыслями.

— Какие у тебя планы? — осторожно спросила она.

— Игнорировать, — рассмеялась я.

— Очень здоровый подход, — усмехнулась она, покачав головой. — У тебя есть родные в Род-Айленде, с кем ты могла бы провести день?

— Нет.

Они все с Итаном.

— А друзья?

— Да, несколько.

Зои уговаривала меня сходить на ужин, устроить ночёвку. Я отнекивалась всю неделю, но, возможно, было бы неплохо провести день с ней. Если она всё ещё хочет.

— Отпразднуй свой день рождения, Элла, — сказала Риона. — Неважно, с друзьями ты это сделаешь или одна, найди момент и отпразднуй.

— Мне нечего праздновать, — сжала я губы.

— Есть, — твёрдо ответила она.

— А как насчёт этой? — Зои подняла «Сумерки».

— У меня уже есть. И вообще, ей лет пятнадцать, — рассмеялась я, отодвигая книгу от лица и продолжая просматривать полку. — Спасибо тебе, — добавила я. — За сегодняшний день.

Мы сходили на обед по кредитке Вана, потом за покупками, в конце концов оказались в одном из маленьких книжных магазинов за пределами кампуса. Она даже решила пройтись пешком, а не ехать на машине, что было очень мило с ее стороны после того, как я всю неделю ее игнорировала.