Нина Резун – Когда я встречу тебя вновь. Книга 1: Любить нельзя забыть (страница 32)
– Лиз, ну что ты как маленькая! Поиграли в детский сад и баста.
Он снова потянулся ко мне, я отступила.
– Егор, если ты хочешь со мной общаться – перестань трогать меня.
– Что случилось, Лиз? Раньше ты не возражала.
– Когда раньше, Егор? Мы были просто друзья.
– Но ты же знаешь, что с моей стороны все не так просто. Ты нравишься мне, Лиз. И даже больше… Я хочу тебя.
– Ты́ мне не нравишься. Я никогда тебе ничего не обещала и надежд не подавала. У меня другой, и кажется ты с этим…
– Который из двух? Марк или этот цыган?
– У него вообще-то имя есть. Или ты забыл его?
– Тоже мне – велика птица – называть его по имени.
– Да уж получше тебя будет, – огрызнулась я и повернулась, чтобы уйти, но Егор схватил меня за руку.
– Он тебе нравится, что ли? Брала у него уже?
Я не сразу поняла суть его вопроса, а когда смысл дошел, меня бросило в дрожь от омерзения. Он думает, со мной можно вот так разговаривать? За кого он меня принимает?!
– Да пошел ты! – отталкивая его, попыталась сказать я грубо, выразив все свое презрение, но не умеючи у меня вышло не слишком убедительно.
– Лиз, со мной так нельзя. Я не игрушка.
Кулагин рывком притянул меня к себе и прижал мои бедра к своему паху.
– Ты с ума сошел? Или пьян? Отпусти меня!
Я заколотила его по груди, предпринимая усилия вырваться. Но он лишь рассмеялся, продолжая лапать мой зад.
– Ломаешься как девочка.
– Егор, я тебя прошу. На нас все смотрят.
– Мне все равно. Я не могу свою девушку обнять?
– Кулагин, оставь ее в покое! – услышала я Шандора. – Не видишь, девушка не хочет с тобой общаться?!
Егор недоуменно обернулся к Шандору. Он приближался к нам широким шагом. Я воспользовалась ослаблением хватки и вырвалась из рук Кулагина.
– А с кем хочет? С тобой что ли? Ты кто такой? Цыган безродный! Езжай в свой табор, ублажай там своих девиц, а наших оставь нам.
Шандор нахмурил брови, сжал кулаки и двинулся на Егора. Хоть Слобода и был выше ростом, но по телосложению уступал Кулагину, бицепсы которого так и норовили прорваться сквозь футболку. Понимая неравность боя, и вообще, будучи против какого-либо рукоприкладства, я встала между ними, как раз вовремя, чтобы не дать им сойтись, и выставила руки в стороны.
– Пожалуйста, перестаньте! – выкрикнула я, и, повернувшись к Шандору, заметила: – Я справлюсь с ним сама, не нужно вмешиваться, а ты, – я посмотрела на Кулагина, – оставь меня в покое. Ты мне отвратителен и знать тебя я больше не хочу.
– Спрятался за женскую юбку? Тоже мне герой-любовник! – усмехнулся Кулагин.
Шандор едва не оттолкнул меня, устремившись навстречу к противнику. К счастью, в этот момент сбежались наши парни и развели Слободу и Кулагина по разные стороны. Егор продолжал оскорблять Шандора, обещал встретиться с ним где-нибудь в подворотне и «поговорить по душам», но Слобода уже успокоился и, отряхнувшись от сдерживавших его рук Дениса, поднял свой брошенный на пол портфель, и подошел ко мне.
– Тебе для этого была нужна моя дружба – хотела позлить своего дружка?
Эти слова так потрясли меня, что я не сразу нашлась с ответом. Недоумение сменилось обидой, и я сказала только:
– Ты так обо мне думаешь?! – И ушла от него.
Уже позднее, когда занятия закончились, мы с Юлей отправились на выставку. Она подошла к этому мероприятию в привычном для нее масштабе и привлекла к нему и остальных ребят. На ее предложение откликнулись десять человек, и обещали тоже проголосовать за работу ее сестры. Они отправились на выставку самостоятельно, а мы чуть отстали, потому что Юля снова ходила в деканат.
