Нинель Мягкова – Магия льда для чайников (страница 11)

— Что тут стряслось? — буркнул не слишком приветливо.

— Простите, что отвлекаю. Можно вас на минуточку? — как могла вежливо выдавила я. Красноречиво покосилась на открыто глазеющих на нас клиентов и понизила голос: — У меня интересный товар есть.

Владелец заведения, по совместительству повар, критически оглядел меня, задержав внимание на потертых сапогах, оценил мешок и дернул подбородком в сторону уходящего вглубь коридора.

— Показывай! — приказал он, как только мы завернули за угол.

— Вот. — Я приоткрыла завязанный подол рубахи, демонстрируя маслянистые шляпки. Часть подернулась инеем, но основная масса не пострадала. Ничего им не будет, в общем-то, если сразу употребить и не перезамораживать.

— Лесные! — протянул господин Сольгренд со смесью восторга и изумления. — И много как! У кого украла?

— Ни у кого, — оскорбилась я.

Повар сложил руки на груди, мигом теряя всякое благодушие.

— Еще скажи — сама собрала, — фыркнул он.

— Ну да, на опушке, — пробормотала растерянно.

— Вот же врушка! — насупился господин Сольгренд. — Ты слишком мала, чтоб тебя в лес пустили. Значит, кто-то тебе помог. Или ты умудрилась залезть в хранилище?

Тут его лицо приняло странное выражение.

— А не сдать ли тебя страже? — задумчиво протянул он, отслеживая мою реакцию. — Ты вообще из какой семьи?

— Карвальды мы! — бодро отозвалась без малейших угрызений совести. — Дед послал, говорит: все лучшее — вам!

— Вот пусть сам приходит, а не детей присылает, — отрезал повар. — Не припомню, чтоб у Скарна младшие внучки были. Старших я видел, а ты кто?

— Приемная!

Господин Сольгренд продолжал хмуро меня рассматривать. Видно, неплохо знал старика Карвальда и понимал, что абы кого с улицы тот бы не пригрел.

Нельзя ему давать время на размышления!

— Ну не хотите, я другому кому отдам. Мне дед список составил, — проворчала я и развернулась к выходу.

— Куда? Мешок оставь!

То есть он собирается забрать грибы просто так, не заплатив? Удобно устроился.

— Дед сказал, без денег не приходить, — я скорчила жалобную рожицу.

— Какие счеты между поставщиками… Сам бы пришел потом, — бормоча себе под нос, повар задрал фартук и полез в карман. Отсчитал крупные, плоские, как картон, монеты и сунул мне в руку.

Наверняка мало дал. Вот чую. Но спорить я не стала. Сунула ему в руки мешок и дунула прочь что было духу, пока за мной никто не погнался.

Остановилась лишь в трех кварталах, на самой окраине. На безымянный городишко опускались сумерки, холодало.

Было понятно, что постучаться в первую же дверь и попроситься на ночлег не выйдет. Сдадут точно так же, как дед Карвальд.

Оставался только один выход.

По поводу приюта я оказалась права.

Основным строением в нем являлся именно забор.

Собственно, так я его и нашла — прогулялась вокруг городка и наткнулась на высоченную стену, украшенную поверху колючей проволокой. Вариантов, что это, было немного: либо тюрьма, либо детский дом.

Угадала.

Перед тем как постучаться в кованые ворота, я тщательно припрятала полученные деньги. Пересчитала, разглядела, чтобы хоть представлять, как они выглядят. Круги размером с ладонь, вырезанные из листа металла, с отпечатанным узором-сеточкой и номиналом в пять фирнов, что бы это ни означало.

Девять штук.

Интересно, что на них можно купить, кроме мешка грибов?

А скорее, горсти. Думаю, обсчитали меня знатно. Но пусть это останется на совести трактирщика.

Мне набрать еще из леса — не проблема, а вот ему я теперь вряд ли что-то принесу.

О будущих заработках придется еще поразмышлять.

На то, что мне выдадут приз за самосдачу, рассчитывать не стоит. Вряд ли тут меценаты сидят, иначе дети сами бы сюда рвались — получить вознаграждение и путевку в лучшую жизнь.

А в том, что могут отобрать нажитое, сомнений никаких.

Так что деньги закопала вместе с шалью и жилеткой. Свернула из них плотный рулон, упаковала заклинанием стазиса, потратив весь резерв одним махом, и сунула в ямку. Место выбрала тщательно — со стороны пустоши, подальше от города, чтобы не попасться на глаза любопытствующим. Никаких артефактов слежения или посторонних аур поблизости не было — за тайник можно не переживать. Дождется.

Можно было бы всю одежду так припрятать, но смысл? Я скоро вырасту и в высоту, и в ширину, по крайней мере местами. Рубашки и свитер точно станут малы, а жилетку можно и расстегнутой носить.

О порядках за стеной я не знала ничего.

Но реальность умудрилась меня неприятно удивить.

Сначала на мой отчаянный стук долго не отвечали.

Я уж было решила, что придется ночевать в сугробе.

Но тут послышались неторопливые шаги и калитка распахнулась.

— Че надо? — неприветливо буркнул массивный мужчина, по самый нос упакованный в пушистый козий тулуп мехом внутрь.

Шерсть торчала на стыках кусочков, создавая причудливо-клетчатый узор.

— Сирота я, — жалостливо протянула, силясь разглядеть, что там, за спиной охранника. — Род от меня отказался. Велели сюда идти…

— Водница? — прогудел он еще раздраженнее.

Вот чем он недоволен, спрашивается? И почему магия воды в такой опале здесь? Нас же на руках носить должны. И купола поддерживаем, и снега вокруг — топи не хочу.

Не понимаю логики.

Но, надеюсь, скоро объяснят.

— Проходи уж. Поздно, директор спит уже, завтра документы оформим.

Страж отступил в сторонку, пропуская меня во двор.

За забором начиналась узкая протоптанная в снегу тропинка, ведущая к квадратному приземистому зданию. Не знай я, что это приют, решила бы, что склад. Эдакая коробка с редкими узкими бойницами окон.

Но не землянка все-таки. Занятно.

— А у меня нет документов, дяденька, — жалостливо вытаращила я глаза, прошмыгивая мимо.

Господин Торсфламм меня отчего-то бумагами обделил. Решил, что я все равно никуда не доберусь и сгину в метели, а трупу документы без надобности? Или не хотел, чтобы я пятнала имя его рода своей мерзкой водной магией?

— Вас таких половина, если не больше, — пробасил охранник. Вблизи он уже не казался таким страшным. Ну высокий, ну плотный. Судя по форме тулупа, скорее толстый, чем мускулистый. — Имя есть хоть?

— Кристель я.

— Кристель, значит. — Мужчина пожевал мясистыми губами, о чем-то размышляя. — А Кальдорн тебе случайно не брат?

Брат?

Внутренности скрутило в ледяной узел, дыхание перехватило.

Точно, папенька что-то говорил о брате, который, как и я, не оправдал надежд. Но как его звали?