Нора Робертс – От плоти и крови (страница 48)

Однако изворотливая тьма так же коварна, как и сумасшествие, а потому она унесла жизнь своего служителя вместе с жизнями всех, кто находился в тюрьме.

– Я видела. Я все видела, – всхлипнула Фэллон, сползая по стене и дрожа всем телом. – Мне плохо. Мне так плохо.

– Тише, дитя, – прошептал Маллик, поднимая подопечную на руки. – Поспи.

Он погрузил ее в забытье, перенес обратно в дом и уложил на кровать. Затем зажег белые свечи, воскурил шалфей и заботливо омыл лицо Фэллон. Когда она завозилась на кровати, он настоял зелье, чтобы облегчить ее тошноту и потрясение.

– Я видела… – пробормотала Фэллон, понимая, что эти образы навсегда теперь останутся с ней. – И должна рассказать.

– Ты уже рассказала, – успокоил ее Маллик. – Пока наблюдала, пока слушала, пока ощущала. Рассказала все. А теперь отдыхай. Ты перенапряглась, вышла за пределы собственных возможностей. Ты еще не была готова к такому.

– Если бы я не была готова, то не сумела бы наложить заклятие.

– Если бы ты была готова, то не почувствовала бы приступ дурноты. Он сейчас пройдет, а я заварю лечебный чай, чтобы окончательно восстановить твои силы.

– Он был хорошим человеком, – произнесла Фэллон, перехватывая запястье наставника, который собирался выйти. – Доктором, целителем. И пожертвовал собой, чтобы спасти внука. Военные даже не сказали, нашли ли мальчика, в порядке ли он. Как не сказали той девушке, Джанин, про ее маму. Почему они проявили такую жестокость?

– Хотели сломить дух заключенных. Сломленный дух убивает волю к сопротивлению вернее, чем сломленное тело.

– Но в итоге они просто сломали Авраама. Свели его с ума. А это опасно. Безумный колдун поддался тьме. Она…

– Воспользовалась им.

– Да, точно. И обманула. Потому что он мертв, как и все остальные. Джанин никому в своей жизни не причинила вреда, но когда прокляла того лаборанта, того мучителя, то подлила масла в огонь, выпущенный Авраамом. Голосов было так много, что я приглушила их. Но теперь думаю: в тюрьме находилось множество сломленных, отчаявшихся, разгневанных пленников. Они все хотели дать отпор, отомстить хоть как-то… И потому их эмоции взорвались, когда Авраам поджег фитиль.

– Возможно. Очень похоже на правду. А еще среди заключенных наверняка были и темные маги. И это добавило силы пламени.

– Да, ты прав. – Фэллон на пару секунд прикрыла глаза, вспоминая. – В карантинной зоне содержали сто сорок шесть узников. И еще оставалось место для примерно такого же количества. Видимо, кто-то умер, кого-то отправили в другие зоны. Той ночью, десять лет назад, четырнадцатого марта, в семь часов двадцать шесть минут погибли сто сорок шесть заключенных. И все военные. – Внезапно она подскочила. – Мы должны вернуться. – Заметив, как наставник качает головой, девочка сильнее сжала его запястье. – Нужно позаботиться о душах умерших. Провести церемонию очищения земли.

– Согласен, необходимо убрать тела и освободить души. Затем уничтожить место, где творились зверства, и провести обряд, – сказал Маллик, почувствовав прилив гордости за ученицу, которая подумала об этом, поняла важность церемонии. – Но не сегодня. Завтра. Покойные ждали десять лет. Подождут и еще немного. Я узнаю у Мина, захочет ли он пойти. И попрошу других эльфов нам помочь.

– Хорошо, завтра, – кивнула Фэллон. – Но здание уничтожать не будем. Оно построено на совесть и расположено в стратегически удобном месте. Возможно, оно нам еще понадобится.

Маллик отправился делать восстанавливающий чай для ученицы, которая потратила почти все силы. В следующий раз ей не потребуется даже эта помощь. Фэллон уже продемонстрировала завидное присутствие духа и хладнокровие, превышающее даже выдержку самого наставника. После услышанного и увиденного сегодня ему захотелось немедленно сровнять здание с землей.

Но воин и главнокомандующий сразу понял, что война означает смерть. И тюрьмы.

Добавляя в чай мед, чтобы сгладить горечь напитка, Маллик понял, что Фэллон больше никогда не будет ребенком. Не после этого дня. И вспомнил, что сегодня – день ее рождения. Иногда свет может быть таким же коварным и жестоким, как и тьма.

Несмотря на то что уставшей ученице полагалось отдыхать, вскоре из ванной послышался шум воды. Трубы недовольно гудели, но служили исправно. Награда была честно заслуженной.

Вероятно, Фэллон не терпелось смыть с себя вонь тюрьмы, прикосновение смерти. Внезапно Маллик ощутил, что желает сделать то же самое, и зашагал в сторону реки.

