Нина Зверева – Говори красиво, выступай легко. Простые правила публичных выступлений (страница 30)
Говорил с энтузиазмом. А зрители, которые смотрели сюжет, смеялись. Потому что оператор снимал главврача на фоне стены кабинета. И на стене этой прямо над головой главврача шла огромная трещина, заканчивавшаяся дырой.
Потом выяснилось: кабинет главврача – единственное помещение, где ремонт не делали, решив сэкономить. А вся остальная больница действительно была отлично отремонтирована. Журналист и оператор извинились потом перед главврачом (потому что это была стопроцентно их ошибка), но извинениями дело не исправишь: видеоролик ушел гулять по Сети.
Бывает и другое: в новостном выпуске, например, губернатор какого-нибудь региона рассказывает, как успешно в его регионе развивается сельскохозяйственная отрасль (не в кабинете рассказывает, а прямо на фоне пшеницы, ржи или пастбища), и в это время в кадр входит теленок – и ребра у теленка торчат, и глаза у него грустные… Кому поверит зритель?
Правильно, теленку. Хотя глаза у телят грустные почти всегда – просто в силу физиологического строения.
А что должен был делать губернатор?
Попросить переснять видео. А еще лучше – пошутить на тему стройности теленка. Если что-то (или кто-то) в вашем видео начинает перетягивать внимание на себя, идите туда, где сейчас зрительское внимание. И обязательно пошутите над казусом. Так вы снова завладеете вниманием аудитории. И еще – ее уважением.
ЛАЙФХАК 5. ГЛУБИНА КАДРА
В создании видеоблогов очень мало решительных «никогда». Но они все-таки есть. И сейчас пришла пора рассказать об одном из этих «никогда».
Однажды в школу телевизионного мастерства Нины Зверевой приехала немецкий режиссер по имени Кристина. Она провела со студентами мастер-класс по построению кадра. Все происходило в небольшом помещении (площадью примерно 20 квадратных метров – как обычная комната в квартире).
– Ребята, – сказала Кристина. – Вот вам оператор, вот камера. Найдите место в этой комнате, где будет хорошая глубина кадра. Где не возникнет ощущения, что вы прижаты к стене. Где зрителю будет комфортно смотреть. А зрителю будет комфортно, если за вами возникнет ощущение воздуха.
Студенты садились к разным стенам. Отодвигали стол от стены. Пытались даже снять себя против света – ничего не помогало.
А как надо было поступить?
– Ок, – сказала Кристина. – Дайте мне стул.
Она взяла стул и поставила его напротив угла. Села на этот стул.
И появился объем!
Практическое задание
«…»
Артем, успешно набирающий подписчиков блогер, решил снять ролик на тему «Чем заняться летом в городе». Съемки были на асфальтированной набережной. Сначала Артем рассказывал, куда можно сходить, где погулять, а потом, словно обрывая его на полуслове, в кадр въехал парень на спортивном велосипеде.
– Или, – прервал сам себя Артем, – можно освоить пару трюков.
С этими словами он остановил велосипедиста, сказал ему: «Ну-ка, слезай!» – сам сел на велосипед и прокатился по рампе.
Оказалось, съемки шли не просто на набережной, а на набережной рядом с парком экстремальных видов спорта. Да и сам Артем был опытным экстремальщиком. Конечно, и велосипед въехал в кадр специально. И готовое видео получилось отличным.
Грим, свет, съемка
Одна видеозапись может отвратить от съемок раз и навсегда. Вы хорошо говорите, показываете интересные детали и отлично держитесь в кадре.
Вас даже все хвалят. Но когда вы смотрите на себя, хочется швырнуть ноутбук об стену. На экране вместо вас – толстое, страшное, прыщавое нечто. «Это я?!» – ужасаетесь вы. И сами понимаете: это вы.
Многим кажется, что на экране у них на коже появляется миллион прыщей. Камера «видит» то, что скрыто под кожей. Но не видит самую откровенную «маскировку».
Если бы вы оказались на телестудии и увидели любого идущего в кадр диктора, вы бы ужаснулись от того, как много на его лице тонального крема и пудры. Причем вне зависимости от того, мужчина этот человек или женщина.
