Нина Никитина – Отравленная любовь. Как зависимость от токсичной нарциссической матери разрушает нас и как вернуть себе свою жизнь (страница 2)

По определению британского психолога Дональда Винникотта, матери достаточно быть «хорошей» в том понимании, что она осознает свое материнство как уникальный опыт и не считает его нагрузкой, вынужденными обстоятельствами своей жизни, испытанием на прочность. Она принимает на себя обязанности сохранить ребенка и дать ему все, что в ее силах и возможностях, стабильность и уверенность в своей нужности, чтобы он вошел в этот мир без страха, дать любовь и принятие. Она учит его доверять своим чувствам, уметь справляться с ними, она не превращает свою заботу в подвиг, требующий награды. Уходим от утверждения, что «мать – это святое, отказываемся от табу «ни одного плохого слова о матери», будем рассматривать ее как любую другую личность, у которой много разных слоев и граней.

Чтобы перейти к сути, немного теории:

Нарциссизм существует в нескольких видах, он бывает здоровым, ущемленным (скрытый нарцисс), существует в виде комплекса – и далее, если выходит из-под контроля, то усиливается, развивается и переходит в расстройство, и тогда мы уже имеем дело с его токсичной формой (злокачественный нарциссизм).

Официальный справочник MSD (международная медицинская диагностическая база) описывает признаки расстройства:

«Пациенты с нарциссическим расстройством личности переоценивают свои способности и преувеличивают свои достижения. Они думают, что они лучше других, уникальные или особенные. Их завышенное восприятие собственного достоинства и достижений часто подразумевает занижение значимости и достижений других.

Эти пациенты озабочены фантазиями великих достижений – быть предметом восхищения за их непомерный интеллект или красоту, иметь авторитет и влияние или испытывать большую любовь. Они чувствуют, что должны общаться только с такими же особенными и талантливыми, как они сами, а не с обычными людьми. Это взаимодействие с неординарными людьми используется для поддержки и повышения их самооценки.

Поскольку пациенты с нарциссическим расстройством должны получать восхищение, их самооценка зависит от положительного отношения других и поэтому, как правило, очень хрупкая. Люди с этим расстройством часто наблюдают за тем, что другие думают о них и насколько хорошо их оценивают. Они чувствительны к критике других и к неудачам, беспокоятся из-за них, чувствуя себя униженными и побежденными. Они могут реагировать с гневом или презрением, или они могут злобно контратаковать. Или же они могут отрицать, или внешне спокойно принимать ситуацию в попытке защитить свое чувство собственной значимости (грандиозность). Они могут избегать ситуаций, в которых могут терпеть неудачу.

Для постановки диагноза нарциссического расстройства личности необходимо наличие у пациентов устойчивой модели поведения с чувством собственного величия, потребностью в восхищении и отсутствием эмпатии.

Эта модель проявляется при наличии ≥ 5 из следующих признаков:

– преувеличенное, необоснованное чувство собственной значимости и талантов (грандиозность);

– озабоченность фантазиями неограниченных достижений, влияния, власти, интеллекта, красоты или идеальной любви;

– вера в свою особенность и уникальность, сопровождающаяся потребностью в общении только с людьми самого высокого уровня;

– необходимость в безоговорочном восхищении;

– ощущения права на вознаграждение;

– эксплуатация других для достижения своих собственных целей;

– отсутствие эмпатии;

– зависть к другим и убеждение, что другие им завидуют;

– высокомерие и надменность.

Данные качества личности должны проявлять на постоянной основе не менее года».

Я не предлагаю стать диагностами и вешать ярлыки. Токсичными мы бываем все время от времени. Можем пользоваться нарциссическими защитами, чтобы уберечь эго от разрушения, либо нам необходимо удовлетворить нарциссические потребности. Это здоровая реакция психики. Хуже обстоят дела, если нарциссизм становится жизненной стратегией, смыслом жизни, при котором мы используем других людей, подавляя их волю, отнимая жизненный ресурс, ввергая в страдания, разрушая им психику.

Глава 1

Что нормально, а что – нет?

• Окна Овертона и перемены в жизни

• У каждого свое понятие нормальности

• Идеальной нормы не существует

«Многие становятся невротиками из-за того, что они нормальны, в то время как другие страдают неврозами оттого, что не могут стать нормальными».

