Нора Робертс – Драма по-королевски (страница 7)

– Вы покраснели. – Он вдруг обхватил ладонью ее щеку.

– Жарко, – вымолвила она с трудом, чувствуя, как дрожат колени.

– Да, очень жарко. – Он тоже чувствовал, как между ними искрит воздух. – Не кажется ли вам, что нам обоим надо немного остыть.

– Вы правы. Мне надо переодеться. Я обещала Беннету до ужина пойти с ним на конюшни.

Выражение его лица мгновенно изменилось. Он отнял руку от ее горячей щеки, и все встало на свои места, словно не было странных взглядов, прикосновений, загадочных речей.

– Я вас покидаю. Французский посол с супругой сегодня ужинают с нами.

– Постараюсь есть суп тихо, не хлюпать.

Все-таки она не смогла сдержать иронии, характер дал себя знать. И сразу увидела, как его взгляд потемнел от гнева.

– Вы делаете из меня посмешище, Ева, и из себя самой тоже.

– Скорее только из себя.

– Из нас обоих. Уходите с солнца, Ева. – Александр повернулся и ушел не оглядываясь.

Она смотрела, как он удаляется четким, почти военным шагом. Потом нырнула в бассейн с головой.

Спустившись вниз, Ева с облегчением увидела, что кроме Беннета на ужин явилась Бри с мужем. Сидя за столом между Ривом и послом, Ева была избавлена от общения с Александром, который, как и полагалось по статусу, сидел во главе стола. С одной стороны от него была сестра, с другой – жена посла.

Ужин был официальным, но, к счастью, скоро стало ясно, что он, вопреки ожиданиям, не станет скучным и утомительным. Посол оказался кладезем анекдотов, и Ева много смеялась, даже перешла на французский, ведь не зря же она провела годы в швейцарской школе.

– Я в восхищении. – Рив одобрительно поднял бокал в ее честь, когда она повернулась к нему.

Он мало изменился с годами. Только виски слегка тронула седина. Хотя нет, это было не все. Он стал спокойнее. Очевидно, семейное счастье продлило его молодость.

– А как ваш французский, вы его улучшили? – спросила Ева.

– Нет. – Рив, разрезая утку в соусе, подумал, что предпочел бы стейк с кровью, приготовленный на гриле собственноручно. Он бросил взгляд на жену, которая весело смеялась шуткам Беннета. Жертва, которую он принес, женившись на принцессе, не шла ни в какое сравнение с тем, что он выиграл. – Габриела говорит, что я не имею склонности к языкам. И она права.

Ева засмеялась и подняла бокал с вином:

– Я так рада, что поеду завтра на вашу ферму, давно хотелось посмотреть, как вы там устроились с Бри. Крис мне говорила, что дом просто очаровательный. Но так и не припомнила, что вы посеяли – пшеницу или овес. Она сказала, что вы держите лошадей.

– Дети любят кататься верхом. Даже Дориан с удовольствием садится на пони. – Рив подождал, пока заберут тарелки, и добавил: – Просто удивительно, как быстро они научились.

– Каково это, Рив, стать членом королевской семьи? – Ева повернулась, чтобы видеть его глаза, сама не понимая, почему ответ так важен для нее. – Я думаю, тяжело жить постоянно на виду, в чужой стране, хотя и не все время.

Рив мог просто отшутиться, как сделал бы другой мужчина на его месте. Но он был человек прямой и никогда не уходил от ответа, не хотел скрывать правды.

– Вначале было трудно нам обоим, – признался он. – Но постепенно привык, и теперь это для меня второй дом. Такой же, как в Виргинии. Я, конечно, буду рад, если Александр женится и с Бри снимут некоторые обязанности. Но я люблю ее, остальное не важно. Я могу смириться с теми неудобствами и условностями, которые связаны с титулом жены.

Ева задумчиво устремила взгляд на Александра:

– Бывает хуже.

– Да, у наследника больше ответственности и обязанностей, – согласился Рив, прекрасно понимая, куда направлены ее мысли. – Александру труднее всех.

Ева поспешно отвела взгляд:

– Да, он станет сам править страной, и это накладывает отпечаток на его характер.

– Его готовили к этому с первого дня появления на свет.

