Ноэль Ихли – Спроси Андреа (страница 41)

Я знала, что из нас троих Скай меньше всего заинтересована в том, чтобы продолжать двигаться дальше. Она не знала, что ее ждет и как туда попасть. Не то что Меган, ведь у нее была бабушка. И хотя я еще не позволяла себе дрейфовать таким образом, я была готова. Готова найти свою тетю Нелли. Рассказать ей, как много она значила для меня, когда я была маленькой девочкой, и узнать ее лучше, чтобы вспоминать не только ожерелья из макарон и детские игры. Мысль о том, что я снова найду ее, наполняла меня теплым светом. И я была готова двигаться к этому свету.

– Она вернется, – заверила я Скай, и мои собственные облегчение и надежда, словно солнечный свет, пробились сквозь туман ее печали.

Когда через час Меган выскользнула в темную комнату, она принесла новости о событиях прошедшей недели. Кен – менеджер из «Дейли Гринд» – указал на Джеймса, утверждая, что это он заигрывал со Скай.

Но на видеозаписи с парковки, на которой был запечатлен номерной знак машины Джеймса, не осталось свидетельств того, как Скай садится к нему. А на записи с камер наблюдения магазина «Фройо», запечатлевших, как она садится в машину, невозможно было разглядеть лицо Джеймса. Когда Доманска позвонила Киттлсону, он дал понять, что у них имелись лишь косвенные улики, и при отсутствии других доказательств окружной прокурор откажется выдвигать обвинение. Машина была чиста. Джеймса уже привлекли к ответственности за убийство Меган в Юте. И они узнали, что он познакомился с Меган и многими другими женщинами на сайте под названием MatchStrike.com.

Когда Меган сказала мне, что Доманска упомянула мое имя – дело Бриши Колье, – меня пронзила дрожь. Детектив из Колорадо направлялся в Айдахо. Моим родителям и сестре наконец-то предстояло узнать, что со мной произошло. Возможно, и другие женщины, с которыми он встречался с помощью приложения, расскажут о себе. Николь. Эль. Они тоже найдут ответы.

Я знала, что это еще не конец. Многим людям предстояло пережить немало душевной боли и ужаса, но вместе с тем я понимала: моя роль в этой истории наконец-то подошла к концу. И я была готова двигаться дальше без Джеймса Карсона.

Затем я почувствовал рядом Скай, ее печаль переросла в отчаяние.

В одно мгновение испытываемое мной облегчение улетучилось.

Ответы на вопросы, которые так отчаянно искала ее семья, уже лежали на поверхности. Они знали, кто убил их ребенка. Но при таких условиях имя Скай не прозвучит в суде. Они не найдут ее имя на сайте MatchStrike.com. И тогда дело закроют.

Я представила мать Скай… она показывала ее в своих воспоминаниях. Энергичная брюнетка с кудрями и золотисто-коричневой кожей. Я представила, как она смотрит новости о скорбящих семьях, связанных с делом MatchStrike. Читает статью за статьей, пока адвокаты борются, чтобы его осудили за два убийства, а не за три. Она узнает, что виновному в убийстве ее дочери позволили ускользнуть от правосудия, потому что его вину «слишком сложно доказать», несмотря на кажущееся наличие неопровержимых доказательств.

Отчаяние Скай превратилось в покорность, и она отвернулась, чтобы посмотреть на Эйприл, которая наконец-то уснула и теперь дышала тихо и глубоко.

– Все нормально. Я знала, что такой вариант возможен. – Она закрыла глаза и добавила низким голосом: – Все равно я не пустое место.

Меган нахмурилась.

– Конечно. – Она повернулась к бликам лунного света, которые проникали сквозь жалюзи мотеля, ее взгляд казался задумчивым. – Возможно, они что-то упустили. Может, они все же смогут предъявить ему обвинение в том, что он с тобой сделал.

Скай фыркнула.

– Наверняка Киттлсон пропустил до хрена всего. Он был готов двигаться дальше еще до того, как нашли меня.

Меган присела рядом и протянула к нам руки.

– Тогда давайте вместе посмотрим, что он пропустил.

Остаток ночи мы изучали воспоминания Скай.

Наблюдали за каждым болезненным моментом, когда «Джеймс» флиртовал с ней в кофейне.

И мучительным, когда в тот день робкая, нерешительная Скай садилась к нему в машину на парковке после работы.

И за всеми чудовищными моментами, что произошли после этого.

Разумеется, мы могли видеть только то, что видела она, и помнить то, что помнила она.

Но пока мы изучали воспоминания о том дне, когда он заходил в кофейню в последний раз, я вдруг вскрикнула.

Он держал в руках одноразовый стаканчик. Тот самый, с маленькой рожицей, ресницами и надписями «Джеймс» и «горячий шоколад».