Первое, с чем мы сталкиваемся, когда начинаем анализировать свою жизнь – с определения того, что является нормальным, а что нет. Чаще этот процесс связан с огромным количеством путаницы, перед нами клубок из событий и переживаний, мы блуждаем в своем сознании, пытаясь его распутать и обрести уверенность, хотим убедиться в реальности происходящего и нашего адекватного отношения к нему. Думаю, все не раз задавались вопросом: «Это ненормально, так должно быть?» А что такое норма? В каких рамках и пределах она находится? У любого человека есть свои критерии нормальности, мы сами решаем, какими они должны быть. Тем не менее этому вопросу нужно уделить внимание и понять, что является нарушением нормы, а что – отличительной чертой личности и имеет право на свое место под солнцем.

Пытаясь рассуждать на эту тему, придется ходить по тонкому льду, настолько тема спорная и неоднозначная. Например, пару десятков лет назад психологические отклонения, связанные с темой смены пола, попадали под определение расстройства личности (международный классификатор болезней, коротко МКБ): отсутствие самоидентификации, туда же вошли и гендерные различия, когда вместо двух (женский и мужской) получили более трехсот вариантов, и список растет не по дням, а по часам. Если бы мы утром были бабочкой, днем сотрудником компании, а вечером – мусорным контейнером, то, без сомнения, оказались бы в медицинском заведении закрытого типа под присмотром врачей и нас бы кормили лекарствами, помогающими стабилизировать состояние и наконец-то определить, кто мы. Сегодня, читая десятую версию МКБ, мы уже с разными чувствами узнаем, что и каннибализм не считается отклонением, толерантность не просто вошла в жизнь, а проросла в ней корнями, размывая понятия, категории. Вместо экологичного развития общества мы получаем окна Овертона, подтверждение: «и даже то, что быть не может, однажды тоже может быть». Люди давно начали делать нормой то, что выходит за рамки их собственных представлений о ней. Это вовлекает их во внутренний конфликт, но они не отказываются от выбранной стратегии ради того, чтобы быть социально одобренными, не стать изгоями, формируя питательную среду для любых деструктивных интервенций.

У данного процесса есть и позитивные моменты: для многих это возможность выйти из подполья, заявить о своих потребностях, что приведет к стабилизации психических процессов. Люди с особенностями или ограниченными возможностями получили возможность интегрироваться в общество и стать его частью, реализоваться профессионально, найти применение навыкам и талантам.

Что касается взаимоотношений между взрослыми людьми, то тут нормой становится то, что мы таковой определяем. Например, известный американский рэпер, продюсер, режиссер, дизайнер Канье Уэст развелся со своей женой Ким Кардашьян, будучи обвиненным в абьюзе. Был грандиозный скандал, приведший к тому, что с певцом были разорваны дорогостоящие рекламные контракты, сработала система «отмены». Но вот прошло время, в его обществе появилась новая пассия Бьянка Сенсори, которой он говорит, во что одеваться, что есть и пить, как себя вести, с кем разговаривать, а с кем нет, Уэст полностью контролирует ее жизнь, продавливает под себя, делает максимально удобной. Под возмущенные голоса социума, которые кричат Бьянке в ухо про личные границы и свободу выбора, она отвечает, что спасать ее не надо, и просит всех оставить в покое, так как ей все нравится и устраивает. Девушка взрослая, совершеннолетняя и имеет право распоряжаться своей жизнью по собственному усмотрению. По факту два искривления идеально подошли друг другу и они обрели свою гармонию. Что с ними будет дальше, к чему придут эти отношения, не знает никто, даже они сами, но к другим это не имеет отношения, так как им жить не мешает.

Если мать в детстве били и она никак не изменила своего отношения к побоям в процессе взросления, то она продолжит, будет бить своего ребенка, ей не покажется это чем-то неправильным. То же самое касается оскорблений, эмоционального подавления, психологического прессинга – они будут нормой, пока мы так это видим.

– Я нормальная?

– С чем связан вопрос?

– Нормально ненавидеть свою мать?

– А как она к вам относилась?

– Бросала, предавала, игнорировала, била, оставляла без помощи, презирала, не любила…

– Ненависть как реакция на боль естественна с точки зрения осмысления психических процессов. В этом конкретном случае она оправданна и легитимна.

В каком же контексте абьюз становится нормой в одном случае и не нормой в другом? Все зависит от того, что мы чувствуем. Если это приносит удовольствие, избавляет от тревоги, делает счастливой, то никто не имеет права меня этого лишать. А если я чувствую гнев и злость, нежелание поддерживать подобное отношение к себе, то понятие норм смещается в сторону морально-нравственных категорий, терпеть агрессию мы не должны, не обязаны. Мир дуален, в нем ничего однозначно хорошего или плохого, и все зависит от того, как мы это воспринимаем.