О Хартия – Божественное Орудие. Том 1 (страница 5)
Марта опустила ложку и недоверчиво посмотрела на мужчину напротив.
– И когда мы подожжём перо, он вдруг поймет, что со мной что-то не так? – иронично спросила она.
– Старейшина Куйун, у вас есть другие предложения? – с укором ответил вопросом на вопрос староста. В его взгляде читалось явное неудовольствие. Марта несвоевременной потерей памяти, видимо, нарушила его планы. Она потупила взгляд и налила еще рюмку крепкого напитка.
– Так… От меня вроде требовалась какая-то помощь.
Староста тяжело сглотнул и снова схватился за голову. Его глаза метались вслед за мыслями. Интересно, тут дело в доверии или в чем-то другом? Проведя минуту в размышлениях, он заявил:
– Боюсь, это нельзя откладывать. Путь до той деревни займет около восьми часов.
– Какой деревни? – недоумённо посмотрела на него Марта.
– В деревне Булут разыгралась нечисть или демоны. Старейшина, с этим сейчас справитесь только вы. Серебряный Отряд может опоздать, в одиночку вы доберётесь быстрей.
Нечисть? Демоны? Серебряный Отряд? Так вот чем она занимается? И откуда вообще эта нечисть взялась?
Марта не стала больше задавать вопросов старосте, поскольку сейчас не была готова услышать ещё хоть что-то, переворачивающее её мирное существование с ног на голову. Демоны, так демоны. Ладно. Если староста говорит, что она справится, придётся в это поверить… Она изо всех сил старалась не задумываться что именно ей придется делать в деревне Булут. Пока что ей оставалось только отправиться в неизвестном направлении. А там… там что-нибудь придумается. Всяко лучше, чем сидеть на месте.
Закончив трапезу, староста деревни достал из ящика спички, и вместе с Мартой понуро отправился на выход.
На улице он бережно уложил на пень перо, и поджёг его. После он посмотрел на Марту, на лице которой всё ещё стояло недоумение, и сказал:
– Отправляйтесь в Булут по дороге направо. Нигде не сворачивайте. Думаю, вы справитесь.
Последнее прозвучало так уверено, что Марта сама начала верить в свои силы. Мало ли, ей понадобится всего разок глянуть на демонов или нечисть и те перестанут делать… что бы они там не делали. Или решить их судьбу – такое уже несло за собой ответственность, которой она побоялась. Ладно. Ей триста лет, а значит она, по сути своей, нечто необыкновенно чудесное. И как бы не тряслись руки, когда она выводила лошадь из стойла, сидеть на месте ничего не делая, в неведении, ожидая некой участи – хуже, чем откинуть страх и помчаться навстречу неведомому.
Погрузившись в мысли, она не заметила, что староста успел вернуться в дом и выйти с ношей в руках.
– Возьмите, к ночи будет холодно. Наверное…
Марта оглянулась на него и увидела, что он держит узорчатое пончо с большим капюшоном. Она благодарно приняла подарок, и спросила:
– А как зовут мою лошадь? Я прозвала ее Пятнышком, но ей явно не понравилось.
– Её зовут Миля, это самая быстрая лошадь в нашей деревне, – с добродушной улыбкой ответил ей староста, и вдруг хитро прищурился: – а моё имя спросить не желаете, Старейшина Куйун?
Марта почувствовала, как к щекам подкрался румянец и стыдливо спросила:
– Староста, как вас зовут?
– Меня зовут Дмитрий, – улыбнулся он.
– Спасибо вам за помощь! – сказала Марта и, запрыгнув на лошадь, направилась в сторону, которую ей указал староста деревни.
Глава 3. Белый и серый
Марта выехала из деревни и пришпорив лошадь, отправилась в сторону Булут.
– Миля, значит? С именами у меня действительно туго, – посмеялась она.
Под недовольное фырканье кобылы, Марта задумалась о том, что сказал староста. Неужели ей действительно триста лет? Словам этого мужчины хотелось верить, да и кому придет в голову шутить подобным образом?
Значит, все, кого она знала, уже давно мертвы?
Щемящее чувство одиночества, усиленное настойкой на рябине, разлилось по телу и накрыло огромной волной. Почему это случилось именно с ней? Пусть она никогда не была ни к кому сильно привязана, но издевательством судьбы казалось узнать, что ты потерял всех, да к тому же ещё и сотни лет назад.
Ветер от быстрого бега лошади развевал волосы и обдувал лицо. Марта почувствовала себя необычайно свободной. Равной ветру. Прямо сейчас, в погоне за приключением, среди гор и великой реки, она свободна!
Но так одинока.
Хотелось кричать, и она позволила себе это. В многострадальном её крике схлестнулись чувство лёгкости и горькая тоска. Одновременно она ощущала себя так, будто похоронила весь мир, но высвободилась из его оков, и взлетела ввысь. Как вольная птица, летящая сквозь облака. Ветер хлестал волосы по спине и зазывал ввысь. Хотелось поддаться этому чувству, подпрыгнуть, кричать ещё и ещё. Разреветься от переполненной чаши, в которой хранились эмоции. Ветер бы это позволил.
Такое неправильное и нечестное чувство, такое уродливое и эгоистичное. Но ей не перед кем было оправдывать ощущения. Горы, глядящие на мир свысока и похоронившие в разы больше, вторили ей. Древние, как сам мир, горы, казались вечными наблюдателями, неспособными вмешаться в судьбу хотя бы одного человека. Может, и она была такой же. Объединенной с этим миром, незыблемой, растущей от землетрясений и стоящей здесь испокон веков. Могла быть как снежной лавиной, сносящей все на пути, так и спасительным укрытием для людей.
Марта неслась сквозь ветер, и из-под копыт её лошади во все стороны поднималась пыль и летели маленькие камни. Она проносилась мимо бурлящей горной речушки, что впадала в бирюзовую Катунь, она видела белок, снующих между ветвей сосен и кедра, в полях её окружало бесконечное количество маленьких разноцветных цветов среди высокой травы. Она никогда раньше не была такой свободной. И пусть сердце сдавало позиции перед липким страхом, сейчас она не хотела его слушать.
Марта уже ехала пару часов, и лошадь начала уставать.
– Хорошо, Пятнышко, давай передохнем.
Она остановила лошадь и села на валун, из-под которого вырывались налитые соком суккуленты.
Марта представила, что в её руке появляется самокрутка, уставилась на руку, но в ней ничего не оказалось. Она попробовала ещё раз, но снова ничего не получилось.
– Сигарета, появись! – недовольно выкрикнула Марта, чувствуя себя глупо, но рука так и осталась пустой.
Тогда Марта встала и отправилась к реке. Она села коленями на каменистый берег и посмотрев на отражение в реке, заметила шрам на правой брови. В прошлый раз она не слишком разглядывала лицо, поэтому его не заметила. На ощупь шрам казался плотным. Не задумываясь о его появлении, она набрала в руки холодной воды и смочила лицо.
«Но почему мир вдруг стал таким? – подумала Марта, – что случилось с человеческой цивилизацией? Откуда взялась магия и бессмертные люди? И если я действительно бессмертна, откуда шрам? Надеюсь, этот мой «помощник» сможет хоть что-то объяснить».
И как он, спрашивается, найдет ее?
Марта посидела некоторое время у реки, полоща руки и не замечая прохлады горного ручья. Лошадь, напившись, смотрела на дорогу, показывая хозяйке, что она готова двинуться в путь, да и Марта не собиралась долго здесь оставаться, она запрыгнула на кобылу и отправилась в дорогу.
Через несколько часов, когда начали опускаться сумерки, небо заволокло пеленой и верхушки мохнатых темно-зеленых гор укрылись в белые одеяния из тумана, Марта пустила лошадь быстрее, желая добраться до деревни, пока окончательно не стемнело.
Она неслась на всей скорости, что могла выдать её кобыла, как вдруг с помощью незнакомого, но такого первозданного и естественного ощущения, почувствовала затылком опасность. Марта обернулась и увидела, что с неба, целясь прямо ей в голову, на невероятной скорости пикирует тёмно-серый сокол.
В панике она резко остановила лошадь, та по инерции встала на дыбы, и Марта, не удержавшись за поводья, полетела вниз. Она уже была готова стукнуться о каменную почву позвоночником, как её схватили в крепкие объятья. Марта увидела только два огромных тёмных крыла, заворачивающие её в кокон, и почувствовала, что они вместе со спасителем упали на землю.
Она открыла глаза и обнаружила себя на груди одетого в темные одежды мужчины с огромными крыльями. Запах, доносившийся от него, казался неуловимо знакомым и родным, от чего её душа тотчас покинула тело, а сердце пустилось в пляс.
– И когда ты разучилась управлять лошадью? Спина теперь болит…
Глупое сердце Марты пропустило удар.
Она перекрутилась, поднялась на локтях и ошеломлённо посмотрела в лицо ворчливого спасителя.
На неё смотрели два светло-серых глаза из-под всегда насупившихся густых бровей. Копна мягких каштановых волос, собранных в пучок с выбившимися прядями, распласталась по земле. Он был также красив, как и раньше, когда его внешность сводила с ума многих. Марта не могла оторвать взгляд от человека, чудом появившегося здесь, и не могла вымолвить ни слова. Она открыла рот, в попытке что-то сказать, но вместо этого вышло лишь хриплое и слабое:
– А?
– Что «а»? Так давно меня не видела, что забыла? – грубо выпалил человек-птица. Грубость была напускной – Марта видела это по искрам в глазах.
Крылатый мужчина схватил её за подмышки и, поднимаясь сам, поставил её на ноги. Его высокая и стройная фигура была укрыта в темную одежду, а через плечо висела сумка из кожи.