Нора Ольвич – Игры Судьбы (страница 4)

Позднее детские отношения перерастут в девичьи секреты. Ведь Оля, коренная москвичка, была путеводной звездой для Нины и Лизы. Она знала каждый закоулок старой Москвы, каждый камень на Арбате. Шёпот старинных домов она могла пересказать девочкам по великому секрету. А ещё она знала все легенды… Кузнецкого моста, к примеру.

*****

Нина сделала глубокий вдох, пытаясь унять воспоминания. Взгляд её скользил по толпе в торговом центре, и вдруг словно маяк в тумане, она увидела его – знакомый силуэт в джинсовом сарафане. Оля. Сердце ёкнуло тревожно. Но это в последний раз, и вдруг стало всё понятно в жизни и очень спокойно. В этот момент тревоги, связанные с человеком из старинного фотоальбома, отступили на второй план, словно пыль, стряхнутая невидимой рукой. А ещё на мгновение показалось, что тот мужчина с футляром от скрипки прошёлся этажом выше. Обернулся... Нет, показалось. Не он!

Оля!

Нина знала, что именно она, с её острым умом и интуицией, первой заметит фальшь в поведении подруги. Искусственная улыбка, натянутая, чтобы скрыть внутреннее напряжение, не прошла бы мимо внимательного взгляда. Подругая почувствовала бы, что за внешней безмятежностью Нины скрывается буря. Нужно было брать себя в руки. Рядом с Олей стояла Елизавета. Они ждали Нину, как и договорились, возле фонтана в торговом центре. Вода мерно плескалась в нём, отражая яркие огни, создавая особую атмосферу и предвкушение шопинга.

Всё было как раньше. Эта мысль окутала Нину тёплой волной ностальгии. Вспомнились дни, когда их жизнь была наполнена беззаботными приключениями. Как они бродили по Арбату, вдыхая его неповторимый аромат, наблюдая за уличными музыкантами и за художниками. Тогда, в юности, они мечтали о будущем, строя воздушные замки, которые казались такими реальными и достижимыми.

Сидели на скамейках в парках. Делились самыми сокровенными секретами, теми, что не доверишь никому другому. Строили грандиозные планы по сдаче экзаменов, которые казались непреодолимыми вершинами. Вместе они были готовы покорить буквально всё на свете.

- Привет!

Прозвучало одновременно. Три голоса, три улыбки. Энергия юности и соблазна, слившаяся в один яркий луч. Громкий смех, словно звон колокольный, разлетелся по торговому центру.

- Девчонки, как же я рада вас видеть! Оля! Твои косы, они всё ещё на месте! Ты же о стрижке поговаривала!

- Девочки, вам бы я сообщила первым, если бы дошла до салона. Но тётя Женя, вы же знаете, она неумолима. А я! Сколько геля извела на кудри. А они!

- Прекрасны, как всегда!

Совсем не замечая взглядов на свои особы, забыв обо всём на свете, обмениваясь в буквальном смысле слова разрядами убойной энергии, три грации готовы были отправиться по этажам за новыми впечатлениями. Они уже сделали первый шаг, когда Лиза вдруг остановилась. Что-то неуловимое, коснулось её сознания. Она обернулась, и взгляд девушки встретился со взглядом мужчины, стоя́щего чуть поодаль. Он был одет в тёмный блейзер, джинсы и водолазку. Нарочитая элегантность нарушала в нём какой-то общепринятый баланс мужского и совсем небрежного в стиле. Мужчина выделялся из толпы. Как ни странно, но он точно хотел этого. Казалось, что в буквальном смысле слова «мачо» решился преподнести себя на суд общества, нисколько не сомневаясь в своей неотразимости. Его лицо хоть и было скрыто в тени, но глаза… Глаза «поедали» Лизу с каким-то странным, почти хищным желанием присвоить. В принципе он на всё смотрел именно так.

В этот момент Лиза почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Взгляд мужчины был не просто любопытным, он был властным, словно он уже присвоил себе красоту, жизнерадостность и право на свободу трёх подруг.

Необъяснимое чувство тревоги охватило Лизу. Она почувствовала себя уязвимой, словно обнажённой перед этим пристальным, оценивающим взглядом. Её подруги, увлечённые беседой, не замечали очевидного. Она встала между ними, как это делал всегда. Девочки раздвинулись, впуская её под свою защиту. А обернувшись вновь, Лиза заметила, что незнакомец разговаривает с кем-то.

- Нина, ты загоревшая и будто иная совсем.

- В Турции побывала, проект новый отсняла. Девочки, я вам гостинцы привезла.

Через несколько минут, глянув на запястье, Оля с серьёзным видом спросила:

- Это, что золото?

- Сложно сказать. Возможно, очень низкая проба, красиво, прочно и не темнеет. Я уже это изделие, не снимая ношу около двух недель.

- Очень изящно!

