Норма Ватт – За гранью реальности (страница 2)

Когда Сэм скрылась за поворотом, труба снова повернулась. Медленно, как будто фиксируя её уход. Сэм не видела этого.

Глава 3

Бар понемногу пустел. Туристы, уставшие от прогулок, обычно уходили сразу после ужина. Иногда случалось, что приезжали шумные компании, и тогда они могли сидеть допоздна, но сегодня был не один из тех вечеров. Сэм сидела на стуле за барной стойкой, спиной к входу, и смотрела на светящийся экран, медленно перемешивая лёд в стакане с холодным чаем. Она не ждала никого, и именно поэтому почувствовала, как воздух изменился, когда в бар вошли две женщины. Они вошли как люди, знающие, что их заметят, но не стремящиеся к этому, и сразу прошли в сторону барной стойки. Одна, худая блондинка с короткой стрижкой, улыбнулась и, не оглядываясь, подошла к стойке. Её движения были уверенные, но не вызывающие, а резкие и экономные, как у хищницы.

– Газированную воду со льдом, пожалуйста, – сказала она, и её голос прозвучал чуть громче, чем нужно было в полупустом помещении.

Сэм кивнула, не отрывая взгляда от экрана, но уже настороженная. Вторая женщина ничего не сказала, а направилась в сторону туалета. Её походка была мягкой, почти кошачьей.

– Привет, Сэм, – заговорила блондинка, демонстративно взглянув на бадж на униформе. – Я Лилиан.

Сэм повернулась к ней, слегка приподняв бровь.

– Привет, Лилиан. Вы здесь проездом?

– И да, и нет, – ответила та, чуть склонив голову, как будто оценивая Сэм. Её пристальный взгляд не мигал, как у человека.

– Мы не планируем оставаться надолго, но всё может измениться.

Сэм уловила в её голосе нечто двойственное, как будто за словами скрывался вопрос, который еще не был задан.

В этот момент вторая женщина вернулась и села рядом с Лилиан. У неё были вьющиеся рыжие волосы, пронзительные серо-зелёные глаза и легкий запах лаванды, который Сэм уловила, когда та проходила мимо. На фоне сдержанной Лилиан она выглядела ярко, почти театрально, как вспышка цвета в чёрно-белом фильме.

– Что будете пить? Кухня ещё открыта, если хотите заказать еду, – спросила Сэм, профессионально улыбнувшись, но внутренне уже собирая фрагменты впечатлений.

– Стакана воды будет достаточно, – с ответной улыбкой произнесла девушка. – Я – Элиза. Её улыбка была слишком широкой для ситуации

Сэм заметила, как Лилиан бросила быстрый, едва уловимый взгляд на свою подругу.

Элиза говорила с легким, приятным акцентом, который Сэм не смогла определить. Ее речь звучала мягко, как шелест страниц.

– Приятно познакомиться, – сказала Сэм, ставя перед ними два стакана. – Если передумаете насчет еды, скажите.

– Мы подумаем, – ответила Лилиан, не отводя взгляда от Сэм. В её глазах было что-то изучающее, как будто она искала подтверждение давно сделанного предположения.

Сэм почувствовала, как внутри неё медленно поднимается волна беспокойства. Эти двое были не просто случайными посетителями. И хотя они не задавали лишних вопросов, их присутствие уже было вопросом само по себе.

Сэм поставила перед ними стаканы и вернулась к своему. Теперь уже почти растаявший лед плавал в тёмной жидкости, как обломки чего-то, что когда-то было цельным.

– Вы путешествуете? – спросила она, стараясь сохранить лёгкий, нейтральный тон.

– Вроде того, – ответила Лилиан, облокотившись на стойку. – Мы изучаем… новые объекты. Те, что сейчас появляются в разных местах.

Сэм слегка нахмурилась. У нее промелькнула мысль о своем прошлом, о том, что "объект" это может быть она сама.

– Что вы имеете ввиду?

Элиза ответила, не отрывая взгляда от Сэм.

– Наблюдательные станции NeuraSync. Вы ведь знаете, что одна из них здесь, недалеко отсюда, на северной стороне парка?

Сэм медленно кивнула, не отвечая сразу. Теперь она знала что это за здание. И решила пока не задавать лишних вопросов.

– Туда никого не пускают. Почти никого, – сказала Лилиан. – Но у некоторых есть доступ. Или, скажем, возможность приблизиться.

Сэм почувствовала, как внутри всё сжалось. Она не любила, когда к ней подходили с такими фразами. Слишком много в них было намеков, слишком мало прямоты.

– И вы думаете, я – одна из таких?

– Мы надеемся, – мягко сказала Элиза. – Или, по крайней мере, что вы знаете, кто может быть.

