Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Второй шанс (страница 25)

Положила несколько штучек каном*, сделала сдержанный глоток отвара.

Негоже младшим начинать беседу.

Подождем, что там Патум хочет сказать.

Дед тоже не спешил.

Повел бровью, кусты по сторонам беседки зашуршали. Слуги и охрана покидали посты.

Я напряглась.

Похоже, все не просто серьезно, а еще и конфиденциально.

— До меня дошли слухи, что в усадьбе Рангсин произошло странное, — негромко заявил таммават. —Якобы некие твари пробрались в подвал. И если бы не твое вмешательство, все могло закончиться плачевно.

— Я особо ничего не сделала, — слукавила я.

Дед маг воды, а не целитель, и ложь чувствовать не должен. Разве что у него артефакт какой имеется —наверняка. Впрочем, я и не врала почти. Сделать я могла и должна была куда больше, но не в моем нынешнем состоянии.

— А вот тан Киттип иного мнения. Он утверждает, что ты в одиночку порубила несколько десятков непонятных существ, после чего закрыла портал, из которого они явились. Либо на него была наведена очень качественная иллюзия, либо с ним поработал маг разума, либо он говорит правду, и тогда у меня множество вопросов к тебе, Маранни.

Я сглотнула.

Взяла чашку, отпила кисло-сладкого отвара, собираясь с мыслями.

Мне ведь это и нужно, так? Посеять сомнения, заставить воспринимать грядущую угрозу всерьез.

— Ты целительница, — продолжал тем временем дед. —Если дар развит, ты вполне могла заставить тана Киттипа поверить в любую ерунду.

Значит, тетушка уже донесла про направленность моего дара. Так себе новость. Убедить в моей правоте того, кто считает меня мошенницей, сложновато.

Но попробовать стоит.

— Отвечаю таммавату. У меня действительно есть некоторые способности к лечению. Но это не основной мой дар. Я — некромант, как и тан Киттип.

У Патума, похоже, действительно имелся некий артефакт, определяющий правду. Потому что глупых вопросов вроде «ты уверена?» он задавать не стал.

Вместо этого посерел, спал с лица и осунулся, разом постарев на десяток лет.

— И как тебе удалось остановить прорыв? — хрипло уточнил он.

Меня как пыльным мешком по голове стукнуло.

Прорыв.

Он точно знает, что это было.

Байка про иллюзию запущена специально, чтобы не пугать мирное население.

Таммават уже сталкивался с тварями.

Но когда? Я про такое не слышала, а ведь перерыла все архивы, уцелевшие в столице после вторжения.

— Пра подсказала руны, — прошептала я, тоже потеряв голос от волнения.

Неужели кто-то мне поверит?

Рассказывать про Мараям я не буду, но все остальное… Можно сказать, что мне было видение. Красочный и жуткий сон о грядущем.

— Пра? Старая Майяри? — уточнил таммават и устало потер переносицу сложенными в щепоть пальцами. — Ну да, все сходится. Чему она тебя еще успела научить?

— Чувствовать силу. Развивать каналы. Медитировать,— принялась я загибать пальцы, лихорадочно соображая, что еще из моих умений можно приписать обучению у пра.

— Готовила тебя в преемницы, — понимающе кивнул дед. — Жаль, не успела завершить начатое. Но ничего, все поправимо.

— Преемницы чего? Если мне позволено спросить, —поспешно добавила я, запоздало вспомнив про этикет.

Но таммават на удивление беспечно отмахнулся.

— Оставь церемонии для публичных мероприятий. Расслабься. В конце концов, сейчас мне впору тебе кланяться, а не наоборот.

— В смысле?

— В роду Ратри по женской линии всегда передавался дар некромантии. Не часто, через поколение, а то и реже. В древности служить жрицами Мараям было большой честью. И когда ее изгнали, предки твоей пра чудом избежали полного уничтожения. Уцелели лишь единицы — те, что вошли в самые знатные семьи и сумели доказать на тот момент полное отсутствие дара.

— А в пра он вновь пробудился, — чувствуя, как волоски по всему телу поднимаются дыбом от смутной тревоги, подхватила я.

