Нина Щербак – Эйфория и тени (страница 4)
Крейслеру было неловко осознавать, что он так и не смог быть рядом с этой женщиной, так и не смог быть для нее опорой по-настоящему. И все же, когда он ехал к ней на встречу, он снова и снова осознавал, какой неотъемлемой частью его жизни она была.
Марианна была искрометна во всем. В глубине и полете своей мысли, в остроумии, и умении молчать. Когда она двигалась вперед, плавно покачиваясь, он испытывал внутри что-то сродни чувству, которое вызывает появление огромного красивого корабля, у которого не только мощная форма, но стремительная и красивая внешность пропорций, которая вызывает трепет и содрогание при соприкосновении.
У Марианны рос сын, которым она очень гордилась. Он часто уезжал заграницу, и работал там, попадая в какие-то перспективные планы организаций и правительств. Крейслеру это и нравилось, и не нравилось, одновременно освобождая невероятный запас внутренней энергии. Ему ужасно хотелось помогать сыну Марианны, видеть его. Но он понимал, что подобное участие требовало достаточного количества времени и деликатности, которых у него совершенно не было.
Марианна показывала ему фотографии Сережи, улыбаясь тому впечатлению, которое фотографии производили. Крейслер улыбался словно ребенок в ответ, осознавая, что не только не годится в папаши, но сам в чем-то похож на этого красивого перспективного юношу, столь залихватски поправляющего кепку.
«Господи, как я ее люблю», – снова думал Крейслер, наблюдая за тем, как Марианна отрезала кусочек мяса на своей роскошной тарелке, и как красиво запивала его белым вином.
– Марианна! Ты даже не представляешь себе, как замечательно, что мы снова вместе, – говорил Крейслер, упорно запрещая себе пить вино, и вновь осознавая, как ему хочется это сделать.
Марианна смотрела на него со спокойствием и негой, в ее взгляде было столько нежности и понимания, что Крейслер отбрасывал все свои мысли о неправильной жизни и недостижении поставленных целей.
«Ничего не достиг, раз не могу ей помочь!» – повторял он про себя, снова и снова отхлебывая холодящее вино, вспоминая ее звонки, их встречи, перелеты на Капри, работу в Вене, и все то, о чем Марианна ему совершенно не сообщала.
– Дорогая Марианна! За тебя! – снова сказала Крейслер, и весь просветлел, словно до его внутреннего мира дотронулся ангел-хранитель.
– Ты видела фильм «Остров»? – спросил он.
– Да.
В этом была вся она. В этих простых фразах. В понимании главного. В той плавной речи, которая лилась, словно струилась из нее, когда она молчала или говорила.
«Я напыщенный индюк и дурак!» – снова подумал про себя Крейслер, замолчав и попытавшись дотронуться до руки Марианны. Она слегка отстранилась, словно хотела сначала договорить, а говорить она словно не решалась.
– Ты ничего не знаешь обо мне, – сказала Марианна и снова загадочно улыбнулась.
Крейслер снова вспомнил все это время их знакомства. Вспоминал свои убогие попытки к их сближению. Вспоминал те невероятные усилия, которые он предпринимал для того, чтобы как-то соответствовать, как ему казалось, Марианне.
«Но разве это все важно? Разве это важно?» – снова и снова думал он, понимая, что единственное счастье, которое было ему уготовано, это создание всех этих бесконечных проектов и заданий, которые в его же глазах оправдывали его перед Марианной.
«Неужели она гордится мной? Такая женщина!» – снова и снова думал Крейслер, осознавая всю свою никчемность.
Он накинул на плечи Марианны норковое манто, и заметил, как ее плечи чуть подернулись, ослабли, словно повернулись в ее сторону. В Марианне было столь много неги и грации, что все внутри Крейслера напрягалось, даже когда он не смотрел в ее сторону.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.