Нинель Мягкова – Пока снег не разлучит нас (страница 4)

Никогда не обращалась настолько небрежно с одеждой. Да и не особо занималась ею в принципе – для того слуги есть. Но об основных проблемах, которые могут возникнуть от такой вот экстренной сушки, знала.

В отличие от меня, братья частенько попадали в передряги, ночевали в глуши и прочее. А после приходилось чинить доспехи, плащи, а кое-что и выкидывать.

Сальярго от моей наглости слегка опешил. Оглядел лежащую на его бедре розовую ступню, перевел взгляд на меня.

Я приветственно перебрала пальчиками.

– Вот бессовестная, – в голосе коршуна проскользнуло уважение пополам с восхищением. – Никакого стыда.

– Я ж не спинку потереть прошу, – пожала плечами. – Тем более ты сам предложил помочь. Откуда мне знать, что там у тебя – мазь, порошок, капли? И как с ними обращаться нужно, чтобы сработало.

– Секретный рецепт моей матушки, – лицо Сальярго смягчилось.

Он провел пальцами по моей щиколотке, безошибочно отыскивая припухлости в тех местах, где уже начали наливаться багровым синяки.

Приложило меня неслабо. Повезло, если в кости нет трещин. Впрочем, на совах все заживает быстро, почти как на кошках.

Ткань штанов скользнула вверх, открывая колено.

Прикосновения Сальярго стали еще нежнее и бережнее. Я сглотнула, успев за эти мгновения сто раз пожалеть о собственной храбрости. Зачем полезла провоцировать коршуна? Знала же, что он обязательно воспользуется предложенным.

И возьмет сверху все, что пожелает.

– Перелома нет, – деловито констатировал парень и щедро зачерпнул из баночки резко пахнущую смолой и свежестью полупрозрачную мазь.

Плюхнул на середину лодыжки и принялся смачно растирать.

– Щиплет! – пожаловалась я, ерзая и пытаясь выдернуть ногу из железной хватки.

Не тут-то было.

– Терпи, – с нескрываемым злорадством приказал парень, сильными массирующими движениями вминая состав в краснеющую на глазах кожу. – Зато поможет.

Оно не только щипало. Оно еще и кололо тысячами мелких противных иголочек, проникая, казалось, в глубину мышц. Магическая составляющая? Возможно. Потому что после первых неприятных ощущений мне резко стало лучше. Ноющая боль прошла, сменяясь умиротворением и сонливостью.

– Не сопротивляйся. Поспишь, к утру полегчает, – негромко произнес коршун, продолжая разминать мою лодыжку уже обеими руками.

– Спасибо, Сальярго, – пробормотала я.

Не знаю, смогла бы сама вот так отринуть многолетнюю вражду и поделиться ценным снадобьем с противником? Наверное да, учитывая, что нас здесь всего двое, а одной выжить будет куда сложнее.

– Хватит звать меня по роду, как собаку. У меня личное имя есть! – выпалил парень отчего-то обиженно.

Меня постоянно называли госпожой Аргисури, так что ничего страшного в формулировке я не видела. Но раз ему так хочется…

– И как тебя зовут? Прости, не помню вас всех наперечет.

– Эррахор, – рыкнул коршун, окончательно оскорбившись.

А я виновата, что отец запретил упоминать вражеские роды? И их семейное древо изучать тоже.

– Сальярго быстрее выговаривается. И проще, – примирительно похлопала я парня по рукаву.

– Тогда зови Эри.

– Это не слишком фамильярно? – нахмурилась я. – Семейное же прозвище.

– Меня так все равно никто не зовет, – ухмылка коршуна вышла кривой и невеселой. – Но будет странно, если я предложу тебе звать меня «командир» или «пятый господин». Иногда секунда промедления может стоить жизни. Потому – Эри. И хватит.

– Я и сама могу за себя постоять, – проворчала, но без особого запала.

Чувствовала, что за бравадой стоит куда большее, чем Сальярго готов показать посторонней девице. И, подумав, я добавила:

– Тогда и ты зови меня Лайя. Чисто ради экономии секунд.

– Договорились, – уголки губ Эррахора дернулись чуть искреннее.

Он нашел где-то в доме тряпку почище, вытряхнул ее как следует и сейчас кутался в нее, как в плащ. Закончив с лечебными процедурами, окончательно завернулся в пестрый отрез, как в кокон.

Покосился на меня.

И молча приглашающе приоткрыл руку. Я поспешно, пока он не передумал, нырнула в нагретый закуток.