Рив внимательно взглянул на Еву. Неужели Габриела права? Между ней и Александром действительно что-то происходит? Это становится заметно. А ему казалось, что они друг друга терпеть не могут. Так было до сегодняшнего вечера, но сейчас Рив засомневался. Если все так, как говорит Бри, Ева выберет себе трудную судьбу.

– Я понял за прошедшие годы, что они часто не могут сами делать выбор, за них выбирают люди, которые их любят, – сказал он, подтвердив то, о чем она сама уже думала и знала.

– Вы правы. – Как будто поставив точку в этой теме, Ева повернулась к послу, охотно поддержала его шутку и в ответ заставила его смеяться над собственной забавной историей.

После ужина все переместились в парадную гостиную, настал черед кофе и бренди. Посчитав, что все необходимые приличия соблюдены, Беннет взял Еву за руку и шепнул на ухо:

– Пошли на воздух.

– Но это невежливо, – заметила она, взглянув на остальных.

– Они теперь будут вести серьезные разговоры, это на час и больше. А я тоже хозяин дома и должен развлекать гостью. Давай выйдем на террасу.

Искушение было велико. Ева часто вспоминала, как красиво в лунные ночи на террасе дворца. Она бросила быстрый взгляд на Александра, увидела, что он действительно увлечен разговором с послом, а Бри и Рив занимают беседой его супругу.

– Ладно, на минутку.

Она не видела, что Александр, не прерывая разговора, проследил, как они направились к дверям террасы.

– Здесь лучше. – Беннет глубоко вдохнул свежий воздух и подошел к балюстраде.

– Ужин неожиданно прошел приятно и вполне непринужденно, – сказала Ева.

– Да. Но иногда я предпочел бы пиццу с пивом в компании друзей. – Беннет облокотился на каменные перила. – Чем старше становлюсь, тем меньше времени остается для развлечений.

– Это трудно?

– Что именно?

– Ну, быть тем, кто ты есть.

Он обвил рукой ее талию:

– Бывают такие моменты.

– Нет, не уходи от ответа, как тебе это свойственно. – Ева впервые заметила, что Беннет сейчас выглядит гораздо серьезнее, чем обычно, когда хочет предстать в глазах окружающих легкомысленным бонвиваном.

– Так ты хочешь получить серьезный ответ? – Он засунул руки в карманы, помолчал. – Мне трудно тебе объяснить. Я родился таким и знаю, что, куда бы ни пошел, неподалеку будет охрана, а также папарацци. Я привык жить, не замечая их. Видишь ли, мне и Бри многое позволено. Нам все-таки легче. Мы с ней не наследуем трон.

– А ты хотел бы?

– Господи, конечно же нет!

Беннет сказал это так горячо, что Ева улыбнулась:

– Значит, в тебе отсутствует зависть к брату?

– Да чему завидовать? Ему приходится много и тяжело работать, и он не может себе позволить, как я, маленьких слабостей. Представь, все время быть в напряжении. Но почему ты спросила?

– Не знаю. Может быть, во мне говорит американское преклонение перед королевскими особами.

– Ты слишком давно нас знаешь, чтобы преклоняться.

– Я хорошо знаю не всех. – Ева подошла к Беннету. – Помнишь ту первую ночь на балу, мы с тобой вышли из зала и оказались в одной из комнат, двери которой выходили на темную террасу.

Ту ночь никогда не забыть. Я была тогда так восхищена балом, дворцом и тобой и все ждала, когда ты меня поцелуешь.

Беннет ухмыльнулся, шутливо намотал ее прядь на палец:

– Я так и не успел сделать это.

– Нет, вместо этого ты дал себя подстрелить. Я так восхищалась твоим поступком, когда ты бросился спасать сестру. Считала тебя героем.

– Я и был им. Знаешь, – он притянул ее ближе, – если я тебя сейчас поцелую, это будет так, как будто я флиртую с собственной сестрой.

– Знаю. – Она положила голову ему на плечо, и они стояли так, глядя в ночь. – Я рада, что мы с тобой друзья, Бен.

– У тебя, случайно, нет кузины, или сводной сестры, или тети, на худой конец, которая похожа на тебя?