На улице нас догнал Шандор. Он тоже задержался в университете, что, впрочем, меня не удивило. Он часто бывал на кафедре истории, где ему предоставляли возможность оформить свои работы на компьютере и распечатать на принтере. Возможно, сейчас он шел как раз оттуда.
– Лизавета, можно тебя на пару минут.
– Извини, мы торопимся.
Спешки особой не было, но мне захотелось показать, насколько я обижена его словами.
– Я сильно не задержу.
Юля опередила мою попытку к сопротивлению, сказав, что подождет за воротами. До нее дошла информация, что произошло в коридоре университета, пока она ходила за зачетками (и принесла их), и я поведала, чем это закончилось. И отчего-то она была уверена, что Слобода извинится за свои слова. Когда Юля отошла на достаточное расстояние, Шандор сказал:
– Прости, я не хотел тебя обидеть. Я сказал сгоряча.
Я видела искреннее раскаяние в его глазах и, разумеется, простила. Однако рассудила, что должна пояснить ему суть наших с Егором отношений, чтобы впредь не возникало таких недоразумений.
– Шандор, у меня с Кулагиным ничего не было. До некоторых пор он был нормальным адекватным парнем, с которым я легко общалась. Не знаю, что с ним произошло. Возможно, я по неосторожности дала ему понять, что он может позволить себе чуточку больше. Но мне казалось, все было в разумных пределах. Да, я флиртовала с ним, но флирт – это шутка. Для меня во всяком случае. Ты был прав, когда предупреждал меня, что такие шутки могут привести к неприятным последствиям. Я виновата. Прости и ты меня. Надеюсь, этого не повторится.
– Увлеченный мужчина видит только то, что хочет видеть. Будь с ним аккуратнее.
– Я больше не хочу иметь с ним никаких дел. Он мне опостылел. Особенно после сегодняшней выходки.
Шандор слегка улыбнулся.
– Не буду тебя больше задерживать.
– Хорошо, ты извини, мы идем на выставку.
– Ах, да, слышал. Могу я составить вам компанию?
Я улыбнулась. Он больше не считал невозможным совместный выход за пределы университета? Но быть может причиной тому присутствие с нами Юли? Но его присоединение к нашему коллективу оказалось большим прорывом в наших отношениях. Не такой уж он и нелюдимый. Подруга тоже не возражала против его компании, и ее еле сдерживаемая улыбка мне снова пришлась не по душе. Она как обычно во всем видела романтику.
Я думала, инцидент с Кулагиным был исчерпан. Но через несколько дней я встретила Шандора на пороге университета… с разбитым лицом. Под левым глазом синим огнем горел фингал, губы в подтеках, под носом ссадина. Внутри у меня все сжалось, когда я увидела эту картину «маслом».
– Шандор, кто тебя так?!
У меня даже сомнений не возникло, что на нем следы побоев, а не иная травма, связанная с неосторожностью.
– Да так, не бери в голову. Мало ли отморозков на свете.
Он хотел войти в здание, но я схватила его за руку и отвела в сторону. Проходившие мимо студенты с любопытством поглядывали на Шандора.
– У меня есть пудра с собой. Давай мы немного замаскируем…
– Ты смеешься? Чтобы я воспользовался женской пудрой?!
– Но не можешь же ты в таком виде показаться перед всеми.
– Лизавета, куда мы идем?
Он вырвал свою руку и остановился. Мы отошли уже на достаточное расстояние от входа, где могли не привлекать внимания, и я полезла в сумку за пудрой.
– Я не буду этим пользоваться. Тем более что синяк все равно не спрячешь.
– Шандор, но у тебя ужасный вид! Давай немного…
– Я сказал – нет.
Он произнес это так твердо и сердито, что настаивать было бесполезно.
– За что тебя так?
Я пробежала глазами по его торсу, но за одеждой иных следов видно не было. Только костяшки пальцев разбиты – значит, тоже приложился к нападавшему.
– Я не знаю. Лизавета, это уже неважно. Мы идем в универ?