Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Новый мир (страница 17)

Скольких я потеряла вот так, случайно, неожиданно, по-дурацки?

Смерть вообще тупая тварь. И не разбирает, кого уносит.

— Те, кто уходят, не возвращаются, — мягко заметила я. — Ваш брат отдал всю силу, и магическую, и жизненную, алтарю. Не по своей воле и не осознавая того. Скорее всего, он даже не заметил, как перестал существовать. Мне очень жаль, йор Мортен, но Этьена больше нет. Ни в этом мире, ни в каком ином.

Некромант прерывисто вздохнул, с трудом удерживая лицо.

Странно, что ждал так долго, чтобы задать этот вопрос. Видимо, собирался с духом, перед тем как принять неизбежное. Ведь сейчас я безжалостно оборвала последнюю ниточку его надежды.

— Я так и думал, — прошелестел Теодор, глядя в сторону. — Глупо рассчитывать на чудо.

Я сглотнула ставшую неприятно вязкой слюну.

Мне было даровано то самое чудо.

Второй шанс.

Возможность спасти погибающий мир.

Но уберечь при этом всех, к сожалению, не вышло. Даже предвидя будущее нереально предусмотреть все.

— Это богиня установила алтари? — неожиданно спросил йор Мортен.

— Которая? — осторожно уточнила я. — Я не уверена, что это рук дело Мараям, если вы о ней. И не исключаю участия Лаандары. Или кого-то третьего.

— Третьего? — нахмурился Теодор. Потряс головой, будто прогоняя назойливую пчелу. — То есть это не темнейшая?

— Ваш брат не был некромантом, — безжалостно напомнила я. — Вчера в горах я активировала алтарь чистейшим концентратом света, целительной магии, выданной мне лично богиней в одном из храмов. Не могу утверждать наверняка, что Мараям никаким образом не замешана, но полностью повесить на нее появление прорывов нельзя.

— И твари тоже не ею присланы? — продолжал допытываться йор Мортен.

— Она их не контролирует. В этом я уверена. Если бы они были детищами истинной тьмы, Мараям бы не пришлось вытаскивать нас с изнанки с таким трудом, тратя драгоценную энергию и высасывая из меня годы жизни.

— Но что, если все это один сплошной спектакль?

— Призванный добиться — чего? — парировала я.

Идея, что богиня может притворяться — одна или обе — не нова. Я обдумывала ее со всем тщанием, но в итоге отмела. По одной простой причине: зачем тогда меня отправили в прошлое? Что пошло не так? Ведь твари на тот момент захватили большую часть континента и уверенно двигались к безоговорочной победе.

Как бы люди ни надеялись на обратное, суровая правда неумолима.

Мы продержались бы еще год-другой, максимум. После чего человечество, а следом за ним и весь мир перестали бы существовать. Все наши старания и трепыхания лишь оттягивали неизбежное.

Сейчас же я вновь засомневалась.

Вдруг победа над людьми и уничтожение мира не было истинной целью зачинщика всего? Что, если план пошел наперекосяк, вышел из-под контроля, и чтобы вернуть его в нужное русло, использовали меня?

— Например, вашего тела, — пожал плечами йор Мортен. Ни малейшего похабного намека в его голосе не было. Скорее прозвучало так, будто ученый обсуждает подходящий для эксперимента сосуд. — Что, если Мараям попытается обрести воплощение? И выбрала для этого вас. Затем и испытывает, проверяет, так сказать, на прочность.

Я украдкой погладила потайной карман в поясе, куда положила флакончик от Лаандары.

Мое оружие на крайний случай.

Если темнейшая действительно нацелилась на то, чтобы превратить меня в свой аватар, я выпью остатки, уничтожая в себе некромантию. Пусть я стану магическим инвалидом, зато выживу. А там, глядишь, и зачатки целительства разовью.

Не впервой.

Конечно, с темным резервом не сравнить и могучей магичкой мне больше не быть. Но отсутствие или наличие дара — не самая большая проблема.