Лиза смущённо улыбалась, радуясь подарку. Родня её не баловала такими вот сюрпризами и осмотрев тоненькую цепочку с брендовыми листиками и цветочками Louis Vuitton, она вновь обернулась. Будто почувствовав это, незнакомец также повернул голову в их сторону. Взгляды девушки и мужчины на мгновение пересеклись. Это было всего лишь мгновение! Но его хватило, чтобы собеседники незнакомца тоже обратили своё внимание на объект внимания их товарища. И будто испытывая чувство вины за это, Лиза переключилась полностью на общение с подругами. Она отвернулась, не желая больше вникать в ситуацию с чужими взглядами.

Поднимаясь на верхние этажи торгового центра, она советовала Нине задуматься о поступлении на факультет «Коммерческая фотография и графический дизайн» в ИГУМО.

- Нина, обещай, что подумаешь. Хотя бы заочно. На дистанте учиться в разы легче. Время пройдёт незаметно, и диплом будет у тебя в руках.

- Подумаю, обязательно. Возможно, это действительно выход для меня, последнее время живу совсем одна в кадре чужих страстей. Ну а сегодня, подруга, мы обмываем твой диплом!

- Ой, какая сумочка, девочки!

- Ещё одна в твою коллекцию. Оля, оставь её, у тебя есть подобная. Они у тебя все похожи друг на друга, нацель свой взгляд на нечто новенькое!

*****

Мне ли рассказывать вам, уважаемый читатель, как незаметно летит время в подобных заведениях. Казалось, в твои руки только легли приглянувшиеся босоножки и балетки, шарфик и палантин, а время уже отмотало свои три законных часа. Торговый центр, этот гигантский муравейник, после майских праздников гудел с удвоенной силой. Воздух был пропитан смесью ароматов. Сладковатый запах парфюмерии, терпкий аромат кофе из ближайшей кофейни, лёгкий привкус выпечки, корицы и ценников с цифрами, сводящими с ума. Всё это смешивалось в единую симфонию, призванную соблазнять, манить, заставлять забыть о реальности.

Мои пальцы скользили по гладкой коже ремня с брендовой пряжкой, по мягкому кашемиру свитеров необъятных размеров, по прохладному металлу украшений. Слова «акции и скидки» тянули к себе словно магниты. Каждый предмет роскоши был обещанием нового образа, новой себя. Я хотела юности и, возможно, студенчества, как у Лизы. Хотела забыть, что за мной тянется прицеп с тяжёлым и неизвестным прошлом. Что дед – старый партизан и работник сталинской контрразведки говорил, «не нужно тебе светиться Нина, нужно залечь на дно и выждать». Сколько ждать дед не говорил. И мне иногда казалось, что вот так и жизнь вся пролетит... На дне в ожидании!

- Устала!

Присев возле фонтана, Оля улыбнулась довольно. Я глянула в окно. Сумерки! Время! Его вновь не хватало буквально ни на что. В торговом центре оно имело свою особую, коварную природу. Оно не текло, а скорее мгновенно перетекало, растворяясь в мелькании витрин, в звоне кассовых аппаратов, в смехе и разговорах. Три часа, которые мы провели, примеряя, сравнивая, мечтая, пролетели как один миг.

- Я бы перекусила немного.

Лиза смущённо улыбнулась.

Глава 4. Красная Москва.

Москва, вечер. Город, уставший от дневной суеты, окутывался мягким бархатом сумерек. Фонари зажигались один за другим, словно рассыпая по асфальту золотую пыль бликов. Неспешный ритм шагов, гуляющие пары.

Где-то в лабиринте улиц, там воздух пропитан сюжетами старых легенд; улыбающихся и светящихся проекций на стенах; лёгкой дымкой от сигарет – именно там затаилась светящаяся вывеска «Зелёной собаки».

Перед нами был портал в другую реальность, где время течёт иначе, а каждый гость становится частью общей истории. Всего на одну только ночь! Незабываемую ночь.

Музыка пульсировала в сознании. Клуб наполнялся людьми. Казалось, город, погружаясь в вечернюю прохладу, выдыхал эти создания из своих недр.

Я обернулась. Подруги прошли вперёд. Вернее, будет сказать, я от них отстала, потому как всё же натёрла боковую косточку на одной ступне своими красивыми туфельками. Нужно было надевать немодельную обувь. Кроссовки вполне бы сгодились. Вздохнула.

— Девушка, я вас зову!

Пожилая женщина в неброской одежде смотрела мне в лицо. Обычная такая женщина. Напомнившая мне почему-то гардеробщицу, работающую в старом школьном гардеробе. Я хотела сказать ей, что не слышала, как она меня звала. Но ведь я же обернулась – значит, слышала. Хотя точно знала, что нет.

— Добрый вечер.

— Вам передали это.

После короткой фразы женщина вложила мне в руку объёмный пакет из плотной бумаги. Он был неожиданно тяжёлым, словно внутри лежало что-то невидимое, но очень плотное.

— Кто передал?

Я удивилась и от неожиданности остановилась.

— Мужчина со старым футляром от скрипки в руках, он ждал вас, а после сказал, что времени у него в обрез.

Голос говорившей был низким, он звучал почти как шёпот. Но каждое слово я воспринимала с удивительной ясностью. И мне казалось, что я наперёд знала, о чём она скажет.