Нинель Мягкова – Бастард ее величества (страница 23)

— Раз уж вы тоже в какой-то мере работаете на Дейрона, может поделитесь своими идеями? Я заметил, вас очень заинтересовал тот разговор о финансовых трудностях металлургии.

Я прикусила губу, двигая вперед ладью. Страшно тянуло броситься грудью на амбразуру и начать фонтанировать бизнес-нововведениями, почерпнутыми из интернета, только вот подставляться и подставлять тем самым Ладинье не хотелось. Да, он меня сам познакомил со старым финансистом, а значит, в какой-то степени ему доверял, но до какого предела? Дикарке с окраины не пристало разбираться в бизнесе. Стоит мне увлечься — и моя легенда затрещит по швам.

— Можете не опасаться меня, мисс Попова, — мастер Аквирт чуть наклонился вперед, будто бы выбирая следующую фигуру для хода. — Я много лет дружил с наставником Дейрона. Наблюдательность и дедукция, как ни странно, заразны.

— Вы не представляете насколько, — таким же шепотом поддакнула я. — Поэтому я предпочитаю посоветоваться с мастером Ладинье, прежде чем начну распространяться о своих идеях.

Я на всякий случай подчеркнула голосом «своих», чтобы старик не поймал меня на слове. К новым лицам здесь относились предвзято, особенно к тем, которые являлись из зоны аномалий. Не то чтобы подобное происходило часто — собственно говоря, на памяти Ладинье я первая попаданка из другого мира.

Зато обитателей этого мира периодически втягивало в искажения, а после — куда реже — выплевывало из другого, иногда находящегося от первого на расстоянии многих километров. Только вот выживали при подобных транспортировках единицы, а кому не повезло уцелеть — те завидовали умершим. Как птицы лишались в подпространстве перьев, так и человек утрачивал все наружные детали внешности. Волосы, ногти, зачастую зубы, глаза — все, что не находилось глубоко внутри тела, безжалостно уничтожалось аномалией.

Потому-то так удивился тот учёный, Фирре, обнаружив меня на месте эксперимента не просто в целостности, но и в одежде, да еще и с багажом.

Кроме того, в психике побывавших по ту сторону реальности происходили непоправимые сдвиги. Что они там видели и пережили — не знал никто, потому что те бешеные двуногие создания, что появлялись из аномалий, проще было уничтожить, чем сдержать. Некоторых, конечно, ловили и изучали, но жили бедолаги недолго. И вовсе не из-за экспериментов ученых.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍То же касалось опасного зверья и разносортной ядовитой флоры, которых из аномалий выпадало несчитанно. То ли их меняло подпространство, то ли за пределами ограничивающего круга планета превратилась в нечто вроде ядерного полигона, на котором мутировало все, что выжило… Мне все не давал покоя тот факт, что люди именно лысели. Очень уж симптомы характерные.

Именно по всем упомянутым причинам Ладинье оказалось довольно просто принять и понять то, что я из другого мира. Я не собиралась делать из этого страшной тайны и призналась чуть ли не в первый же день. Мастер теней сначала оживился, порасспрашивал меня о быте и развитии моей вселенной, но, услышав, что магии там нет, интерес подрастерял. Когда же я не смогла объяснить ему принцип действия радио и интернета, так и вовсе махнул рукой. Мол, что взять с бабы.

Я немного обиделась, но горячо доказывать, что не виноватая, а в школе у меня были преимущественно пятерки, не стала. Лучше пусть считает меня недалекой попаданкой, чем опасается.

Для Фирре и его исследовательской группы я и вовсе осталась странноватой путешественницей, случайно оказавшейся не в том месте не в то время. И в отчетах была упомянута соответствующе. Отдавать меня на опыты Ладинье не собирался, по крайней мере, пока я была ему нужна самому. Ну, надеюсь, и после не отдаст.

Если я выживу в этой ловле кошек и мышек, разумеется.

— Не страшно вам? — эхом отозвался на мои мысли старый мастер, так что я даже вздрогнула, а по спине неприятно пробрало морозцем.

— Вы о чем? — как могла невинно поинтересовалась я, выдвигая пешку навстречу противнику.

— Никогда не замечал за Дейроном склонности привлекать женщин к опасной работе, — мастер Аквирт пересёк почти всю доску магом, заменявшим в местной игре слона, и поставил его в непосредственной и опасной близости к моему коню. — Надеюсь, я не смущаю вас своими расспросами? Старческое любопытство вполне объяснимо и простительно. Кроме того, если бы он не хотел, чтобы мы общались, нас бы и не представили, не так ли?

Я передвинула очередную пешку, загораживая магу-слону обзор и в свою очередь угрожая съедением.

— Я ценю возможность пообщаться со столь мудрым собеседником, но уверяю вас, что нас с мастером Ладинье связывают исключительно… взаимовыгодные плотские отношения, — кокетливо похлопала я глазами.