Куда хуже, если йор Мортен прав и все происходящее — один сплошной глобальный фарс, призванный подготовить меня к принятию божественной сущности.

Что предпримет некогда изгнанная Мараям, обретя тело по эту сторону?

Заведет корову и курочек в глухой деревне и станетжить-поживать?

Или же уничтожит тех, кто когда-то запер ее на изнанке реальности, а затем годами травил последователей, не позволяя набраться сил и вернуться? Выборочно, не все человечество.

В конце концов, кто-то должен ей служить.

Могла ли темнейшая затеять такую многоходовую месть?

Сначала попробовала грубой силой, но осознав, что вот-вот уничтожит весь мир, спохватилась и вернула меня в прошлое, чтобы подготовить тело для переселения. Закалить. Увеличить резерв — ведь с той печатью, что использовалась раньше, мне было доступно разве что две трети силы. Впечатляюще много, но недостаточно, чтобы вместить божественную мощь и не испариться при этом.

А сейчас — в самый раз.

Глава 11

Подошедший очень вовремя Райли избавил меня от мучительных раздумий — что же ответить йору Мортену.

— Его величество желает поднять тост, — негромко сообщил йор Хельст, предлагая мне локоть.

Я кивнула, положила пальцы на согнутую мужскую руку и проследовала к столу.

Король уже устроился на возвышении, а придворные степенно рассаживались по местам, благо слуги заранее разложили именные карточки, чтобы гости не суетились и не метались.

Тост был не один.

Сначала предложено было выпить за плодотворное сотрудничество двух стран, затем — за истребление тварей, после кто-то из министров предложил воздать должное светлейшей Лаандаре.

Возражений не нашлось.

Однако предлагать то же по поводу Мараям никто не спешил.

Я лениво перекатывала в бокале густую янтарную жидкость, прикидывая, не эпатировать ли чем подобным общественность.

Сжечь не сожгут. Но вряд ли одобрят.

А тем временем поддержка темнейшей не повредит.

Необязательно проводить некие кровавые ритуалы, чтобы поклоняться богине. Достаточно верить в нее и почитать в глубине души. Относиться с уважением.

Учитывая, что сотни лет ее имя если и упоминали, то с оттенком страха и презрения, поддержки с этого Мараям не получала. А именно из энергии верующих создается божественная сила.

Потому темнейшая и утратила контроль сначала за своими творениями, а после и за всей изнанкой. У высших существ своя разновидность резерва, и если он пуст — чуда можно не ждать.

В моей душе боролись противоречивые чувства.

С одной стороны — закономерные опасения.

Связаться и толком побеседовать с темнейшей, узнать ее планы и намерения не представляется возможным. Что она задумала в итоге, к чему меня подталкивает, остается лишь гадать.

С другой — я обязана ей жизнью. Своей и чужими. Какие бы коварные планы Мараям ни лелеяла, она дала мне шанс исправить многие ошибки, предотвратить хотя бы часть катастроф и подготовить мир к нашествию чудовищ.

По крайней мере одну последовательницу — меня — богиня точно получила.

Возможно, часть отряда, спасенного с изнанки, тоже теперь ее питает своей верой и благодарностью.

Достаточно ли этого, чтобы вернуть ей прежнюю мощь и помочь справиться с тварями изнутри? Вряд ли.

Тут счет должен идти на сотни, если не тысячи человек.

Где их взять только, если храмы Лаандары до сих пор считают меня злом во плоти, а про Мараям и речи не идет? Открывать отдельные капища для восхваления тьмы? А если они притянут алтари и посреди толпы мирных почитателей откроется прорыв?

Откуда берутся черные камни, мы до сих пор не выяснили, как и кто их расставляет в хаотичном порядке по всему миру. Как и от кого стоит ожидать большей подлянки — от светлейшей или от темнейшей.

Так ничего и не решив, я при первой возможности сбежала с пиршества.

Еще в прошлой жизни Альрик мне частенько пытался доказать, что мероприятия со скоплением аристократии важны и нужны для расширения связей, заведения полезных знакомств и тому подобного. Но на меня они по большей части навевали тоску.