Ноа Хоуп – Падший король (страница 4)

Его тёплая улыбка казалась искренней, но в ней сквозило что-то неуловимо тревожное, будто он пытался скрыть за ней гораздо больше, чем мог себе позволить. И я поняла, что мне ещё очень много чего нужно узнать и понять.

Как-то всё это было чересчур хорошо, чтобы быть похожим на правду, слишком нереальным. Зачем такому человеку, как он, спасать меня? Что кроется за этим жестом доброты? Кого я напомнила ему? Что случилось с этим человеком? Возможно, он уже пытался кому-то помочь, и у него не получилось, поэтому собирался исправить эту ошибку со мной?

Вопросы роились в моей голове, но я не решалась задать ни один из них, боясь услышать ответ, который разрушит хрупкое чувство надежды, зародившееся в моей душе. Может быть, это действительно было просто альтруистичное желание помочь, а не какая-то коварная игра.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Как бы странно и пугающе ни выглядела вся эта ситуация, я почему-то в глубине души чувствовала, что могу довериться этому человеку и его странной, непонятной доброте.

– Хорошо, спасибо. – тихо произнесла я, стараясь убедить в этом и саму себя. – И нет, я не голодна, но не отказалась бы принять душ, прежде чем лечь спать.

Доменико кивнул, его проницательный взгляд был полон понимания.

– Да, конечно. – он жестом указал на одну из дверей в комнате. – Там ты найдёшь всё, что тебе может понадобиться. У меня пока нет для тебя одежды, так как я не планировал покупать кого-либо сегодня или вообще в любой другой день, но я позабочусь об этом, и утром у тебя будет всё необходимое. – Он окинул меня внимательным взглядом, словно оценивая мои размеры. – В ванной есть халат, можешь пока воспользоваться им.

Он отвернулся и направился к двери, оставляя меня наедине с моими тревожными мыслями. Что будет завтра, когда я проснусь? Доменико передумает и вернёт меня обратно, решив, что я не заслуживаю его помощи? Или он сдержит своё слово и продолжит оказывать мне покровительство?

Я подошла к двери ванной, боясь оставаться в этой тёмной, тихой комнате. Осторожно потянула за ручку, предполагая, что за ней меня ждёт какая-то опасность. Однако к моему облегчению, там не было ничего, кроме просторной, элегантно обставленной комнаты с большой мраморной ванной в центре. Стены были облицованы светлой плиткой, а на полу был расстелен пушистый белый ковёр.

Я медленно разделась, стараясь не думать, что будет дальше, о том, кто такой Доменико и зачем он меня купил. Погрузилась в тёплую воду, чувствуя, как усталость и напряжение постепенно покидают моё измученное тело. Закрыв глаза, я попыталась расслабиться, хотя бы на время забыть о своих тревогах, отключиться от реальности, которая казалась мне кошмарным сном.

Но в глубине души я понимала, что это лишь временное затишье перед бурей. Грядущее будущее по-прежнему оставалось неизвестным, и я не могла избавиться от гнетущего чувства, что за этим всем кроется нечто мрачное и непредсказуемое.

Но я должна была пройти этот путь, чтобы в конечном счёте спасти её…

Глава 4. Доменико

Этой ночью я не сомкнул глаз ни на минуту. Кошмарные воспоминания прошлого терзали меня, пронизывая сознание и лишая покоя. Каждая вспышка была слишком болезненной и разрушительной, чтобы дать им завладеть моим разумом. Когда первые лучи солнца пробились сквозь занавески, я решительно натянул спортивную майку и серые брюки, стремясь сбежать в тренажёрный зал – место, где я мог выпустить бурлящую внутри энергию и хотя бы на время изгнать своих демонов.

Сегодняшний день должен был стать началом нового этапа для Насти. Я понимал, насколько это важно – начать заново после пережитого ужаса рабства и торговли людьми. Хотя моё сердце сжималось от мысли о её страданиях, я настаивал на том, чтобы она получила лучший уход. Прежде чем уйти, я дал строгие указания своему человеку: ни на минуту не оставлять её одну и немедленно сообщить мне о любых происшествиях.

В спортзале я отдался жестокой тренировке, пытаясь вытеснить мучительные мысли. Звук ударов кулаков о боксёрскую грушу и тяжёлое дыхание стали моими спутниками в этой борьбе. Каждое движение, каждый удар были пропитаны яростью и отчаянием, пытаясь заглушить внутреннюю боль. Пот градом стекал по моему лицу, мышцы горели от напряжения, но это ощущение было такое живое и контрастировало с кошмарами, преследовавшими меня ночью.

Спустя несколько часов изнурительной тренировки мой телефон зазвонил. Взглянув на экран, я увидел номер брата, который сейчас возглавлял наши дела в Италии. Предчувствуя неприятные новости, я поспешно ответил.

– Проблемы? – спросил я, едва сдерживая нарастающее беспокойство.