Дурочку у меня изобразить уже не выйдет, но вот упереться на своей версии мне никто не может запретить. Лучше уж я буду придерживаться отработанной легенды о смышленой деревенщине, чем дам повод опасному человеку, приближенному к трону, «дергать меня за усы». Еще привлекут к следовательской и разыскной работе на постоянной основе. Или в финансовый отдел, во дворец. Вот уж куда я совершенно не стремилась! Начитавшись исторических справок и насмотревшись всяких Медичи и Борджиа, я примерно представляла творящийся за изысканными фасадами ад и отправляться туда по доброй воле не собиралась.

Мне бы промышленника частного, чтобы толкнуть ему какую-нибудь полезную идею по усовершенствованию производства или новой продукции. Увы, единственный пока что знакомый мне металлург недолюбливает моего покровителя. А значит, бизнес с ним не получится. Ничего, должны же в Стеркфорте водиться богатые люди, которым Ладинье еще не потоптался по мозолям. Вот слишком проницательный мастер финансов, например.

Задумавшись о своем тяжелом бытии, я на автопилоте провела зазубренную с дедом комбинацию из классической игры. Старик ходил в ответ как по учебнику, так что буквально на десятом ходу его король оказался загнан в угол окончательно и бесповоротно.

— Вы интересный противник, мисс Попова. И довольно опасный, — протянул мастер Аквирт с такой довольной усмешкой, будто не продул с детским матом, а выиграл у Карпова как минимум. — Буду счастлив повторить в удобное для вас время.

Он поднялся, поблагодарив меня кивком.

— Увы, мне пора откланиваться. Супруга настоятельно просила покинуть сие собрание пораньше: режим, знаете ли. Пожилые люди вроде нас должны следить за своим здоровьем.

Позволив мне бормотать что-то невнятное о вполне еще сохранившемся порохе в пороховницах, мастер финансов снисходительно улыбнулся и, подцепив меня под локоть, проводил к карточному столу, где Ладинье как раз очередной раз проигрывал.

— Благодарю за возможность пообщаться со столь милой юной леди, — во всеуслышание объявил старик Аквирт, устанавливая меня, будто напольную вазу, по правую руку от моего покровителя.

Отвёл, сдал на руки и ушел.

Я осталась стоять, где поставили, хлопая в растерянности глазами. На мой взгляд, все произошло как-то совсем стремительно.

— Какая милая пичужка, — довольно провозгласил мастер Ормер, поднимая на меня глаза. То ли он не узнал во мне спутницу Ладинье, что вряд ли, учитывая мое яркое платье, то ли напрашивался на скандал. — Кажется, вы принесли мне удачу. Идите же ближе!

Не успела я опомниться, как оказалась на коленях хозяина вечера. Он уверенно обнимал меня за талию, мастерски пресекая малейшие попытки вывернуться. Я замерла, панически вытаращившись на Ладинье, не уверенная, что именно предпринять.

Нет, я могу, конечно, чисто случайно заехать локтем в шею мастеру металла, а потом извиниться, когда он откашляется. Но простительно ли подобное содержанке, пусть даже и деревенщине?..

Вокруг резко упала температура. Тот холодок, что пробежал по моей спине не так давно, не имел с этим ледяным ужасом ничего общего. Я мельком удивилась, что не обвесилась сосульками, хотя кончики пальцев и ушей закололо, будто их отморозило. Мужские колени подо мной дрогнули, рука, властно лежавшая на моем животе, неохотно разжалась.

— Зачем сразу тьмой-то? Мог бы и попросить вернуть игрушку, я бы отдал, — хохотнул мастер Ормер, чуть ли не спихивая меня с себя. В бравурном тоне слышались панические нотки. Меня и саму колотило. В голову вдруг пришло, что зал и все здание защищены от магии.

Тогда чем сейчас манипулирует Ладинье? Или запрет касается всех стихий, кроме тьмы?

Пока я заторможенно — можно сказать, замороженно — пыталась сообразить, что происходит, меня бесцеремонно пересадили с одних колен на другие. Впрочем, на мастере теней я уже сиживала, приходилось, так что в привычной обстановке немного расслабилась и огляделась по сторонам.

На нас с Ладинье смотрели, как на волков, случайно затесавшихся в отару. Точнее, на него смотрели с ужасом, а на меня — с нескрываемым удивлением. Хотелось думать, что они восхищались моей храбростью, а не дуростью, что я связалась со столь опасным мужчиной…

— Мы уходим. Благодарю за интересно проведённый вечер, — сухо бросил Дейрон, поднялся, как пушинку приподняв меня и поставив на ноги. Механически передвигая их, я послушно последовала за покровителем к выходу.

— Это что, и все? — недоумевающе прошептала я, стоило нам отойти подальше от мужского зала. В коридорах встречались слуги, так что стоило бы помолчать, но меня распирало от непонимания. Мы что же, за этим приходили? Поссориться с известным бизнесменом, чудом увернуться от провокации, посмотреть странноватую любительскую постановку… и все?