Когда он вернется, очищенный, как и сама именинница, то достанет приготовленный имбирный пирог. И будет надеяться, что он порадует Фэллон, привнесет немного света в этот день. Равновесие должно быть во всем. Хотя сладости, восстанавливающий напиток и спокойный вечер вряд ли перевесят жестокость сегодняшнего видения и горечь обязанностей, которые вскоре предстоит выполнять Избранной.

Глава 15

За осенью последовала зима, принеся с собой резкие морозы, завывающие ветра и затяжные снегопады. Несмотря на погоду, Маллик продолжал проводить тренировки, заявляя, что битвы не станут ждать до весны.

Фэллон научилась сражаться с мечом в одной руке и кинжалом в другой. А когда Маллик с помощью иллюзий стал атаковать с разных сторон, освоила и приемы боя против нескольких соперников. Поражений все еще было больше, чем побед, но постепенно будущая спасительница мира училась.

Она каталась на Грейс ради удовольствия, а на Леохе – ради острых ощущений и практики, необходимой как всаднице, так и скакуну, чтобы в битве представлять единое целое.

Вооруженная мечом и небольшим щитом, Фэллон сражалась с Малликом верхом. Ветер бросал в лица поединщиков хлопья снега, забирался под одежду и завывал, но зачарованная сталь вновь и вновь звенела о зачарованную сталь.

Немолодой жеребец наставника бросался вперед, вставал на дыбы и разворачивался с таким бесстрашием, что Фэллон невольно восхищалась. Леох превосходил умениями даже опытного Гвидиона. Его единственной слабостью была неловкая наездница. Но она постепенно училась.

Мечи звенели, хотя звуки сражения приглушала густая завеса снегопада. Часы тренировок и сотни принесенных с реки ведер воды подарили четырнадцатилетней воительнице гибкость и силу. Несмотря на холод, тренировка разогрела ее мышцы. Используя знания и умения, неподвластные еще несколько месяцев назад, Фэллон проскользнула сквозь защиту Маллика, нанося удар в самое сердце.

– Еще раз, – одобрительно кивнул наставник и создал иллюзию кипящего вокруг сражения.

Верховые и пешие воины нападали друг на друга, в воздухе свистели стрелы, повсюду взрывались огненные шары.

Гвидион резко бросился вперед, Маллик взмахнул мечом. Но Фэллон была готова и отразила удар щитом, а потом им же оттолкнула противника. Леох наваливался всем телом, тесня вороного жеребца.

Даже за какофонией выкриков, стонов умирающих и звуков битвы можно было различить затрудненное дыхание наставника. Фэллон же наносила отточенные до совершенства удары один за другим, пользуясь энергией юности и приобретенными силами. Увидев возможность, она сделала выпад щитом, выбив противника из седла.

Он с глухим ударом приземлился в сугроб.

– Ну что, теперь ты готов просить пощады? Я побеждаю уже третий раз за час, – рассмеялась Фэллон, наклоняясь над поверженным Малликом. Однако ее улыбка тут же померкла: тот распростерся в снегу с закрытыми глазами и не шевелился. – Вот черт!

Она спрыгнула с Леоха и, упав на колени, принялась водить ладонями над телом наставника, пытаясь определить степень повреждений. Он почти тут же открыл глаза и отмахнулся:

– Все в порядке, я всего лишь переводил дух.

– Прости! Прости, пожалуйста! Ты уверен, что не ранен? Позволь проверить.

– Думаю, я бы знал, если бы был ранен. Все в порядке, – заверил Маллик и сел. – Ты сумела выбить меня из седла, однако слишком сосредоточилась на одном противнике. В это время полдюжины других могли подкрасться и нанести удар.

– Нет, не могли бы. Леох сообщает мне о перемещениях врагов.

– В самом деле? – Взгляд наставника скользнул на единорога, который спокойно стоял рядом.

– Ага. Да и я сама контролирую происходящее вокруг. Ощутить удается не всех и не всегда, однако твои копии ни разу не остались незамеченными. Конечно, нельзя контролировать все. Но основная задача – обезвредить главного противника. Ты сам этому учил. А уж после этого можно позаботиться о менее важных целях.

Маллик неопределенно хмыкнул, но Фэллон различила в его голосе одобрение. И усталость.

– Надо почистить лошадей и отвести их в конюшню. Они уже час разгоряченными находятся на морозе, – заметила она.

– Наши скакуны – выносливые создания. И я тоже. Продолжим занятие.

Однако когда Маллик поднялся, чтобы вновь вскочить в седло, из леса донеслись выкрики.

Спустя несколько секунд из-за деревьев показался Мик и устремился к всадникам с такой скоростью, что едва оставлял следы в сугробах. Каштановые волосы, присыпанные снегом, развевались за плечами эльфа.

– Помогите! – выкрикивал он на бегу. – Вы должны пойти со мной!

– В чем дело? – обеспокоенно спросила Фэллон, невольно хватаясь за рукоять меча. – Кто-то напал на общину?

– Нет. Болезнь. Люди заболели. Папа… Вы должны пойти со мной!

– Объясни толком. – Маллик подошел к запыхавшемуся эльфу и положил руки ему на плечи. – Что за болезнь? Сколько людей больны?