Нинель Мягкова – Принцесса-целительница и ее генерал (страница 17)

— Зачем? Можем отправляться уже сегодня.

— Но как же…

— У меня все рассортировано, — я широким жестом повела в сторону нагромождения сундуков с приданым. — Самое ценное возьмем с собой сейчас — вы же не все верхом едете, будут какие-то телеги, повозки?

— Конечно, я пополнил запасы продовольствия и закупил ткани и оружие, раз уж имелась такая возможность… но они отправятся позже, — растерянно выдал Тьенхэ.

Я прикусила губу, мысленно перебирая содержимое ларей.

— Значит, обойдусь седельными сумами.

— Что?!

Ошеломление на лице супруга выглядело так забавно, что я не сдержалась и хихикнула.

— Я не слишком хороша в дальних переходах, но из седла не выпаду, — заверила его со всей серьезностью.

Во дворце не так много развлечений, дозволенных принцессе. Но, как ни странно, верховая езда не запрещалась. У императора имелась обширная конюшня, и я частенько проводила там целые дни.

От лошади не получишь ни подлости, ни лжи.

— Ты уверена, что удовольствуешься столь малым? Твое приданое могут везти несколько недель, — осторожно уточнил Тьенхэ, до конца не поверив в мою готовность к путешествию.

— Вот и пусть везут не спеша и аккуратно. Хотя…

Я спрыгнула с постели и волоком оттащила от общей кучи два сундука.

Генерал наблюдал за представлением, открыв рот.

— Это можно сразу здесь и продать. Дай приказ слугам, они справятся. Здесь ничего полезного, лишь фарфор и нефрит.

— Ничего полезного, — эхом повторил Тьенхэ и покачал головой. — Дорогая супруга, ты не перестаешь меня удивлять.

Глава 11

Верная своему слову, я была готова сразу после завтрака.

Служанки немного поспорили о том, кто из них поедет со мной, а кто останется присматривать за приданым. Недавно нанятым работникам усадьбы Тьенхэ они не доверяли ни на мгновение и правильно делали. Кого из тех успели подкупить, мы не знаем, подлянки можно ждать с любой стороны. Или украдут, или подложат что — еще неизвестно, что хуже.

Победила Чунь, поскольку выросла в провинциальной усадьбе и коней видела не только издалека. Ей тоже придется болтаться в седле, но все лучше, чем остальным слугам.

Те, как и сопровождающие телеги воины, пойдут пешком.

Чжиэр девочка городская, из разорившихся аристократов. У ее отца денег на содержание лошадей не было.

Ей я оставила свой именной жетон, чтобы применять в случае, если слуги заартачатся. Не подчиниться предъявителю жетона — все равно что перечить принцессе. А я какая-никакая, а дочь императора. Мне могут гадить втихаря, но в лицо все равно будут улыбаться и исполнять все повеления.

Тьенхэ тоже проникся серьезностью ситуации и оставил приличную часть своих людей присматривать за караваном.

Одно дело, если он везет оружие и одежду. Хотя и на это желающие, охочие до чужого добра, найдутся. А приданое принцессы — еще более лакомый кусок.

Чтобы не провоцировать распространение слухов, я переоделась в мужской дорожный костюм. Чем позже узнают о том, что принцесса уехала вместе с супругом, тем спокойнее будет наша дорога.

Как бы доброжелатели не решили засаду устроить. Раз уж задумали извести Тьенхэ и в городе покушались, могут и повторить попытку.

Штаны и сапоги я заказала сразу, как только начала планировать побег. Вот и пригодились. Пепельно-зеленый халат без вышивки и плащ с капюшоном завершали картину, скрадывая очертания фигуры и мешая разглядеть лицо. Всего лишь сопровождающий, затесавшийся среди военных. Ничего особенного.

Вместо сложной прически служанки заплели мне косу и связали ее в тугой узел на затылке. Не модно, зато удобно.

В сумы, что любезно предоставили слуги, пошла смена одежды, самые дорогие украшения и, разумеется, походная аптечка. Она-то и заняла больше всего места. Флакончики, переложенные бумажными пакетами с целебными травами, инструменты для экстренных операций, мази и настойки. Понемногу, чтобы хватило недели на две-три пути. Если повезет, доберемся быстрее. Если нет, нужно быть готовой к неожиданностям. Всякое может приключиться — от нападения до несчастных случаев и простуд.

