Нина Северова – В объятиях его одержимости (страница 2)

— Хорошо. До свидания, была рада вас услышать.

Всего лишь подменить на месяц человека, это не сложно. Да и у меня будет чуть больше денег. Плюс опыт в трудовой. Думаю, всё только на пользу.

Тогда я даже в страшном сне не могла представить, что случится за этот месяц и как сильно это изменит мою жизнь.

Глава 2. Арина

Просыпаюсь от будильника. Время четыре часа дня, я вроде бы даже выспалась. После смены стараюсь не спать долго, иначе выходные пролетают незаметно. Спала шесть часов и на том спасибо.

Лежу, смотрю в потолок. Тело просыпается, а в голове снова рой мыслей. Звонок Константина Сергеевича выбил из колеи. Я не чувствую страх, но понимаю, что работа в колонии – это не то же самое, что и на скорой. Интересно, если бы у меня был муж и дети, согласилась бы на эту работу? Наверное, нет. Это сейчас мне терять нечего, никого нет кроме бабушки и Алёны. А если бы был муж…

Снова в груди липкое чувство разочарования. Как-то у меня не складываются отношения с противоположным полом. Знакомятся либо женатые, а это для меня сразу и навсегда табу. Либо парни без нормальных ориентиров в жизни. Я не против погулять, немного выпить и как-то весело провести время. Но у меня есть работа, которая отчасти вынуждает развиваться. Да и я сама стремлюсь к тому, чтобы стать хорошим врачом. И мне бы хотелось, чтобы мужчина рядом со мной тоже имел какую-то цель, что-то представлял из себя, а не только гулянки. Алёна говорит, что у меня слишком завышенные требования и поэтому я до сих пор девственница. Да, мне двадцать три и дальше поцелуев никогда не заходило. Иногда меня это расстраивает, возможно, со мной что-то не так?Переворачиваюсь на бок.

Я не карьеристка. Но на текущий момент жизни, кроме работы у меня ничего нет, вот и держусь за нее. Поступила в медколледж после девятого класса, потому что тогда уже понимала, что денег не соберем на ВУЗ. Отец погиб десять лет назад, мамы нет уже семнадцать. Бабушка тянула меня одна на пенсию учителя начальных классов. Было тяжело, я не хотела оставаться обузой, нужно было самой на ноги вставать. Начались первые подработки санитаркой, потом работала в перевязочной, затем медсестрой в травматологии. Ну и со временем доучилась до фельдшера скорой помощи. Хочу быть хирургом, но не уверена, что будут время и деньги на обучение.

Встаю, иду в душ. Надо собираться на дачу, бабушка уже ждёт.

***

Открываю калитку, вижу, дверь в дом открыта.

— Бабушка! – зову.

— Арина? – через минуту выглядывает моя любимая, – Ты чего с пакетами?

Захожу в дом, ставлю два пакета на пол. Купила по мелочи продуктов. Обнимаю бабушку, она чмокает меня в обе щёки.

— Купила понемногу всего, Алена же с Кириллом приедут позже. Он наверняка захочет чипсов или печенье.

— Зачем ему чипсы? Я пирожки напекла, – бабушка кивает в сторону стола, а там два подноса пирожков.

— Он ещё не в том возрасте, чтобы выбирать между пирожками и чипсами – первое, – смеюсь.

Иду в комнату переодеваться. Кухня и столовая на солнечной стороне, а спальня в теньке и здесь всегда прямо холодно. Чувствую, мурашки побежали по рукам. Достаю из шкафа дачные шорты, свободную футболку. Взгляд цепляется за фотографию родителей, которая висит на стене. В груди щемит, я очень скучаю.

— Арина, телефон! – бабушка кричит из кухни.

Бегу в коридор, помню, что должен позвонить мужчина из колонии. Достаю телефон, наверное, он, номер не определился.

— Алло? – поднимаю трубку запыхавшись.

— Арина Александровна, здравствуйте. Мне ваш номер Константин Сергеевич дал, – слышу низкий мужской голос.

— Да-да, я ждала вашего звонка.

— Я начальник сто пятьдесят седьмой колонии, полковник Дрёмов, Иван Николаевич. Нам нужен врач на замену, где-то на месяц. Константин Сергеевич очень вас рекомендовал, – последнее мужчина говорит уже мягче.

— Константин Сергеевич мне кратко рассказал, что требуется. Так что, я немного в курсе.

— Вы сможете завтра утром приехать в колонию? К десяти? Будет ваш сменщик, всё расскажет и покажет. Ну и все бумаги подпишем сразу, детали обсудим.

— Да, конечно. Буду в десять.

После разговора чувствую волнение. Я уже согласилась, но надо обсудить всё с Алёной, нужна её поддержка. Бабушка точно будет против, но что поделать.

Подруга приезжает с сыном через час. Как и всегда заваливаются с шумом. Алёна не строгая мама, но до жути любит читать нотации. То Кирилл не так стоит, то не так смотрит. Добавьте к этому бесконечные проблемы с поведением и всё, уши в трубочку сворачиваются от постоянного бубнежа.

