Нина Саммер – Остров четырех стихий. Барбара (страница 6)
– Давайте не бояться. Давайте говорить.
Я кивнула Илайджу. Он включил первую мелодию.
Прослушивание началось.
Первыми на сцену вышли две девушки в ярких платьях. Одна из них, по имени Лана, немного волновалась. Я предложила ей прочитать отрывок реплики Эмми – в голосе появилась дерзость и живой огонь. Мы с Илайджем переглянулись: Эмми. Определённо.
Вторая, Тина, была более сдержанной и мягкой, но её глаза светились, когда она читала текст Луиса. Неожиданно – но сработало. В ней был тот самый подростковый дух протеста – тонкий и упрямый. Мы решили, что они сыграют брата с сестрой – просто поменяем гендерные акценты. Это неважно. Главное – энергия.
Парень с гитарой – Жюль, француз из числа туристов, – попросил текст песни Грея, затем сел на край сцены и, почти не глядя на нас, спел, добавив к песне импровизированную музыку. Было хорошо. Очень искренне. Но не то. У него не было той тонкой, чистой, почти невесомой вибрации, которую мы уже знали – потому что ею обладал Илайдж. Я мягко поблагодарила Жюля и предложила ему стать музыкальным спутником Грея – своего рода современным Арно. Он кивнул, немного разочарованный.
Пожилая женщина, представившаяся как миссис Ковал, преподавательница музыки, читала текст мэрши. В её голосе была строгость, но не боль. Не трещина внутри, не замороженное пение. Мы поблагодарили её и предложили взять роль Тёти Флоры. Она согласилась.
Потом на сцену вышла та самая женщина в белой рубашке, которую я приметила днём. Её звали Элис. Она прочла всего пару строк – и вдруг замолчала. Голос дрогнул. Мы ждали, не перебивая. И вдруг она сказала:
– Простите. Я с детства на сцене не пела.
Мы переглянулись с Илайджем. Вот она. Настоящая Мэрша. Я подошла к ней и сказала тихо:
– Именно это нам и нужно. Не петь – пока не придёт время.
Она кивнула. Без лишних слов.
Подросток с наушниками оказался немногословным, но и ему мы нашли роль одного из жителей городка. Он будет тем мальчиком, который запускает первую гирлянду на площади.
Маленький сын мэра – Тимми – подошёл ко мне и спросил:
– А можно я буду снежинкой?
Я рассмеялась:
– Ты будешь особенной снежинкой. Самой главной. У тебя будет своя реплика.
– Правда?
– Да. С неё начнётся финальная сцена.
Мэр, стоявший в сторонке, улыбнулся.
А потом вышел Илайдж. Хотя мы знали, что главную роль – Грея – будет исполнять он, я всё равно затаила дыхание. Он встал в центре, закрыл глаза, сделал паузу… и запел. Без микрофона. Без музыки.
Его голос всегда производил впечатление. Люди перестали шептаться. Даже дети замерли.
Когда он закончил, стояла тишина. А потом кто-то тихо зааплодировал. Остальные подхватили.
– Главная роль уже найдена, – сказала я вслух и улыбнулась Илайджу.
Так наш состав собрался. Мы договорились встретиться на следующий день для первой читки. Мы раздали всем реплики для разучивания. Уходя с площадки, я была уверена: у нас всё получится.
Глава 6: Громкая реплика.
Ночью мне снова снился океан. Не просто вода – настоящая бездна. В том сне я стояла по колено в холодных волнах, смотрела в чёрную даль и чувствовала, как за спиной что-то рушится. Будто берег, на котором я стояла, трескался и уходил под воду. Я кричала – но звука не было. Только ветер и глухой гул.
Я проснулась резко, с сердцем, бьющимся в горле. Барни поднял голову с пола, тихонько заскулил. Я погладила его между ушей и прошептала:
– Всё хорошо…
Мы с Илайджем почти не разговаривали. После вдохновенного вечера кастинга наступило странное похмелье. Он всё время утыкался в телефон и, казалось, полностью выпадал из происходящего.
