Нонна Монро – Сотканные из лжи (страница 25)

— Ладно, милая, я пойду выбирать отцу костюм. Позвоню завтра.

— Пока, мам.

Сердце лихорадочно стучало в груди. Щеки потеплели. Я не хотела возвращаться в комнату и сталкиваться с Колин. Поэтому и взбежала по лестнице на второй этаж, надеясь, что Тайлер заметит и найдет меня в библиотеке.

Тишина окутала со всех сторон. Здесь никого не было. Лишь собственный стук каблуков нарушил спокойствие. Я скрылась в одном из карманов. Пыталась выровнять дыхание. Я, наверное, должна была рассказать Тайлеру о Джеффе. Но вместе с тем сомневалась, имею ли право вмешиваться в его жизнь. Он так и не рассказал, почему уезжал в Бостон. Видимо, не считал нужным. Чувства наслаивались, запутывая меня еще больше. Редкие встречи не давали ответов на желанные вопросы, но и я не готова была услышать правду, ведь раз за разом предавала то хрупкое, что образовывалось между нами.

Меня разрывало на части. Я искала выход во тьме без капли света. Ни одной подсказки или намека. Все то, что возникало в груди, разбивалось при встрече с Колин или разговором с мамой. Имела ли я право требовать что-то от Тайлера, когда сама открещивалась от любой связи с ним? Нет. Это действительно несправедливо и нечестно. Но и отстаивать было нечего. Мимолетная слабость с Тайлером ощущалась восхитительно, потому что я понимала: об этом никто и никогда не узнает. Если и существует на свете человек, способный унести мои секреты в могилу, то это Тайлер Гилл.

Минуты сменились часом. Я бросила взгляд на телефон и вздохнула. Он либо не захотел прийти, либо не увидел меня. И первое ранило сильнее, чем все остальное. Я продолжала верно ждать, отчасти потому, что не хотела возвращаться к себе. Колин бы продолжила вчерашний допрос и вывела бы на чистую воду. И я бы хотела бы велеть ей не совать свой нос в чужую жизнь. Но… Очередное но, не имеющее под собой основания. Я так дорожила дружбой с Колин, сама не зная почему. Пришлось отсеять все остальные мысли, чтобы погрузиться в это утверждение.

Колин неплохой человек, но слишком увлекается разбором чужой жизни. Ей проще указывать, что делать другим, нежели разбираться своими делами. Она из тех, кто точно знает, как нужно жить, но при этом не соответствует этим правилам. Она всегда игнорирует мои увлечения, в то время как я поддерживаю ее. Колин перебивает, затыкает и отмахивается, будто мое мнение совершенно не имеет для нее значения. Так почему же я продолжала цепляться за Колин?

Страх. Я панически боялась остаться одна. Стать изгоем. Одиночкой. Человеком, которому не к кому подсесть. Не с кем поговорить. После того, как Кэтрин сбежала, я ощущала это липкое, отвратительное чувство. Кроме мамы не осталось никого, с кем бы я могла поговорить. Семь месяцев молчания. Семь месяцев тишины, пока я не поступила в Болфорд. Там мы и познакомились с Колин. Но какой смысл в дружбе, если я постоянно хочу побыть в тишине? Наедине со своими мыслями. Одна.

«Как известно, предрассудки труднее всего искоренить из сердца, почва которого никогда не была вспахана и оплодотворена образованием; они произрастают упорно, стойко, как плевелы среди камней». Строчки, выделенные Тайлером, всплыли в голове. Я открыла уже прочитанную книгу и в сотый раз уставилась на них. Смогла бы я искоренить предрассудки из своего сердца?

Ледяной холодок пробежал по спине. Осознание так крепко засело в груди, что я не посмела бы его изгонять. Пусть немного побудет там. А дальше я пойму, как быть с ним. До меня донесся стук шагов. Я напряглась и вцепилась пальцами в подлокотник. Тихая надежда плескалась в сердце. Трепет пробежал мурашками по коже. Приятные чувства ласкали каждую клеточку тела. Предательство ощущалось вдвойне больнее, но я запихнула его куда подальше.

Тайлер нашел меня быстро. Он выглядел уставшим, но все таким же красивым. Легкий румянец красовался на гладких щеках. Серые глаза смотрели точно на мое лицо, ни выше, ни ниже. Тайлер молчал, все еще пребывая в собственных мыслях. Карамельного цвета волосы были слегка растрепанны. Несколько прядей скрыли широкий лоб.

Я хотела, чтобы он заговорил первым. Чтобы сократил расстояние между нами и поцеловал. От этой мысли жар пронесся по телу. Я подавила порыв сжать колени, но не подавила желание.

— Почему ты грустила? — Его голос отозвался во всем теле. Я даже не сразу поняла, что именно он спросил.

— Когда?

— Вчера. Сегодня. Неделю назад. Почему ты выглядишь несчастной?

Это было так странно, говорить обо мне. И с одной стороны даже приятно, что кого-то действительно интересовало то, что у меня на душе.

— Я не чувствую себя счастливой, — честно призналась я.