– И тебе доброе утро, старший брат. – рассмеялся Алессио, его голос сочился ехидством. – Нет, в твоём королевстве всё спокойно. Твои люди исправно выполняют приказы и приносят тебе прибыль.

– Остряк. – фыркнул я, раздражённый его насмешливым тоном.

С тех пор как он нашёл свою «бабочку», Алессио был слишком счастливым ублюдком, что меня откровенно бесило. Где же был мой холодный, бессердечный брат, который не знал других эмоций, кроме злости и ненависти? Хотя, если быть честным, я был рад за него – он заслужил немного счастья после всего, через что его заставил пройти отец.

– Что звонишь тогда? – спросил я, пытаясь скрыть нетерпение.

В трубке повисла тишина, и я почувствовал, как ледяная волна проходит по моему телу, оставляя за собой ощущение нарастающего беспокойства.

– Марселе позвонила невестка. – наконец произнёс брат. – Она рассказала, что Микеле ведёт переговоры с русскими.

– Cazzo! – выругался я, резко останавливая беговую дорожку.

Я начал мерить шагами просторный тренажёрный зал, чувствуя, как адреналин пульсирует в моих венах. Нужно было немедленно разобраться с этой ситуацией, пока она не вышла из-под контроля. Микеле всегда был слишком амбициозным и нетерпеливым, а если он решил связаться с русскими, последствия могли быть катастрофическими. Но я не понимал, зачем ему это, когда мы можем объединить наши силы? Тем более, когда это было логичнее всего, учитывая, что мы теперь породнились из-за брака между его сестрой и моим братом.

– Я позвоню ему сегодня и назначу встречу. – ответил я, стараясь сдержать нарастающую ярость. – Если он выберет их, ни о каком перемирии не может быть и речи. Я буду защищать то, что принадлежит мне, и устрою грёбаную войну, если он перейдёт мне дорогу, даже несмотря на то, что Микеле – член твоей семьи.

– Знаю, и я на твоей стороне, брат. – ответил Алессио.

– Ага, как же. – фыркнул я. – Не уверен, что ты будешь говорить также, если я убью близнеца твоей жены.

– Ты сомневаешься в моей верности тебе и Семье? – спросил он, его голос звучал напряжённо.

Я прикрыл глаза, пытаясь успокоить бушующие внутри чувства. Алессио – мой брат, моя кровь, моя семья. Но Марсела… она его слабость. А Де Лука – единственный родной человек его жены, после того, как их грёбаный отец назвал её предательницей, и Микеле убил его.

– Нет. – ответил я, наконец. – Я знаю, что ты всегда будешь верен Семье и нашему делу. Но я должен буду действовать, даже если это причинит боль твоей жене.

В трубке повисла гнетущая тишина, и я мог представить, как Алессио стискивает зубы, пытаясь сдержать собственные эмоции. Его лицо наверняка исказилось болезненной гримасой, а на лбу выступили капли пота – он всегда так реагировал, когда ему приходилось делать тяжёлый выбор.

Но, прежде чем Алессио успел что-либо ответить, раздался другой голос – мягкий, но полный решимости.

– Извиняюсь за вмешательство, но я всё понимаю, Доменико. – произнесла Марсела. – И пусть ты мне ещё не веришь, но я не встану между тобой и твоим братом, ради моего собственного. Я больше всех хочу, чтобы вы с Микеле заключили перемирие. И к чёрту этих русских! От них только проблемы.

Я расхохотался, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает меня.

– Я полностью с тобой согласен насчёт этих ублюдков. – ответил я, ощущая, как уголки моих губ приподнимаются в лёгкой усмешке. – И хорошо, я тебя услышал. Надеюсь, твой брат такой же благоразумный.

– Я не совсем уверена в этом. – тихо произнесла Марсела, и я уловил в её голосе нотки беспокойства. – Серафина говорит, что он как будто не в себе последние дни. Но я верю, что вы сможете всё уладить.

Однако, прежде, чем я успел ответить, тишину спортзала нарушил стремительный топот ног. Резко обернувшись, я увидел, как в проходе стоит мой солдат Антонио. Его лицо было бледным, а глаза – широко распахнуты, словно только что увидел самого дьявола.

– Дон, там… вообще, вы нужны срочно. – выдохнул он, едва переводя дыхание.

По моему телу пробежал холодок дурного предчувствия. Что могло случиться на столько серьёзного, что заставило этого крепкого мужчину, прошедшего огонь и воду, прийти ко мне в таком состоянии?

Не произнеся больше ни слова, я поспешно завершил разговор с Марселой и братом и рванул следом за Антонио. Гулкие звуки моих тяжёлых кроссовок отдавались эхом в пустых коридорах, а адреналин, подобно огненной волне, бурлил в крови.

Когда мы приблизились к спальне Анастасии, до моих ушей донёсся её отчаянный, полный ужаса крик:

– Нет! Нет! Не трогайте меня, пожалуйста! Я сделаю всё, что вы захотите, только не это… пожалуйста!