А может, я просто наконец увидела то, чего не хотела признавать раньше.
Я провела весь день с Барни на пляже. Смотрела, как он бегает по отмелям. По совету Стейси читала сборник местных легенд. Неожиданно увлеклась: остров жил своей глубокой, почти мифической жизнью.
Я размышляла, медитировала. Океан очищал, словно вымывал из меня то, что больше не нужно, наполнял спокойствием и силой.
– Мы с тобой подружились, океан, – подумала я, глядя в бесконечную воду.
Первая репетиция началась вечером. Мы собрались на площадке ещё до заката. Кто-то принёс термос с чаем, кто-то – булочки и конфеты. Все были взволнованы, вдохновлены – это была настоящая труппа актёров…
Я дала вводные, и мы начали. Лана и Тина справлялись отлично, Элис в роли Мэрши звучала пугающе правдиво – даже её шёпот держал в напряжении. Все старались, ошибались, учились – как и должно быть.
Илайдж всё это время отстранённо молчал. Потом вышел на сцену, вошёл в образ, запел… Красиво. Как всегда. Но пусто, как будто без души.
И в этот момент его телефон, оставленный рядом с колонкой, начал вибрировать. Один раз. Потом второй. Потом третий. Сообщения сыпались, как дождь. Все старались не замечать, но он мешал. Я подошла, чтобы просто выключить звук.
На экране высветилось:
«Мечтаю скорее тебя поцеловать»
Рука сама нажала. Переписка открылась. Имя – Сью. Несколько дней. Их сообщения:
«Когда вернусь, не отпущу»
«Она нормально отреагировала? Больше не угрожала? Тебе не страшно?»
«Да, мы с ней уже расстались. Просто жду, когда закончится отпуск – раньше не могу вернуться. Не зря же я его оплатил. Она истеричка. Не парься»
«Ты мой. Я тебя дождусь»
«Тебе никто не нужен, кроме меня»
Мир вокруг стал тише. Я стояла, глядя в экран, и будто земля провалилась у меня под ногами.
– Это что, шутка? – вырвалось у меня. – Или ты просто ждал, пока я сама всё увижу?!
Все замерли. Илайдж обернулся. Увидел в моих руках телефон.
– Барбара… – начал он.
– Не смей! – я бросила ему телефон. – Не смей опять пытаться обвинить во всём меня! Ты крутишь любовь с другой, пока я живу с тобой в одной комнате?
Он взял телефон, посмотрел на него, потом на меня. На миг задумался. Потом сказал быстро:
– Я просто… хотел понять. Проверить, что ты чувствуешь. Что ты не всё отпустила. Мы с ней переписывались – и что? Может, мне нужно было увидеть твою реакцию!
– Проверить?! – я почти рассмеялась. – Ты предаёшь – чтобы я ревновала?
– Ты всегда всё усложняешь! Я просто… хотел, чтобы стало по-настоящему. Чтобы снова что-то почувствовать!
– Тогда почувствуй это, – прошептала я. Злость разрывала меня на куски. – Убирайся! Я не хочу ни секунды находиться с тобой на одном острове!
Он замер.
– Что? Куда я должен исчезнуть? Ты сумасшедшая!
– Сейчас позвоню Максиму. Ты улетишь ближайшим рейсом. Ты не просто сломал спектакль, Илайдж. Ты сломал всё!
Он шагнул ближе, почти сквозь зубы:
– Не думай, что я оставлю это просто так.
– А ты не думай, что я испугаюсь тебя! Ты слабак, Илайдж! Ты никто! – ответила я, глядя прямо в его глаза.
Я повернулась к труппе, всё ещё застывшей в тишине.
– Репетиция продолжается. Есть желающие на его роль?
Жюль, наш француз, сразу шагнул вперёд.