Никогда бы не поверила, что мне придется сидеть вот так, в обнимку, с сыном враждебного клана. Подбирать под себя босые ноги, утыкаться ему в подмышку в поисках тепла и тесно прижиматься к твердому боку. Но кусачий холод за стенами не оставлял выбора.

Не до разборок, когда за деревней бродит чудовище.

Будто в ответ на мои мысли с улицы донесся протяжный, низкий вой.

Глава 6

Свист ветра перекрыл другой – характерный, пронзительный. Над домом что-то стремительно пролетело, чуть не зацепив крышу, сметя снег и всколыхнув импровизированные занавески на окнах.

– Что это? – насторожилась я. – Монстр?

Внутри резко похолодало, огонь затрепетал, грозя потухнуть.

– Я посмотрю, – бросил Эри, поднимаясь и укутывая меня в хранившую тепло ткань.

– Не ходи! – я вцепилась в штанину коршуна. – Раз дома целы, а внутри сохранилась еда – внутрь чудовище проникнуть не может. Мы здесь в безопасности.

– Или просто сухие бобы его не привлекали, – парировал Сальярго.

– А зачем тебе его привлекать? – не отцеплялась я. – Сиди тихо, может, не заметит. Тем более сейчас ночь, да еще и буря. Не видно ни зги.

– Коршуны отлично видят в темноте, – не унимался искатель приключений.

– Так хочется сдохнуть? Иди, – я отпустила его руки и злобно замоталась в тряпку. – Кроме геройства, в голове иногда должно быть что-то еще. Например, разум и логика.

Сальярго потоптался немного за моей спиной и с тяжким вздохом снова сел.

– Вроде все стихло, – неохотно признал он. – Пока в здание оно не ломится, можно не переживать.

– Я и не переживаю, – пробурчала, вновь отдавая ему кусок ткани, укрыться. – Утром посмотрим, что здесь и как. Если найдем логово, можем даже попытаться его убить, раз тебе так хочется подвигов.

– Необязательно, – поспешно заверил меня Эри. – Переживу без подвигов как-нибудь.

Порыв прошел, и, поразмыслив, коршун явно признал мою правоту. Вслух согласиться не позволяла гордость, но мне не принципиально. Главное, одной не остаться.

Не зная местности, не понимая природу монстра, лезть ему в пасть – верная смерть. До пасти можно даже не добраться, сгинуть где-то по дороге, провалившись в трещину или попав под очередной обвал. Горы коварны, их и днем-то не каждый рискнет покорять.

Бобы варились неохотно, зато чай вскипел моментально. По развалюхе поплыл аромат трав и специй. Голод сильно не мучил, и, напившись отвара, мы привалились друг к другу и уснули, оставив кашу допариваться под крышкой.

Дремать под боком коршуна оказалось неожиданно уютно. То ли лекарство все еще действовало, то ли устала я напрочь, но когда разлепила глаза – на улице давно рассвело.

Я лежала на полу перед тлеющим очагом, заботливо укрытая черным плащом на меху. Тряпка, которой мы укрывались ночью, свернутая рулоном, перекочевала под голову в качестве подушки.

Сальярго видно не было.

Неужели пошел на монстра в одиночку? Вроде же я вчера донесла до него всю глубину глупости и безрассудства этой затеи!

Занавеска на входе заколыхалась, пропуская коршуна с полным котелком снега. Оказывается, он всего лишь за свежим питьем сходил. А я-то успела вообразить страшное!

– На улице никого, – заметив, что я проснулась, жизнерадостно сообщил Эри. – Людей нет, чудовищ тоже. Надо собрать еще топлива: пока погода ясная – дым видно издалека. Нас заметят и спасут.

Парень успел еще отыскать и отмыть две ложки, которые мы дружно вонзили в настоявшееся варево. Каша получилась сытная, пусть и не слишком вкусная: из приправ нашлась только соль, сыпать в еду древние травы, невесть как хранившиеся, я не рискнула. Отвар вчерашний Сальярго готовил, насыпав в котелок что-то из очередного кармашка. Сейчас он повторил фокус, сыпанул щепотку мелкой пыли, и из нагревающегося котелка сразу потянуло кисло-сладким ароматом ягод и специй.

– Это походный сбор нашего отряда, – пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд. – Рябина, тимьян, мята, шиповник, еще какие-то корешки. Помогает против простуд и переохлаждения. Нам сейчас только заболеть не хватало, верно?