Любой изъян, любой прыщик камера «увидит» и увеличит многократно. А вот тональный крем, наложенный даже толстым слоем, она не «видит» совершенно – вместо этого показывает живое, прекрасное лицо.
Перед съемками гримируют всех: мужчин, женщин, шоуменов, депутатов. Бывает, какой-нибудь высокий чиновник возмущается:
– Не надо меня пудрить, я что, женщина? У меня нет прыщей, я гладко выбрит – зачем тональный крем?
– Вы хотите, чтобы ваш подбородок был синим? – вежливо уточняет гример.
– Синим? – Лицо чиновника приобретает не самое уверенное выражение.
– Синим, – кивает гример. – Камера увидит даже те волоски, которые пока еще находятся под кожей, но уже очень близки к тому, чтобы вырасти.
– Ладно, гримируйте, – машет рукой чиновник.
И в следующий свой визит на телестудию уже не возмущается от того, что подбородок, лоб и щеки приходится покрывать тональным кремом.
А вот нужно ли девушкам перед съемками красить ресницы, брови, губы – это большой вопрос.
Молодость красива сама по себе, без «костылей» в виде косметики.
С профессиональными фотографиями, кстати, нередко случается то же самое, но у фотографов есть фотошоп, и они с его помощью возвращают модели ее исходные параметры.
Видео не отретушируешь: камера стабильно будет прибавлять вам один размер одежды.
Нина Зверева в своей жизни провела тысячи прямых эфиров и записала тысячи ТВ-программ. И часто бывало: она выходила из телестудии после эфира, на улице ее встречали люди, узнавали и говорили:
– Ой, а вы похудели!
Понятно, что она физически не могла похудеть за те полчаса, что прошли после окончания эфира. Просто полчаса назад люди видели ее по телевизору, а тут увидели вживую.
Как говорил известный оператор Михаил Сладков, «для оператора человек – это два глаза и одно ухо». Отличная формула для сохранения своей экранной стройности!
Держаться перед камерой сложно. Вдруг непонятно, что делать с руками, как ставить ноги. И надо ли ходить? Или вытянуться по стойке смирно? Или сесть на стул?
Изучайте их поведение и пытайтесь докопаться до сути: чем они привлекают внимание? Почему на них подписываются? Чего не хватает вам, чтобы так же зацепить миллионы, как цепляют они?
Как ведет себя перед камерой Катя Клэп? Очень часто она не встает перед камерой один на один. В ее руках то и дело появляются какие-то баночки, карандашики, сувенирчики…
Ее руки всегда заняты, поэтому Кате даже в голову не приходит переживать по поводу того, куда деть руки.
Она говорит:
– Всем привет! Вы просили показать, что у меня в косметичке. Давайте покажу! – Дальше монтаж, и Катя уже с косметичкой в руках.
– Вот моя косметичка, – продолжает Катя, открывая сумку. (Это важно: Катя одновременно и говорит, и показывает, то есть воздействует сразу и на зрение, и на слух.)
– Это блеск для губ. – Она подносит поближе к камере розовый тюбик. – Он классный, у меня на губах сейчас такой же. Думаете, это дорого? Нет, он стоит 100 рублей, я его купила в киоске возле метро.
И зрители верят Кате – и ее блеску, и киоску возле метро. Она создает эффект присутствия: кажется, вы там же, в комнате подружки, и она хвастается своими покупками, а потом будете хвастаться вы…
Камера – это почти как зазеркалье. Каждый тележурналист хоть раз попадал в такую ситуацию: купишь отличную дорогую вещь, выйдешь в ней в эфир… Результат – «Я у мамы дурачок». И наоборот, в минуту умственного помутнения купишь на рынке дешевую, странную вещицу, наденешь ее перед камерой – на видео получаешься стильным красавчиком.
У камеры свои представления о моде. Так что, выбирая одежду, нужно знать ее предпочтения. И психологию зрителей.
Они могут быть светло-светло-голубые, светло-светло-бежевые, с едва заметным оттенком розового…
Не лучше действует и черный цвет: на его фоне лицо становится бледным.
Может, одеться в красное? Тоже, прямо скажем, не самый безопасный вариант. Красный – цвет интенсивный, придется постараться, чтобы «перекричать» его.
Не советуем использовать одежду в мелкую полоску или мелкий-мелкий рисунок: в глазах у зрителей может зарябить.