Нина Новак – Драконий развод, или льдинка в его сердце (страница 18)
— Король Одилон не даст в обиду своего сына, чтобы он ни вытворил, — бросила я.
Сэмуард только ухмыльнулся.
— Полетим? — хитро сощурился он.
А я ведь никогда не летала на драконах!
Но на второй странице листа меня ждал сюрприз — искаженное лицо Лилии. Потухший взгляд, искусанные губы, согбенные плечи. Никогда не была мстительной, но драконица заслужила свое наказание. Чтобы смыть позор, папаша Дар Карр собрался срочно выдавать ее замуж за какого-то захудалого дракона из слабого рода.
Глава 12
Фредегар
Неделю Фредегар провел в своем замке на горе. Провел в воздержании и в тренировках. Только это и помогало ему сохранить разум и не провалиться во тьму окончательно.
Он знал, что случайная истинная — риск, а разрыв связи большое испытание для дракона. Поэтому сильные рода пытались перестраховаться.
Но кто же мог подумать, что Энна сбежит?
Всерьез сбежит. Она не пыталась им манипулировать, кокетничать или что-то выторговывать. Она просто взяла и тихо скрылась, наверняка заранее все спланировав.
Фредегар перетряс весь замок, чтобы узнать, не помогал ли ей кто. Госпожа Кира, бледная как смерть, что-то лепетала. Слуги скользили тенями, стараясь не попадаться на глаза опальному принцу. Но он понял все и сам.
Голову прострелило мыслью — Сэмуард Дай Сой.
Когда-то они с Фредегаром не поделили девушку. Ничего особенного, это была простая драконица из очень слабого рода. Ни одному из них не дали бы пройти с ней брачный ритуал. Она предсказуемо выбрала принца. Фредегар и не помнил ее дальнейшую судьбу — в тот период он отправился на свою первую войну.
Воспоминания всплывали урывками. Дар Сой в юности был романтичен. Поговаривали, он хотел вызвать принца на дуэль, но родичи отговорили.
Дракон, пребывавший в унынии, протяжно зарычал. Король Одилон строго-настрого запретил принцу оборачиваться, пока мозги не встанут на место.
«Замолчи», — процедил Фредегар.
Поначалу он не собирался искать Энну. Спесь и гордыня затуманили разум. Она поступила отвратительно. Предала его, унизила, разрушила ему жизнь. Фредегар ведь просил не стирать метки. Он был готов искупить вину, скрыть ведьмочку от всего мира. Он вернул бы Энну в их замок, окружил заботой. Заставил бы Лилию Дар Карр дорого заплатить за пощечину.
«Это ты предал ее», — дракон страдал, но Фредегар знал, что его зверь выдержит. Они слишком сильны, чтобы вот так рассыпаться из-за истинной.
Ну, поживут с дыркой в груди. В итоге все всегда проходит, не так ли? Он сам уже практически научился заглушать эту идиотскую и бессмысленную боль. Кто вообще придумал клятую истинность? На что она нужна?
«Ты дурак, не понимаешь, что предлагать ей вернуться было слишком поздно. Ты разбил ей сердце, тупой ты мальчишка», — проскрежетал дракон.
Фредегар поморщился. Потер пятерней грудь. За окном хлестал дождь, а будущее не предвещало ничего приятного. Отец словно забыл о нем. Жизнь остановилась и только вынужденные аскетизм и постоянные тренировки позволяли держать себя в руках.
«Она сохранила последнюю метку», — с надеждой протянул дракон. — «Ты должен найти ее. Жаль, что из гордыни и чванства потерял время».
На самом деле его побратимы искали. Вышли на след Дар Соя, которого последний раз видели в порту. Тот улетел оттуда на крыльях. Вроде курс взял на Венарию. Но девушку с ним никто не помнил.
«Дар Сой — менталист», — издевательски отметил дракон, когда Ральф донес новость. — «Подкорректировал воспоминания трактирщику и всем, кто их видел».
На исчезновение Дар Соя при дворе не обратили внимание — все-таки дракон из чахнущего рода. Светский балагур и прожигатель жизнь. Он не генерал Дар Фарр, за голову которого назначена гора золота.
После очередной тренировки Фредегар привычно отправился обмыться и погрузился в бассейн. Непрошенные воспоминания снова нахлынули. Ноздри защекотал волнующий девичий запах, который он, скорее всего, больше никогда не ощутит. Нет, страдал не только дракон. Фредегар мучился не меньше зверя и презирал себя за слабость.
