Нинель Совитова – По земле и до края (страница 3)

– Что вы имеете в виду? – уточнила я.

– Про Байкал… – вид его слегка помрачнел, а затем тут же во взгляде промелькнула искорка. – Я ведь там её и нашел в семьдесят третьем.

– Да?! – воскликнула я, кажется, слишком громко. Так, что Максим и Василий Ефимыч немного вздрогнули. – Расскажите, пожалуйста, это очень интересно!

– С таким диким интересом меня ещё никто не слушал. Хах, – дед Вася ехидно улыбнулся, – ладно, расскажу:

Дело это было, ребятки, в семьдесят третьем. Слыхали, наверное, про Байкал, да? Раз собрались туда. Красота там невообразимая. Так вот, отправили меня туда в командировку. На полустанок один, название, честно говоря, уже и не вспомню. Где-то между Слюдянкой и Посольским, в тех краях. У них тогда постоянно свет рубило, провода горели, вот меня, как мастера по электрике, и прислали.

Командировочные, сами понимаете, в Союзе – кот наплакал. Вот и добирался я до туда, как получится: часть на поезде, часть на попутках, часть вообще пешком. В итоге занесло меня в деревушку на речке Медлянке, там и приютила меня бабка Фрося. Сдала комнатёнку, чтобы мне было где голову преклонить.

А я дурной был, молодой ещё, закалиться решил. Из бани в ледяную речку сиганул. В конце октября ж дело было. Вот и закалился, чуть не отъехал. Температура поднялась, неделю валялся с воспалением лёгких, думали уже в больницу меня отправлять, но обошлось. Отлежался, оклемался и вижу, что стоит во дворе у председателя колхоза старая техника, пылью поросла, ржавчина по бакам. Мотоцикл с люлькой – «Урал».

Подхожу, спрашиваю: чей? мол, зачем добру пропадать? А мне говорят, что списан, никому не нужен. Хотели они сначала отдать металлоломщикам, да руки не дошли. У председателя другие заботы, не до железа.

А я же на все руки мастер, ну, думаю, гляну хоть. Может, в порядок приведу, жалко ведь, что без дела стоит. Председатель только рукой махнул: «Если сумеешь завести – забирай. Всё равно мне без надобности».

Я за неделю его вылизал – свечи поменял, колёса подкачал, цепь смазал. А потом настал день, когда я впервые его завёл. Как зарычал он. Ну будто зверь.

И вот, чтобы испытать, поехал я прямо вдоль Байкала. Там дорога была песчаная, узкая, почти по берегу, справа вода, слева сопки. Еду, а ветер в лицо, волны плещут, солнце встаёт – красота, словами не передать. В тот момент я и почувствовал, что свобода – это не когда много денег, не когда начальник добрый, а вот это: едешь, куда хочешь, и никто не приказывает.

С тех пор Ляля и осталась со мной. Назвал её так, ласково, будто женщину, потому что спасла меня, можно сказать. Она меня к жизни вернула тогда, после болезни, да и потом не раз ещё выручала – по грибы гонял, жену катал, сына маленького в люльке возил.

А теперь вот, стар я стал, руки уже не те, да и здоровье хромает. Жалко бросать её на растерзание металлолому. Вот и думаю: может, кому пригодится. Но только если обещаете беречь её. Она ведь настоящая, проверенная. Такая больше не родится.

– Мы обещаем, Василий Ефимыч, – проговорила я быстро, с ребяческим восторгом.

Даже Максим улыбался во время рассказа дедушки. Подобные истории, я уверена, проймут кого угодно. Ведь так напоминают детство в деревне у наших бабушек и дедушек. Столько интересных историй в жизни у них происходило, что за свою хочется накопить ничуть не меньше.

– Верю вам, ребята. Вот, ключи, – дед Вася сначала хотел протянуть их мне, но всё-таки передал Максу. – И деньги в дороге-то пригодятся вам. Возьму с вас двенадцать тысяч, а не двадцать.

– Большое спасибо! – теперь уже сказал мой парень. – А давайте сделаем так. Взамен на это мы обязательно привезём вам кучу фотографий и новых историй с вашей Лялей. Хорошо?

Мне стало приятно от такого предложения, ведь и я сама хотела это сказать, а потому я только кивнула в знак согласия с Максимом и положила голову на его плечо.

– Хех, договорились! – произнёс Василий Ефимыч и пожал руку Максима. – Жду вас тогда. Звоните обязательно!

Мы тепло попрощались, и теперь наше путешествие действительно началось.

Глава 3. Греми движок, греми

Мы уже выехали за пределы города. Максим не выглядел слишком довольным, ехал очень аккуратно. Прохожие смотрели на нас в основном с лёгким недоумением или с издёвкой во взгляде, но были и те, кому, кажется, понравилась Ляля.

Честно говоря, ехать на этом чуде техники было ещё тем испытанием. Вибрация передавалась от колёс по всему телу, и вскоре я стала чувствовать себя гигантским массажным креслом, у которого заела кнопка выключения. Ещё немного, и я бы начала подпрыгивать вместе с каждой кочкой и выбоиной на дороге.

– Ты уверен, что мы доедем? – наконец не выдержала я, наклонившись к Максу.

