Нина Зверева – Легкий текст. Как писать тексты, которые интересно читать и приятно слушать (страница 30)

Самое эмоционально емкое событие мама дала как телеграфный факт. А потом короткими фактами стала описывать историю его реабилитации. Завершился текст фразой:

И он сказал: «Мама, хочу собаку!» – первую осмысленную фразу после наступления глухоты. Я видела: он понимает, что говорит. И он видел, что я понимаю. Конечно, у нас появилась собака. И уверенность: мы справимся! – появилась тоже.

Сильно? Еще как! А ведь тот факт, что семья завела собаку, – согласитесь, для рядового читателя он совсем не так эмоционально емок, как факт глухоты годовалого малыша!

Очень важно, как мы подаем факты. Пусть в начале истории они будут чуть приглушены. Тогда в конце вы сможете себе позволить добавить столько эмоций, сколько сочтете нужным.

Конечно, истории бывают короткими. Но чаще все-таки мы не укладываемся в тысячу знаков – нам хочется рассказать о многом. И нередко авторы попадают в «ловушку скуки»: события идут одно за другим, превращая историю в бесконечный поезд-товарняк.

Задам встречный вопрос: помните, как настраивать фокус в фотоаппарате? Мы наводим резкость на лицо человека – и остается размытым фон.

Или резкость на бабочку – и уходим в «микросъемку», где кроме бабочки все остальное размыто. Или на толпу людей – и нам важно, чтоб была видна именно толпа людей, а не мелькающие сквозь толпу отдельные «бабочки».

Представьте теперь, что вы пришли на выставку фотографий – а там сплошные бабочки, бабочки, бабочки. Или – толпы, толпы, толпы.

Скучно. Хочется разнообразия.

Или еще пример. В ТВ-студии записывают интервью со статусным человеком. И человек этот прекрасно говорит, а журналист задает ему умные вопросы, и вроде все хорошо – но оператор то поближе камерой на них наедет, то подальше, то всю студию целиком в кадр возьмет, а то крупно – руки гостя (а они дрожат чего-то, эти руки…).

Зачем он так делает? Снимал бы и снимал одним планом.

А нельзя одним планом. Неинтересно. Гость и журналист будут говорить о том же самом – но зритель переключится и скажет: «Скучно».

Обратите внимание, как записывает интервью с героями Екатерина Гордеева в своем ютуб-проекте «Скажи Гордеевой»: в студии, на улице, на «территории» героя… Потом она «миксует» эти куски, вставляя то один, то другой. В результате двухчасовое интервью смотришь не отрываясь (но тут, конечно, играет роль еще и личность автора и героя).

С текстами всё аналогично. Для того чтобы люди охотно читали длинный текст, в нем непременно нужно «менять планы» или «менять фокусы» – выбирайте, какой термин вам нравится больше.

Рассказывать на одной ноте: «я сегодня проснулся, позавтракал, пошел на работу, встретил по дороге соседа, поздоровался, сел в машину» – нельзя (если только вашей целью не является выступить в роли снотворного).

Как можно?

Сначала (еще до того, как написать рассказ) выделите его ключевые, реперные точки – те, по которым будете идти, как по кочкам болота.

Потом, в процессе написания, следите за тем, чтобы между этими точками-кочками всегда было «болото» (то есть информация, несомненно, интересная, но все-таки не самая важная). При этом «болото» не должно становиться слишком большим, а то читатели не допрыгнут от одной кочки до другой (то есть потеряют интерес).

В переходах от точки к болоту и от болота к следующей точке у вас и произойдет смена фокуса.

Вы описываете частный случай (например, рассказываете, как гуляли с собакой, а она дернула поводок – и убежала, и вы хватаете ртом воздух и пытаетесь ее скорее найти, а непонятно, в какую сторону бежать), а потом, после ваших частных слез, поднимаетесь на высоту обобщения и пишете: «так часто бывает – кажется, что у тебя все хорошо, и погода безоблачная, и перспективы отличные, а потом вдруг, на ровном месте – шквалистый ветер, дождь, гроза и из всех перспектив – бетонная стена».

Вы вроде бы ничего в этом обобщении не сказали о своих эмоциях от потери собаки – но читатели все поняли. Именно за счет обобщения. Только не делайте обобщение длинным. Одно-два предложения – и возвращайтесь к сюжету. А в конце истории скажите, что собака нашлась.

Наш мозг охотнее воспринимает частную информацию, а не общую (помните правило хорошего лектора: «Нет примера – нет теории»).

Но!

При этом сочетание «частная информация + немного общей» мозгу нравится еще больше, чем одна частная.

Или настоящее – будущее. Вы рассказываете о чем-то в настоящем времени и вдруг словно вспоминаете о чем-то, что случалось в прошлом («А однажды – я еще совсем маленький был – дед пошел со своим спаниелем на охоту. А вернулся без спаниеля: потерялся пес. Дед три раза ходил в лес. Звал его, кричал, из ружья даже в воздух стрелял… Говорил: «Не могу без него! Найдется!» Нашелся. И я бегу по лесной дороге и шепчу, как дед: «Не могу без него! Найдется!»).