Иногда ночами он пытался найти ее через связь, но тщетно. И последняя руна не откликалась, молчала. А вдруг она беременна и носит наследника Дар Варронов? Но тогда бы он ощутил драконенка!
«С ней Дар Сой», — услужливо напоминал дракон, которому нравилось бередить его раны. Не одному же страдать.
В конце недели появился гонец с письмом от отца. Фредегара вызывали в Венарию.
Тлела надежда, что его вернут. Очень слабая надежда, но Фредегар тем не менее надел золотой нагрудник и плащ с нашивками магического ордена Одагра. Отправился к отцу порталом и при полном параде.
Он решился — если получит обратно власть, то развернет поиски Энны серьезно, и не успокоится, пока не найдет беглянку.
Когда его провели в кабинет отца, тот встретил его повернувшись спиной. Король Одилон стоял у окна, наблюдая за бесконечным дождем, поливавшим Венарию уже неделю.
Фредегар замер в ожидании. Отец обернулся к нему, на его лице было написано разочарование.
— Ты опозорил меня, сын, — тяжело обронил он.
Фредегар опустил голову.
— Отец...
Король Одилон вскинул руку, призывая его замолкнуть.
— Даже несмотря на проблемы последних десятилетий, Лилия родила бы тебе множество детей. Кто-то оказался бы полноценным и сильным драконом. Но ты довел до того, что подцепил... ведьму. Человека. Ты оказался беспечным, сын.
— Я не мог повлиять на это. Руны появились сами, — ответил Фредегар, не поднимая головы. Он чувствовал себя нашкодившим мальчишкой и это было унизительно.
— Во всем виноваты твои дурные привычки, Фред. Ты всегда любил якшаться с чернью. А сейчас остался без наследников. Не мне говорить тебе — Истинная бывает только одна.
Одилон подошел к массивному столу из черного дерева и уселся на стул.
— Ты опозорил нас. Все теперь будут думать, что Дар Варроны слабы, что младшего принца контролирует зверь. Мало того, что сам выбирает истинных, еще и не может удержать при себе какую-то плебейку. Ты хоть с ней спал?
Фредегар вздрогнул и отец свел густые темные брови.
— Спал, по глазам вижу. И что же, так плохо удовлетворил девушку, что она бежала от тебя, рискуя жизнью? Не скрипи зубами, сын.
Дракон глухо хмыкнул, предатель. А отец издевался — все на свадьбе учуяли запах принца на ведьмочке.
— Лилия ударила ее по щеке, — выдавил из себя Фредегар.
— И что? Лилия хотела поставить на место эту твою ведьму. А сейчас мне придется ее искать. Если она понесла, значит, нам нужен ребенок. Твой старший брат бесплоден.
Одилон откинулся на спинку стула и с силой потер лоб.
— За что Богиня гневается на нас? За что послала мне таких ничтожных сыновей? Куда Энна Лосс могла побежать, Фред? Мои дознаватели не смогли выйти на ее след.
Фредегар посмотрел на отца в упор.
— Я не пытался искать ее, — солгал он.
Он сам найдет беглянку. Не хватало, чтобы отец лез в его отношения с истинной.
Одилон с подозрением прищурился.
— Ты ведь понимаешь, что я не спущу тебе этой выходки? Мало того, что выбрал недостойную истинную, так еще дал ей бежать. Сорвался из-за неблагодарной девки и позволил дракону спалить поселение. Я уже ничего не говорю, что испортил нам отношения с Дар Каррами.
Отец подался вперед. Его глаза полыхали гневом.
— Отправишься на рубежи Одагра воевать против Дар Фарра. А сейчас с глаз долой!
И Одилон стукнул кулаком по столу.
Фредегар выдержал взгляд отца, полный раскаленной лавы и ярости.
— Как прикажете, отец, — бросил он.
— Мальчишка! — выплюнул тот. — Я возлагал на тебя такие надежды.
На лице отца отразилась боль. Фредегар вспомнил, как няня рассказывала о дне его рождения. О том, как радовался Одилон, получив наполненного магией сына. Да еще и с мощным драконом.
Он поклонился и вышел, принял приказ отца как должное. Он действительно опозорил себя. Позволил зверю сойти с ума, не удержал ипостась.
В холле его ждал генерал Дар Сав, которого назначили на место Дар Фарра. Еще одного разочарования отца.
У колонн стояли члены магического совета и еще несколько человек — сановники, придворные.