Я уже видела этот стаканчик в собственных воспоминаниях, в его доме.

Он засунул его в ящик стола.

Отпустив руки Скай и Меган, я поспешила рассказать им о своем открытии.

– Скай, на какой-нибудь из записей с камер наблюдения он держал в руках стаканчик из-под кофе?

Скай покачала головой.

– Не знаю. Я видела не все, лишь отрывки, которые пересматривала мама. Но я знаю, что он попал в поле зрения камеры, когда приходил в кафе тем утром.

Взяв ее за руку, я показала ей воспоминание о стаканчике в ящике его стола. Невозможно было узнать, остался он там или нет. Даже если и так, поняли бы проводящие обыск детективы, на что именно смотрят?

– Мы должны рассказать Доманска, – настаивала Меган, уже направляясь к двери мотеля. – Она выслушает.

Глава 52

Скай

Я знала, что Доманска не найдет стаканчик в том месте, на которое указала Бриша.

Откуда нам было знать, что он там? Разве он стал бы хранить у себя подобную вещь?

Пока той ночью мы нашептывали детективу информацию, я готовилась к разочарованию.

Моему убийству так и суждено было остаться нераскрытым. Многие преступления постигает такая же участь. И я все равно умерла, так какое это имело значение?

Но было сложнее лгать себе, не имея тех отвлекающих факторов, которые имелись у меня при жизни. Телефона. Или телевизора. Отныне существовали лишь мои собственные мысли и колючки разочарования, которые ползли по телу, когда я смотрела на спящего детектива, которая так упорно искала Меган.

– Она не найдет его, – твердо заявила я Меган и Брише.

Они не стали возражать. Но и не перестали шептать.

Я знала, что детектив не обнаружит тот стаканчик.

И верила в это вплоть до того самого момента, когда она все-таки отыскала его.

Теперь он лежал не в ящике стола. Он оказался на дне мусорного бака в гараже, спрятанный под коробками службы доставки и упаковками от продуктов, которые должны были забрать в начале недели… если бы он не увез Эйприл с девочками и не сбежал.

Кадр, где в день моего убийства Джеймс выходит утром из кофейни со стаканчиком в руке, Доманска нашла раньше, чем обнаружила сам стаканчик.

По тому, как она задержалась на этом фрагменте, увеличивая его до тех пор, пока не увидела маленькую рожицу, которую я нарисовала, я поняла, что она послушала нас.

Мама расплакалась, когда детектив Эндрюс, которому в обозримом будущем предстояло заменить детектива Киттлсона, сообщил ей, что мое убийство будет приобщено к делу «Убийца MatchStrike».

Мы все – Бриша, Меган и я – присутствовали, когда он разговаривал с ней. Мы жили у моей мамы, а не у Эйприл или Доманска.

Я надеялась, что у Эйприл с девочками все хорошо, но относилась к ним иначе, чем Бриша. Конечно, я была рада, что мы помогли ей. Но не желала видеть, какую агонию она испытывает теперь, узнав подробности о совершенных мужем преступлениях.

Я не винила ее за его преступления, но была уверена, что осталась бы жива, если бы она пристальнее присмотрелась к мужу, а не закрывала на все глаза.

Джеймса обвинили в трех убийствах и поместили в тюрьму без права выхода под залог, где мы и навестили его.

Это была моя идея.

Я хотела как следует попрощаться с ним. Мы все жаждали этого.

Выглядел он действительно жалко. Борода уже стала походить на отвратительное птичье гнездо, а сам он был одет в грязно-оранжевый комбинезон, доходивший ему до щиколоток.

Он ожидал возможного смертного приговора. А еще, оказавшись в крошечной камере с крупным мускулистым мужчиной, который боролся с последствиями отказа от тяжелых наркотиков, наконец сам почувствовал страх и бессилие. Вполне заслуженно.

Мы провели с ним три дня.

Каждый раз, когда он засыпал, мы придвигались ближе и придумывали фееричный кошмар.

Эйприл, которая поведала полиции все, что знала. Ее уверенный взгляд, когда она сказала репортеру, что смертная казнь не кажется ей излишне суровым вердиктом.

Женщины, которые рассказывали в новостях Айдахо, Юты и Колорадо, что встречались с ним.

Взгляд Эль, когда она рассказывала о том, что он с ней сделал и насколько он отвратителен.

Николь, которая с облегчением беззлобно смеялась, поведав о том, как отправила подруге сообщение, чтобы сбежать со свидания и оставить его наедине со счетом.

Марджори, продающая таблоиду свою версию истории: «Мой пасынок – серийный убийца».

Его коллеги из Колорадо, Юты и Айдахо, которые признались прессе, что он вовсе не так умен, как притворялся на работе.

Кошмары возымели желаемый эффект.

Каждый раз он просыпался с криком и хватал ртом воздух, бормоча «суки» и «ложь».