– Ты серьёзно решила спросить это сейчас? – через плечо раздражённо бросил он.

Ответа я не дала, лишь сильнее сжала его за пояс. В воздухе уже начинало чувствоваться напряжение, и я понимала, что лучше его не дразнить. Хотя всё равно было весело. По крайней мере, мне.

Внезапно я почувствовала, как на лицо упала первая капля дождя. Затем ещё одна. И ещё.

– О нет… – громко выдохнула я.

Максим не ответил, но, кажется, подумал то же самое. Тучи словно только и ждали, когда мы окажемся на открытой местности без каких-либо укрытий, и немедленно разразились ливнем.

– Нужно срочно останавливаться, – крикнул Макс.

Мы свернули к обочине, но в этот самый момент Ляля вздрогнула, мотнулась в сторону и громко хлопнула. Мотоцикл заглох прямо посреди дороги. Дождь стал настолько сильным, что казалось, мы попали в гигантскую душевую кабину, которую забыли выключить.

– Отлично! – закричал Максим, нервно пытаясь завести мотор. Безуспешно. – Просто идеально!

– Давай попробуем толкнуть его вон под то дерево! – крикнула я, уже насквозь промокшая, но почему-то всё ещё веселая.

– Кира, это дуб! В него молния ударит первым делом! – сердито ответил Макс, пытаясь докричаться сквозь шум дождя.

– Ну да, гениально! Будем стоять тут и ждать, когда нас собьёт какой-нибудь грузовик? – не сдавалась я.

Макс лишь что-то пробурчал в ответ, но слез с мотоцикла и помог мне его толкать к обочине. Колёса вязли в мокрой траве, но общими усилиями мы всё-таки смогли докатить Лялю до безопасного места под кроной дерева.

– Надо было на самолёте, – Максим без сил опустился на землю, прямо в лужу. – Взял бы кредит, в конце концов.

– Ну да, но тогда мы бы и не узнали, каково это – быть героями триллера про выживание, – усмехнулась я, сев рядом с ним.

Макс сначала посмотрел на меня с досадой, но потом, кажется, не выдержал моего взгляда и улыбнулся:

– Триллер только начинается, дорогая. Интересно, где тут кнопка перемотки?

Мы рассмеялись, сидя в грязи под проливным дождём. И я впервые подумала, что наш отпуск может получиться гораздо более захватывающим, чем мы планировали.

Дождь немного утих через минут сорок, а вовсе закончился ещё через час. Я встала и уже готова была выдвигаться дальше, но мои планы прервал Максим, который напомнил мне, что мотоцикл сломался и именно из-за этого мы его толкали на обочину.

Да, я не глупая, конечно, и помнила, но… уже так хотелось поехать дальше, поэтому я сразу спросила Максима:

– Ты сможешь починить?

– Не знаю, – он пожал плечами и внимательно присмотрелся к Ляле. – Я хоть и на летних каникулах, в году так пятнадцатом, как-то работал в гараже у отца, но такое мы с ним не чинили.

Я обошла вокруг, внимательно всматриваясь в зелёно-рыжую лошадку Лялю с видом ремонтника, повидавшего и не такие виды. Поначалу ничего не смущало, мотоцикл как мотоцикл. Ничего особенного. Выглядит всё не очень, но всё так же, как и было, когда мы покупали её.

– Может, что-то с двигателем? Мы ведь заглохли, – предположила я, проходя уже второй круг.

– Да, надо посмотреть. Может, шланг какой зажат, или фильтр, – я увидела, как Максим наклонился над бензобаком и посмотрел в сторону двигателя. – Найди мне какую-нибудь тряпочку.

Я залезла в чемодан и не придумала ничего лучше, чем взять семейники своего парня.

– Это же мои трусы! Найди что-нибудь другое. Свои бы ты в ход не пустила.

– Бери и не вякай! Твои стоят две сотки, а мои, извините, под парочку тысяч и все комплектами. Так что принимай что дают! – сразу же возмутилась я. Да и моих трусиков явно не хватило бы. Не зря же я постоянно сижу на диетах.

Максим фыркнул, но всё-таки взял. Дальше он начал ковыряться в мотоцикле, и я быстро потеряла интерес к происходящему там, переключившись на просмотр пейзажа. На первый взгляд все было абсолютно обыденно, но в этом и скрывалась вся прелесть. Ровные лесополосы из берёз, клён, тополя. Под деревьями какие-то кустарники, возможно, с ягодами. За лесополосой виднелась ещё невысокая, ещё зелёная пшеница.

Я глубоко вдохнула, и это был аромат, совершенно несравнимый даже с самым большим и ухоженным городским парком. Он такой сложный, но при этом очень приятный, ненавязчивый.

Отойдя чуть дальше, я повернулась к Максиму. Он уже доставал какую-то штуковину из, кажется, двигателя. Похоже на фильтр, вот только весь замасляный. Я улыбнулась и сфотографировала его с мыслью, что деду Васе будет интересно посмотреть. Да и нам на долгую память останется.

– Кира. У тебя же есть ацетон? Ты брала с собой? – сказал Максим. – Ну, чем ты лак с ногтей стираешь.