Еще три сундука вместо бесполезных тряпок содержали ценные лекарственные ингредиенты. Я их в открытую заказала в известных мне лавках, в основном из аптеки дядюшки Фана. Вот дед обрадовался!

Чжиэр втихаря передала ему записку, сообщавшую, что все деньги из моей заначки он может оставить себе, потратить на развитие магазина.

Он аж прослезился.

Отряд уже построился, ждали только меня.

Генерал терпеливо стоял у крыльца, а его подчиненные застыли на конях статуями, не смея вздохнуть.

Подозреваю, они не пришли в восторг, узнав, что с ними поедет принцесса. Еще бы, нежный не привыкший к трудностям цветочек только задержит их движение и наверняка будет капризничать и требовать удобств.

Не дождутся. Я собиралась терпеть до последнего.

Своей лошади у меня не было, но Тьенхэ выбрал отличную кобылку из тех, что стояли в казарменной конюшне. Кругленькая, флегматичная, с белоснежной гривой и рыжими боками. Я сразу поняла, что мы поладим.

— Ты уверена? — негромко спросил меня супруг, самолично поправляя стремена и проверяя подпругу.

— Конечно. Постараюсь вас не задерживать, — широко улыбнулась я.

Мазь от потертостей и синяков лежала на самом верху сумы. Мне придется нелегко, но лучше пару недель потерпеть боль в мышцах, чем бесславно сдохнуть в столице.

— Не загоняй себя. Если будет тяжело, просто скажи, — нахмурился Тьенхэ и неожиданно сплел пальцы, опускаясь на одно колено.

— Ты что делаешь? — прошипела я, оглядываясь, не заметил ли кто минутное унижение командира.

На нас смотрели все от Юйшана до слуг.

— Помогаю супруге влезть в седло. Быстрее давай! — усмехнулся генерал.

Сглотнув, я осторожно поставила ступню на мужские ладони.

Более привычно было бы упереться коленом, но здесь трогать кого-то за скрытые одеждой части тела считается верхом неприличия. Тем более публично.

Даже между супругами.

Тьенхэ выпрямился без малейшего напряжения, буквально вбрасывая меня на лошадь. От неожиданности я потеряла равновесие и чуть не перевалилась на противоположную сторону, в последний момент удержалась за луку.

И за подставленное запястье мужа.

Вот и продемонстрировала навыки. Теперь все вокруг уверены, что я езжу как мешок с картошкой.

— Не спеши. Привыкай. И не молчи, если устанешь, — мягко попросил генерал, взлетел на своего жеребца без посторонней помощи и зычно добавил: — Выдвигаемся!

Впереди шли два знаменосца. На высоких перекладинах в их руках развевались флаги: темно-синий с белым тигром— символ крепости Шаньян, и темно-красный — нового вана.

Сразу за ними величественно выступал черный жеребец генерала.

Следом ехал Юйшан, два офицера и я, в качестве личного лекаря.

Именно так Тьенхэ объяснил своим людям необходимость взять принцессу с собой. Не раскрывая всех подробностей, заявил, что у меня отличные навыки целительства, а потому я буду полезна в походе.

Ни к чему воинам вникать в политические дрязги. А молча везти с собой молодую жену, да еще и верхом, не в повозке, и почти без сопровождения — проявить к ней неуважение.

Неважно, что я сама напросилась. Приличия необходимо соблюдать.

Если я теперь штатный врач, наш спешный отъезд выглядит совершенно иначе.

Юйшан посматривал на меня с уважением, остальные же, не знакомые со мной лично и не видевшие в деле, излучали плохо скрываемый скепсис. Доказывать что-то сейчас — пустая трата времени.

Отряд неспешно пересек город и добрался до ворот. Жители приветливо махали нам, благодаря защитников севера за мирную жизнь.

Я держалась в тени генерала, стараясь не отсвечивать. И лишь заметив знакомый герб на встречной повозке, встрепенулась.

Сюймин Ванг.

Главный герой возвращался в столицу из долгого странствия.