То есть вы из прошлого в последнем предложении перекидываете мостик обратно в настоящее.

Об этом я тоже уже говорила. Периодически меняем темп повествования. То детально, с мельчайшими подробностями, описываем чей-то диалог, чьи-то размышления, а то телеграфно пишем: «Прошло три года. Маша вышла замуж, да вовсе не за Петю, а за Сергей Михалыча».

Или печально – восторженно. Или еще как-то. Этот пункт настолько очевиден, что его даже упоминать странно, но пусть все будет в одном месте. Мы ведь не можем говорить с одной и той же интонацией. И в тексте интонация тоже должна периодически меняться, причем интенсивность выражения чувств тоже – как будто регулятор громкости крутите. То сильнее, то слабее, то чуть-чуть сильнее, то – намного слабее, а то вдруг сильно – ух!

Наверняка вы встречали в Сети посты экзальтированных личностей, которые пишут навзрыд на протяжении всего текста. А тексты у них длинные, а заламывание рук и падение в обмороки натренированы годами. И вот они падают и заламывают, заламывают и падают – и так на протяжении десяти абзацев. И даже если проблема у личностей – действительно серьезная, мало кто в это поверит, а точнее – мало кто этим проникнется.

Специально написала «разное», чтобы вы подумали, какая еще «смена фокуса» может быть в тексте?

На самом деле таких «смен» – огромное количество. Менять фокус (или качать на волнах) можно по какой угодно шкале – все зависит от сюжета и от того, как вы сюжет хотите подать. Но «качать» или «менять» нужно обязательно.

Еще один обязательный момент для хорошего текста – это конфликт. Если вам не очень нравится слово «конфликт», можете заменить его на «внутренние противоречия».

Представьте, например, такой рассказ: «Жила-была девочка Маша. Она ходила в детский сад, потом пошла в школу. После того как Маша окончила школу, она поступила в вуз. Его тоже окончила, нашла хорошую работу и заодно вышла замуж. У Маши и ее мужа родились двое детей – мальчик и девочка. Они много лет прожили в любви и гармонии. Конец».

Можно ли Маше позавидовать? Конечно, можно! Многие бы согласились прожить такую жизнь, как у Маши. Можно ли рассказ про Машу назвать интересным? Нельзя.

Признайтесь: читая его, вы невольно ожидали какого-то «вдруг». Внезапности. Смены курса.

Это и есть конфликт.

Любой рассказ всегда имеет в себе нелогичность, столкновение интересов, борьбу. Иногда это может быть борьба добра со злом. Иногда – добра с добром. Или зла со злом, тоже вариант. Но в любом случае нужны повороты сюжета, изломы.

Проверить, есть в вашем рассказе внутренний конфликт, очень просто. Возьмите два волшебных слова – «вдруг» и «однажды». Попытайтесь приставить их к разным частям рассказа.

Получилось? Хоть где-нибудь слово «вдруг» встало как родное? А «однажды»? Отлично! Значит, внутренний конфликт в рассказе есть!

Например, как мы можем изменить рассказ про девочку Машу?

«Жила-была девочка Маша. Она ходила в детский сад, потом стала учиться в школе. Училась хорошо. Но однажды в их класс пришла новая учительница. И первым же делом поставила Маше двойку по литературе. Маша рыдала. Все в классе думали, что лучшие сочинения – у Маши, а тут – двойка. Маша даже постеснялась подойти к учительнице и спросить, почему ей поставили такую низкую оценку. Она решила: в следующий раз из кожи вон вылезет, но напишет сочинение на пять.

Девочка и правда старалась как только могла, но в тетрадке опять красовалось «два». После уроков Маша не хотела идти домой. Сидела за партой и ревела. И вдруг в пустой класс вошла их новая учительница…» – интересно, что было дальше? Мне тоже интересно! Может быть, вы хотите досочинить этот рассказ?

Не бойтесь «конфликтов»! Если у вас в рассказе есть герои, попробуйте мысленно расположить их на оси абсцисс (ну, или на оси ординат – кому как нравится). Удается разделить их на разные группы по какому-то одному признаку? «Добрый – злой», «хороший – плохой», «за белых – за красных»? Это деление будет условным; понятно, что в одной ситуации герои могут расположиться одним образом, в другой ситуации – другим. Но они должны как-то отличаться друг от друга, не быть идеально похожими.

Вы будете смеяться, но с конфликтами в самом тексте спорит «внутренняя прошивка». Конфликты текст раздирают, а «прошивка» (ее еще можно назвать «внутренние нити») скрепляет в единое целое.

Чтобы стало понятно, вспомните любую песню. В песне практически всегда есть куплеты (и в каждом из них текст разный) и припев. И в припеве текст одинаковый.