— Кир, ты можешь сначала разуться, а потом заходить в дом? – причитает Алёна с порога.

— Да мам! Чё ты начинаешь, я просто ещё не успел, – истерично отвечает крестник.

Что ж, видимо по дороге они поругались несколько раз и сейчас накал будет ещё больше подогреваться.

— Заходи, родной, – бабушка целует Кирилла в щеку, обнимает. Любит мальчика как родного внука.

— Здрасьте, тёть Галь, – Алёнка следом за сыном обнимает бабушку, – мы принесли вино и торт.

— Торт не надо было, а вино я люблю, – бабушка щипает за бок подругу, Аленка смеётся.

— Давайте накроем стол, есть уже хочу, – зову девочек на кухню.

Пока мы готовили ужин, Кирилл успел несколько раз упасть на улице, разбил колени и порвал новые штаны. Надо ли пересказывать все возмущения Алёны? Поверьте, это было громко.

И несмотря на ругань подруги на сына, обожаю, когда мы вот так собираемся на даче. Сразу тепло становится на душе. Когда дедушка был жив, сделал открытую беседку, в которой мы летом всегда проводим время. И это добавляет свою романтику.

Пока бабушка поливала огород, я рассказала Алёне про звонок Константина Сергеевича.

— Ну, работа есть работа, Арин. Конечно, место такое себе, но там ставка оплачивается в полтора раза больше. Я бы тоже согласилась. Тем более всего на месяц, – подруга допивает очередной бокал.

— Ну вот и я так подумала, что денег немного подзаработаю. Во всяком случае, я ни разу не слышала, чтобы в колонии этой что-то происходило.

— Да, кстати. Ни менты, ни наши, никто ничего не рассказывал никогда, – соглашается.

— Ладно, съезжу завтра к ним, посмотрю обстановку. Я не из пугливых, после того случая в подвале, мне уже ничего не страшно.

— Ой не вспоминай, травма на всю жизнь, – Алена хмурит брови и встаёт. – Пойдем, а то получим сейчас, что не помогаем.

Глава 3. Арина

Я была около здания колонии в девять пятьдесят. Сегодня пасмурно и дождь льет. От этой серости тюрьма выглядит ещё более убого. Хотя как должно выглядеть такое место? Не курорт же.

— Здравствуйте, мне назначено в десяти к полковнику Дрёмову, – говорю на КПП и протягиваю молодому служащему паспорт.

Он звонит по внутреннему телефону, уточняет. Когда подтвердили, что меня ждут, выдал пропуск и махнул в сторону разбитого крыльца.

На территории чисто, даже цветы посадили в клумбах. Но всё равно энергетика места подавляет.

Внутри меня встречает ещё один сотрудник, при входе тоже что-то вроде КПП. Проверил пропуск, записал мои данные в тетрадь.

— Пойдёмте, провожу вас, – слышу за спиной мужской голос. Поворачиваюсь и натыкаюсь на улыбчивого блондина. Глаза ледяные, на фоне серой пятнистой формы, они прям выделяются. Но взгляд добрый.

— Здравствуйте, спасибо, – улыбаюсь ему.

Мужчина поворачивается и жестом показывает в сторону коридора. Да уж, интерьер здесь кошмарный. Свет тусклый, стены серые и местами сильно обшарпанные. Стоят цветы вдоль коридора, но они совсем не создают ощущение, что здесь работают люди.

— Меня зовут Женя, я надзиратель, – парень чуть приподнимает кепку на лоб и заглядывает мне в лицо всё также улыбаясь.

— А я Арина, и я врач. Буду заменять вашего, который ушел на больничный.

— Аа, понятно. Да, Денис – это наш второй медик, упал со своего мотоцикла и сломал ногу в двух местах. Работать с такой травмой не может, понятное дело.

Идём дальше по коридору, доходим до тупика, поворачиваем направо. Взгляд падает в сторону другого коридора. Видимо правая часть – это крыло администрации. Коридор, ведущий налево выглядел как в фильмах ужасов. Предугадывая свою удачу, даю сто процентов, что именно там и будет медицинский кабинет.

— Пришли, – Женя кивает на дверь с табличкой «Начальник колонии 157, полковник Дрёмов Иван Николаевич».

Стучу в дверь.

— Да? Проходите!

Открываю, взгляд режет слишком яркое освещение. По сравнению с коридором, ощущение такое, что смотришь на сварку. Кабинет небольшой, длинный стол буквой Т, несколько стульев, шкаф с папками.

Иван Николаевич встаёт, идёт мне на встречу. На вид ему около пятидесяти. Высокий, широкоплечий. Темные короткие волосы, на висках седина. Глаза карие и несмотря на улыбку, взгляд холодный.

— Здравствуйте, Иван Николаевич, – улыбаюсь. Мужчина протягивает мне руку для пожатия. У него горячая сухая ладонь, но этот жест почему-то вселяет мне спокойствие. Жму в ответ.

— Проходи, Арина, – рукой показывает на стул.

Сажусь на предложенное место, мужчина возвращается в свое кресло.