— К нашему общему счастью, — вздохнул дед. — Если бы не мать моей жены, мы бы сейчас с тобой не разговаривали. Да тебя бы и не было вовсе… Всех бы давно сожрали твари. Она спасла в ту злополучную ночь не только обитателей дворца, но и весь архипелаг.

Дед смолк, погрузившись в невеселые воспоминания.

А я только сейчас поняла, что танна Майяри во время занятий не пользовалась магией вообще. Она показывала руны, объясняла их значение, но ни разу не продемонстрировала свойства на практике.

Пра угасла не от старости и неведомой болезни. Она выжгла себя, закрывая самый первый прорыв. А после торопилась, пытаясь передать обрывочные знания рода мне, но все равно не успела.

*каном чен — многослойный десерт из рисовой муки и кокосового молока. Сладкий, мягкий и ароматный. Обычно выполняется в виде цветков или других изящных фигур.

Глава 16

Для человека без специальной подготовки провернуть то, что сделала я в подвале, крайне сложно.

Возможно, реально, но ценой неимоверных усилий, напряжения всех каналов и полного опустошения резерва.

Если танна Майяри не была сильным магом (а учитывая, что ее отец запрещал и смотреть в сторону образования, вряд ли у нее были возможности тренироваться и самосовершенствоваться), то, скорее всего, она отдала за закрытие портала не только всю магию, но и жизненные силы. А после тихо истаяла за несколько лет, не в силах повернуть процесс вспять.

Выгорание даже в будущем немногие целители способны остановить. Про нейтрализовать и вовсе молчу. Потому надо крайне осторожно обращаться с даром и ни в коем случае не перенапрягаться.

Конечно, когда опасность угрожает твоей семье, о подобных мелочах как-то не задумываешься.

— А как так получилось, что об этом никто не знает? —удивилась я вслух и осеклась. Глупость сморозила. Зачем таммавату паника на острове… — Точнее, почему тогда вы позволили меня увезти? Знали же, что у меня есть шансы унаследовать ее дар. Почему не учили меня, почему не передали знания пра другим некромантам?

— Ты помнишь, что тебе говорила пра во время уроков? Это секрет, верно? — грустно усмехнулся дед. — Подумай сама. Столетия работы над рунами, тонкий баланс энергий в заклинаниях — все нужно пустить под откос, переучить кучу народу, и ради чего?

— Ради будущего страны?

— Ради будущего страны о таком стоит промолчать! — отрезал таммават. — Ни до, ни после той ужасной ночи прорывов не случалось. До сегодняшнего дня… И тогда мы решили, что это была разовая пробоина. Случайность! Не подумай, что я ретроград и ограничиваю прогресс. Дело в том, что когда танна Майяри закрывала прорыв, она громко и четко молилась темнейшей Мараям. И та ей помогла.

Я прикусила язык.

Вот за такое жрецы пресветлой вполне могли сжечь и пра, и Патума, и всю линию королевской крови на несколько поколений в обе стороны.

Причем им самим не пришлось бы ничего делать. Нас растерзала бы разъяренная толпа фанатиков. Представили бы все так, будто мы пытаемся вернуть изгнанную богиню из ссылки, и привет костер.

По спине ледяными лапками пробежались мурашки.

А ведь мне придется каким-то образом реабилитировать Мараям в глазах общественности. И при этом не сгинуть самой.

— Я не знал, как еще уберечь тебя. Запретить умирающей общаться с правнучкой — слишком жестоко. На мне долг жизни. Я разрешил учить тебя тому, что она знает, в тайной надежде, что у тебя проснется дар воды, воздуха — чего угодно, только не некромантия, и опасные учения прошлого, хранимые моей тещей, канут в небытие вместе с ней. Но увы.

— Ваше счастье, что не канули, — мрачно пробормотала я. — Благодаря этому теперь у меня есть шанс спасти мир.

— Даже так? — таммават не слишком удивился моему пафосному выпаду. — Когда речь заходит о божественном, на кону всегда большее, чем ничтожная человеческая жизнь.

Скованность и напряжённость, преследовавшие меня в начале разговора, испарились.

Дед знал обо мне и ситуации в целом куда больше, чем я смела надеяться. Ему почти ничего не нужно объяснять.

Вопрос только — что он предпримет?