Тайлер выгнул бровь, безмолвно задавая очередной вопрос. Я прерывисто выдохнула. Сердце медленно, но верно перестало разрывать грудную клетку.

Слова кипели во мне. Я никак не могла сформулировать мысли. Хотелось, чтобы все они звучали четко и понятно. Без лишней воды и по делу. Как в книгах, где герой легко выкладывает все, что беспокоит его. Но реальная жизнь было суровей, а мой язык не такой мелодичный и емкий, как у авторов. Мне не хотелось выглядеть глупой в глазах Тайлера.

— Это сложно объяснить, — сказала я, ибо ничего другого на ум не пришло.

— Что сделает тебя счастливой?

Сердце разбилось, а после склеилось. Такой простой вопрос, который никто и никогда мне не задавал. Так мог спросить только Тайлер: честно и прямо.

Не дожидаясь ответа, Тайлер открыл книгу и начал пролистывать страницы, ориентируясь на стикеры. Я затаила дыхание. Какую мысль я упустила? Чего не смогла увидеть, понять и поселить в своем сердце. Тайлер взял со стола карандаш и что-то подчеркнул, а после показал мне.

«Замкнутые люди нередко больше нуждаются в откровенном обсуждении своих чувств, чем люди несдержанные».

Я сглотнула ком и осмелилась взглянуть на него. На этот раз слова обжигали язык.

— Осознание, что я могу быть сильнее. Что могу дать отпор, когда кто-то принижает мои способности или желание. Обесценивает мои мечты. Не считается с тем, что я люблю. Отстаивать свою жизнь от чужого вмешательства, — на одном дыхании выпалила я. И готова поклясться, уголки губ Тайлера приподнялись.

— Значит, ты сама можешь сделать себя счастливой.

Мне хотелось забрать с собой это утверждение и рассмотреть его со всех сторон. Попробовать на вкус. Ввести внутривенно. Отпечатать под веками. Сохранить в сердце.

Я поднялась с кресла и встала напротив Тайлера. Достаточно разговоров обо мне. С ним явно что-то не так.

— Что сделает тебя счастливым? — Несмело спросила я.

Он чуть прищурился. А после посмотрел на мои губы. Щеки вновь потеплели. Я была уверена, что Тайлер сам не станет меня целовать. Потому что не уверен, действительно ли это то, чего я хочу.

Я прислушалась к зову сердца и поняла: да, я хочу поцеловать Тайлера Гилла. Не смотря ни на что. Не смотря на чужое мнение. Если в этой жизни и есть что-то правильное, так это изгиб его губ, серые глаза, смотрящие без осуждения, и сердце, в котором нашлось для меня место. Мне снова требовалось почувствовать возможность выбора. Моего выбора.

Сердце глухо стучало в груди, как только я оказалась в его руках. Длинные пальцы скользили по пояснице, играя с тканью блузки. Я не готова была зайти дальше поцелуя, но охотно наслаждалась прикосновениями.

Тайлер склонил голову. Теплое дыхание со вкусом вишни ласкало губы. Я коснулась пальцами его лица. Он сдался первым. Дрожь пробежала по спине, как только его рот обрушился на мой. Я потянулась к нему, прижимаясь сильнее. Голова кружилась от недостатка воздуха. Пальцы подрагивали, рисовали странные узоры на его шее. Тайлер прижал меня к шкафу. Углубил поцелуй, окончательно отрезая от реальности. Сейчас был только он, его губы и язык. Никаких мыслей и переживаний. Спокойствие окутало со всех сторон. Я хотела задержаться в этом мгновении навечно.

Тайлер с трудом оторвался от меня. Прижался лбом к моему лбу и тяжело задышал. Я впервые молила его о молчании. Потому что боялась услышать то, к чему не была готова.

— Эшли.

Я уткнулась лицом в его грудь. Зажмурилась, надеясь, что это спасет меня от дальнейших слов.

— Рано или поздно тебе придется принять решение.

И я прекрасно понимала, о каком решении он говорит.

Но не представляла, как вообще смогу его принять.

Глава 22. Эшли

Слова Тайлера не выходили из головы. Я прокручивала их изо дня в день, но не могла принять саму суть. Отрицала. Злилась. Горевала. И снова отрицала. Потеряла всякий интерес к учебе и даже занятия по литературе больше не выглядели привлекательными. Нейт, если и замечал, то не задавал лишних вопросов. Зато остальные учителя просили меня остаться после лекций и пытались выяснить, все ли со мной хорошо. Я правда витала в облаках. А еще не могла больше терпеть общество Колин.

Все в ней казалось искусственным. Каждый взгляд, усмешка, слово. Она продолжала вести себя властно, будто целый мир подчинялся ей одной. А еще полностью проигнорировала мою просьбу и все еще вмешивалась в мою жизнь. Каждый день начинался и заканчивался вопросами. И если поначалу я вежливо отвечала, то после — огрызалась. Куда легче было проводить время с Ким: ее хотя бы не волновал каждый мой шаг. Да даже Дженни выглядела куда искренней и беззаботней, вот только стоило Тайлеру появиться в поле нашего зрения, она резко переводила взгляд с меня на него и ухмылялась.