Нина Пономарёва – Стихотворный сборник «Весенний мир» (страница 10)
тончайшими ветвями тихо и изящно шебурша.
И почки раскрываются душисто,
нисколько не волнуясь, не спеша.
Всё мудро, и спокойно, и степенно, тихо,
почти как за высоким пнём пугливая зайчиха
решилась вдруг проверить самоё весну:
– Уж нет ли там зелёной, свежей травки на корню?
Разворот на встречный путь
Поэта не всегда поймут, не каждый
постигнет разворот его на встречный путь однажды.
Поэта не всегда оценит всё текущее столетье.
Он иногда бывает не для этого-для всех других столетий песня.
Не всем дано почувствовать своей душой и сердцем
иронию и глубину, изящность мысли.
Не всем дано и в красоту поэтову одеться.
Не всем дано понять и оценить, что стих-для Божества, для выси.
Поэту всё равно брести домой каменьями и буераком.
Поэту всё равно непонятым быть кем-
чужим, своим, а, может, даже-братом.
Поэта не всегда поймут, не каждый
постигнет разворот его на встречный путь однажды.
Разговор молча
Я не буду спорить с внешним миром невпопад.
Тихо я иду к тебе в наш старый сад.
Кажется, не слышу и не понимаю внешних слов.
Ты не слышишь тоже, что там говорят-
всё отдать, всё подарить последнее готов.
Нам не надо больше внешних слов.
Наши души молча сами говорят:
рук касанье, тихий поворот и взгляд.
Скакуны и пони
Когда ругают-покаянно тихо извиняюсь,
но в глубине души, конечно, – не меняюсь.
Уж лучше бы ругали в спину, за глаза
Они не могут сделать мне обидно:
не ведают бедняги ни единой “Буки”, ни “Аза”.
Насыплю им для утешения своих затей в ладони,
до скакунов не вырастут, поскольку уродились-пони.
Пусть бесполезно, ненавистно щурятся мне вслед во все глаза.
Пусть лучше учат “Буки” и “Аза”.
Тёплая рука
Не гладила тебя тепло и ласково ничья рука.
Никто не полюбил тебя до умопомраченья.
Поэтому ты злой, надменною гордынею была,
поэтому ты добивалась власти и значенья.
Сама ты полюбить-никак не научилась.
Ты льдинкой думала-любовь в делах не пригодилась.
Поэтому любовь тебя, остывшую, покинула, остыла и ушла.
И в тёплых своих ручках твоё счастье унесла.
Не гладила тебя тепло и ласково ничья рука.
Поперечный
Сердце поскользнулось, сорвалось и рухнула куда-то
с какой-то неземной, необычайной высоты.
Душа летела счастливо, свободно и крылато
в бездонное, открыто-вольное, туда, где все мечты.
Вот так бездушным и без сердца остаёшься ты.
Теперь, когда ты неродной всем, бессердечный,
непрежний и бездушный, вовсе не такой,
где грудь разбита, опозорена и порвана вся в клочья,
заштопать надо бы целебной, светлою иглой.
Пойдём со мной, неверный друг и встречный.
Как был ты-так и есть: с кривой дороги, поперечный.
За плечами
Ты зовёшь меня, чтобы я тебя-узнал.
Ты окликнула, чтобы я-не опоздал.