Нина Романова – Лезвие любви (страница 18)

– Почему тебя настолько волнует моя история, что ты говоришь об этом шепотом?

– Не знаю Ким, наверное, это моя придурь. Но то, что тебя лично навещает начальник департамента соц. защиты, а не простой сотрудник как я, наводит на размышления.

Ким пожал плечами:

– Знаешь, я уже не реагирую на странности. По мне так, чем меньше знаю – тем крепче сплю.

– Но ты не можешь так спокойно говорить о своей теперешней жизни! Ты умный, настоящий, живой парень! И тебе здесь совсем не место.

В глазах Кима сверкнуло и погасло.

– И где, по- твоему, мое место? У меня нет желания общаться с людьми, которые казались друзьями, и при первой же возможности предали.

– Не весь мир такой, поверь. Но лучше скажи, как могло случиться, что сын мега богатого инвестора прозябает в социальных трущобах?

– У жизни большое чувство юмора – Ким криво усмехнулся.

– Нельзя опускать руки.

– В моем случае это самый безопасный вариант. И давай закроем тему. Чем сегодня кормит государство? – он заглянул в большой белый пакет без логотипа соц. Службы. И обнаружил там, то, о чем хотел попросить Никола при встрече: фрукты, овощи, орехи, сыр, даже шашлык и черный хлеб.

– Ого! Продукты ведь ты сам купил! – восхищенно присвистнул Ким. – А я хотел попросить тебя именно об этом при встрече.

– Значит мы на одной волне парень! – Николай хлопнул его по плечу. – Я видел твою страничку в сети и примеры, решенных тобой бизнес- ситуаций. Не скрою – потрясен. Ты гений, азиат.

– Ты так меня называешь? Смешно. – Ким опять усмехнулся.

– Прости, я всем даю вторые имена, привычка такая.

– Понятно, моя аватарка «азиат».

– Ким, не придирайся.

– Ладно, почему я гений, рокер? – спросил Ким.

Николай откинулся на спинку стула и расхохотался:

– Рокер? Нормально! Откуда такая ассоциация?

– У тебя волосы длинные, любишь откровенно поговорить «за жизнь», наверное, и русский рок слушаешь.

– Проницательный не по годам, азиат. Ты мне нравишься.

– Научишь играть на гитаре? Уверен, ты можешь.

– Конечно! В следующий раз жди с инструментом.

Впервые за все время Николай жалел, что его визиты в социальные трущобы ограничены одним днем посещения. Хотя, кто ему об этом говорил?

– Саш, скажи, мы один раз в неделю можем посещать кротов?

Коллега удивлено уставился на Николая:

– Да хоть каждый день ходи. Но минимум раз в семь дней. «Держи инструкцию, – он протянул пухлый документ, – Основное в первый день я сказал тебе на словах, это минимум, что мы должны делать». Но в инструкции еще много чего есть.

– Отлично! – Николай нетерпеливо схватил прошитый с краев толстыми белыми нитками приказ, предназначенный для сотрудников департамента, будто это самая интересная книга на свете.

– Ты чего такой радостный?

– Хочу азиата научить игре на гитаре.

Лицо коллеги вытянулось:

– Коля, оно тебе надо? Первое правило: не привязывайся к подопечным.

Но Николай уже углубился в чтение информации, написанной мелким шрифтом: «…кураторы социальных домов имеют право, помимо еженедельных визитов, по своему усмотрению посещать арендаторов, выводить их на прогулку в места культурно- массовых мероприятий в свое личное время и за свой счет».

«Отлично!» – еще раз повторил Николай. А Саша пробурчал: «Жениться тебе Коля надо».

Глава двадцать восьмая «Гитара»

Вечером следующего дня Николай стоял с гитарой на пороге комнаты азиата.

– Я думал, что ты пошутил. – Вместо приветствия сказал Ким. Но впервые с момента их знакомства парень улыбнулся по- настоящему.

– Я, конечно, человек веселый, но знаешь, если что- то говорю, то обычно делаю.

– Мужик сказал – мужик сделал, – произнес Ким, но без обычного сарказма – Отец любил так говорить.

– И правильно говорил. Однако, время коротко, давай начнем.

– А можно сразу на песнях учиться?

– Конечно! Я так и делал. Какую хочешь?

– Давай твою любимую. – Предложил Ким.

Николай задумался, он наигрывал на инструменте то ту, то эту, потом остановился:

– Ну конечно! И, тихо напел: «А знаешь, все еще будет…»

Ким слушал, внимательно смотрел, как пальцы ловко перебирают струны, и покачивал головой в такт. И тут раздался стук в стену. Николай остановился.

– Мы совсем забыли про то, что стены картонные. А ты уверял, что соседи ничего не слышат – ничего не видят. Наверное, нам не стоит привлекать лишнее внимание. Может быть, выйдем на улицу? В сквер?

Услышав поступившее предложение, Ким даже отпрянул от Николая:

– Нет, нет, я не пойду на улицу. – Глаза азиата наполнились страхом.

– Но почему? Я ведь рядом, с тобой ничего не случиться.

– Нет. – Николай посмотрел на парня и понял, что настаивать бесполезно. Ну и что дальше? Выходит, что его затея провалилась?

И тут Ким сел за компьютер и начал что- то настраивать. Мгновения спустя обернулся:

– И как я забыл об этом? Подожди еще пару минут. – Теперь уже Николай наблюдал как быстро, и ловко двигаются пальцы Кима по виртуальному экрану, отыскивая нужные опции. – Все готово! Можем продолжать! – лицо азиата торжествующе сияло.

Николай сначала не понял, что произошло, вроде ничего не поменялось.

– Ким, что ты сейчас сделал?

– А, да, забыл, что вам старикам нужно все объяснять. – Коля показал ему кулак, но Ким состроил смешную гримасу – Так вот, рокер, я создал в комнате звуконепроницаемый заслон.

– Звуконепроницаемое что? – Николай такого раньше не видел и не слышал, работая в продвинутой и передовой корпорации. Хотя …прошло полгода, технологии меняются со скоростью звука, он, наверное, отстал от жизни. Пройдет еще год и… Но Ким не дал ему унестись в беспросветное будущее.

– Это новейшие технологии, о них еще никто не знает.

– А ты? – Коля уставился на азиата. – Тебе то, как они известны?

– По одной простой причине – я автор.

Николаю хотелось потереть глаза кулаками, как в детстве, когда не верилось в очевидное.

– Понимаю, ты не веришь. Но давай, играй, и мы посмотрим, что будет дальше.

Николай начал наигрывать и петь, но гораздо громче, чем в первый раз. Никто не стучал. Он включил музыку- запись рок концерта на полную мощность, но опять никто из кротов не отозвался.

Отложив гитару в сторону, Николай уставился на Кима: