Нина Резун – Кто такая Даша? (страница 38)

– Смотри, – с усмешкой сказал он громче, – а вот здесь написано о противозачаточных таблетках. И даже название, как у твоих. Это он тот врач, который их назначил?

– Не совсем. Он только рекомендовал, а я действительно ходила к врачу, и она мне подтвердила, что я могу их принимать.

– В качестве контрацепции? Нет ведь у тебя никаких кист?

– Нет.

– Что бы сказала мама, если бы узнала, до чего ты опустилась, Лера?

Если бы он знал, как часто я сама думала об этом! Но я находила себе оправдание. Я делала это не для себя. Для Жерара.

– Жерарчик, миленький. Все не так, как ты думаешь. Да, он предложил мне деньги, когда я в них нуждалась. Но он ни к чему меня не принуждал. И… все было по обоюдному согласию. И… теперь я его люблю. А этот договор – это просто проформация.

– Что?

– Просто формальность. Мы никогда его и не придерживались.

– Но марафет ты навела. И там тоже депиляцию делаешь? – тыкая мне в пах, спросил Жерар.

– Жерар, не говори со мной таким тоном. Если женщина стала за собой ухаживать, в этом нет ничего пошлого.

Он подскочил с табуретки и отошел к раковине. Кухня была небольшая, и при желании я могла дотянуться до брата рукой.

– А он любит тебя?

Знать бы для чего задан этот вопрос, чтобы понимать, что ответить. Но телепатическими способностями я не обладала, и ход мыслей брата не знала.

– Любит.

– Тогда почему ты от меня скрывала, что у тебя кто-то есть? Он женат? Я не нашел этой информации в интернете.

– Да, – а как еще я могла ответить, чтобы все объяснить?

– Замечательно! Моя сестра мало того, что спит за деньги, так еще и с женатым! Лера, ты с ума сошла?

– Жерар, не нервничай, пожалуйста. Я понимаю, как это ужасно звучит. Но все не так страшно на самом деле.

– Он собирается развестись? – возвращаясь на свой табурет, спросил Жерар, заглядывая в мои глаза.

– Да, он об этом говорил, – солгала я.

Я видела, как Жерар возбудился, и это напомнила мне те времена, когда он легко вспыхивал и убегал из дома за дозой, чтобы потушить в себе раздражение. Врач говорил, что ни в коем случае нельзя допускать таких вспышек и ограждать его от стрессов.

Проклятый договор! Почему я его не уничтожила?

– Тогда чего тянет?

– Жерар, развод не быстрый процесс. У них имущество, компания… Им надо договориться.

– А дети?

– Детей нет.

– Мне кажется, он морочит тебе голову.

– Жерар, не нервничай, пожалуйста.

– Я не нервничаю. Я пытаюсь во всем разобраться.

Он бросил договор на стол, спрятал лицо ладонями, и с надрывом сказал:

– Это я виноват. Я тебя не уберег! И мама наверняка сейчас осуждает меня.

– Жерар, не говори так.

Я придвинулась к нему ближе и погладила по голове. Он развернулся и загреб меня в свои объятья.

– Я завтра же пойду к нему и заставлю его на тебе жениться. И пусть только откажется.

У меня волосы на голове зашевелились, когда я представила себе эту сцену. Ох, как же остановить этот спасительно-губительный марш брата?

– Жерар, пожалуйста, не надо этого делать! Мы разберемся сами.

– Нет, Лера. Он должен понимать, что за тебя есть кому постоять. Тогда он зашевелится быстрее.

– Жерар, умоляю тебя. Не надо. Ты все испортишь.

– Это почему? – отстраняясь от меня, спросил он.

– В компании никто не знает о… нашем романе, и, если ты устроишь разборки, это всплывет наружу. Мы не хотели шумихи.

– Да он дурачит тебя, Лера, а ты и ведешься на развод.

– Нет, Жерар. Успокойся, пожалуйста. Тебе нельзя нервничать. Позволь мне самой поговорить с Романом Викторовичем и попросить его ускориться.

– Пригласи его к нам. Если не хочешь, чтобы я сам к нему шел, пусть он придет. Как нормальный мужик заявит о своих намерениях и попросит твоей руки.

– Сейчас он, наверное, не сможет, Жерар, у него много работы. Конец года, как можно больше объектов хотят закрыть. Ты же видишь, как поздно я прихожу. Давай, мы вернемся с Питера, там и Новый год не за горами. Вот тогда и встретитесь, хорошо?

– Только не говори, что сегодня ты пришла с работы! У тебя вон засос на шее. Вчера его не было.

Инстинктивно я потянулась левой рукой к шее.

– Даже знаешь, где он, – заметил брат.

– Жерар, давай, прекратим этот разговор. Я устала и хотела лечь спать пораньше. Завтра снова тяжелый день. И скорее всего я опять задержусь.

– Лера, я не смогу спать, зная, что моя сестра спит с женатым мужиком за деньги. Давай ты возьмешь кредит и вернешь ему все до копейки.

– Жерар! А как мы будем жить? Нам еще тебе операцию делать! Тоже в кредит. Мы не потянем.

– Я так не могу, Лера. Я чувствую себя виноватым.

Он снова обнял меня и зарыдал. Как маленький мальчик, который столкнулся с трудностями, и не знает, как их преодолеть. И я тоже зарыдала. Потому что не знала, как ему помочь. Я хотела, как лучше. А лучше, наверное, не наш случай.

Когда мы успокоились, я погладила Жерара по обросшей щеке и нежно сказала:

– Жерар, пожалуйста, пообещай, что не станешь ничего предпринимать для встречи с Романом Викторовичем. Я сама вас познакомлю, когда мы вернемся.

– Ты всегда его называешь по имени и отчеству?

– Мне так привычнее. И удобнее. Чтобы не ошибиться.

– Хорошо. Я подожду.

– И не думай обо мне плохо. Все, что я делала, я делала ради тебя. Разве ты не сделал бы то же самое для меня?

– Сделал бы.

– Вот видишь.

– Почему ты снова не попросишь у него деньги на мое лечение, а берешь кредит?

– Он сейчас помогает другому человеку, дал ему большие деньги, и свободных у него нет. Но он обещал, что поможет мне вернуть кредит, как только у него появится такая возможность. Поэтому не переживай. Все будет хорошо.

Кажется, Жерар успокоился и поверил мне. И мы легли спать. Но на всякий случай я дала ему лекарство, которое рекомендовал врач для крепкого сна.

Через день Роман Викторович снова прислал сообщение, и я впервые за все время возмутилась. Да сколько можно? В третий раз за неделю? Он словно знал, что меня дома ждут и нарочно провоцировал Жерара на скандал.