– Я – бармен, – ответила Сэм, чуть резче, чем хотела. – Я наливаю напитки. Не выдаю пропуска.

– Мы не просим пропуск, – сказала Лилиан. – Мы просим понимание. И, возможно, сопровождение.

Сэм замолчала. Она вспомнила странное здание в парке и ощущение, будто её кто-то узнал.

– Вы знаете, что они делают в этих станциях? – спросила она наконец.

Элиза и Лилиан переглянулись. Этот обмен данными длился меньше миллисекунды.

Но прежде чем кто-либо успел ответить, дверь в задний коридор скрипнула, и в бар вошёл молодой человек в испачканном фартуке, неся поднос с пустыми стаканами.

– Эй, Сэм, – сказал он, не замечая напряжения. – У нас заканчиваются чистые бокалы. Хочешь, чтобы я запустил цикл промывки сейчас или подождать до закрытия?

Сэм выпрямилась, её выражение лица изменилось.

– Запускай сейчас. Мы скоро закончим.

Он кивнул и исчез на кухне, где вскоре послышался звон стекла и шум воды.

– Нет, мы не знаем, что они там делают, – сказала Элиза, наклоняясь чуть ближе, её голос стал тихим, почти интимным. – Но мы знаем, что происходит что-то новое. И мы не думаем, что это что-то хорошее. Давай не будем говорить о станциях здесь. Не при открытых ушах.

Сэм посмотрела на них. В их глазах не было угрозы. Но была настойчивость, как у людей, которые уже решили, что вы согласитесь, и ждут когда вы это осознаете.

– Я не подхожу для этого, – сказала она. – Я не та, кто ищет ответы. Я их избегаю. Элиза наклонилась вперёд, её голос стал почти шёпотом:

– Ответы мы можем найти сами. Нам нужна возможность проникнуть внутрь станции.

– И что вы хотите? – спросила Сэм. – Чтобы я провела вас туда?

– Мы пока не уверены, что нам стоит приходить туда самим, – ответила Лилиан после короткой паузы. – Мы ищем людей, кто имеет доступ к этим станциям, но не работает на корпорацию.

– Откуда вы знаете, что я одна из этих людей?– тихо спросила Сэм.

Лилиан улыбнулась, а как человек, который услышал то, что ожидал.

– Это на самом деле легко выяснить, если нужно. – Ты же не думаешь, что если твой отец не контактирует с тобой, он не знает, где тебя найти?

Сэм замерла. Слова Лилиан прозвучали спокойно, почти буднично, но внутри неё что-то оборвалось. Это было запретной темой для нее самой. Она не говорила об отце и даже не думала о нём. Он был вырезан из её жизни, как опухоль. А теперь эти двое пришли и вскрыли старые швы, даже не спросив разрешения.

– Вы говорите, как будто знаете его, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Она чувствовала, как в груди поднимается знакомое ощущение, смесь гнева, страха и любопытства, которое она давно научилась подавлять. – Я не знаю, где он. И не хочу знать. Мне всё равно, что он делает!

– Мы не ищем его, – сказала Элиза. – Но нам нужно знать, над чем он работает. И что будет его следующим шагом.

Сэм посмотрела на них. Они были спокойны, собраны, но в их взглядах было напряжение.

– Зачем вам это знать?

– Чтобы помешать Корпорации стать еще сильнее, чем она сейчас. Ты же знаешь, что они обещают безопасность, но на самом деле они похищают нашу свободу – Ответила Элиза мягким голосом, который совсем не подходил к смыслу ее слов.

– Почему вы думаете, что я захочу в этом участвовать? – Сэм неожиданно обнаружила, что ей стало тяжело произносить слова.

– Мы знаем, что ты на стороне обычных людей, не корпораций. И ты одна из немногих, кто может нам помочь.

– Мы знаем, что утром ты была там, рядом со станцией – сказала Лилиан.

Сэм вздрогнула. Она не рассказывала об этом никому.

– Это было случайно.

– Ты же знаешь, ничего не происходит случайно – сказала Лилиан и впервые позволила себе сжать руку Элизы, этот жест был единственным видимым нарушением их протокола.

Сэм замолчала и посмотрела на своё отражение в тёмном стекле, где в её глазах уже горел огонь, который, как ей казалось, давно погас. Бар снова стал тихим. За окном ветер шевелил листья, и где-то в парке, труба, возможно, снова повернулась.

Глава 4

Сэм долго сидела в тишине, даже после того как Лилиан и Элиза ушли. Их стаканы всё ещё стояли на стойке, два прозрачных цилиндра, наполненных водой и недосказанностью. Сэм не знала, почему не сказала «нет» сразу. Может быть, дело было не в них, а в том, что они напомнили ей о чём-то, что она пыталась забыть.