Нина Линдт – Иные города (страница 9)

Диего сверил описание с фотографией.

— Так.

— А теперь присмотритесь к книге, которую она читает. Я понимаю, что мазки нечеткие, но можно угадать рисунок, который она прикрывает рукой.

Диего поднес фотографию поближе к лампе. Настя тоже подошла и заглянула через плечо.

— Это пентаграмма?

— Возможно. — Дон Фернандо вдруг задумался. — Но на месте пострадавшего владельца я бы за пропажей не гонялся: эта картина не несет ничего хорошего. «Обнаженная» переходила из рук в руки много раз, порой при очень необычных или неприятных обстоятельствах.

— На видео не видно, кто крадет картину, — сказал Диего.

— Я и говорю: чертовщина все это. Второй раз за год рассказываю об этой картине, и все равно мурашки по коже.

— А первый раз когда рассказывали? — оживился Диего.

— Первый? — Старик пожевал губами. — Давно уже. В феврале или марте. Холодно было.

Настя вдруг почувствовала, как мороз прошел по спине. Кот, до сих пор мирно спавший, насторожился.

Девушка не могла точно сказать, что чувствовала, только тени в углах комнаты вдруг стали чернее и гуще, а холод острее, словно тысячи маленьких ледяных иголок вонзились ей в спину и шею.

— Кто спрашивал о ней? — Диего наклонился ближе к старику.

— Не помню, давно это было, какой-то посетитель. Но я не стал пересказывать ему историю, как тебе, да его и интересовал другой вопрос.

— Какой?

Настя поежилась и подвинулась поближе к Диего. Холод стал таким сильным, что она почувствовала острое желание выбежать из лавки и бежать долго, пока кровь, сгущающаяся и болезненно стынущая в жилах, снова не потечет нормально.

— Диего… — от холода свело губы, зубы предательски стучали. Она хотела сказать, что замерзла. Но не успела.

Диего повернулся к ней, в этот момент кот с диким шипением сорвался с места. Диего вскочил, задел лампу, та упала на пол и погасла, комната погрузилась во мрак. В темноте Диего столкнулся с Настей и грубо отшвырнул ее в сторону. Девушка отлетела к стене, но не успела и слова сказать, как раздался страшный скрежет, в темноте послышались звуки борьбы, шипение, падение предметов, вой какого-то страшного огромного существа.

Насте казалось, что темнота наступает на нее, что тьма обрела объем и плотность и движется, готовясь погубить. Девушка начала шарить вокруг себя, чтобы найти хоть что-то для самозащиты. Что-то летало, огромными прыжками проносилось по комнате, шум и борьба слышались то справа, то слева. Дыхание, мяуканье, завывание, визг, грохот, скрип сдвигаемой мебели… Настя поднялась на ноги, прижалась к стене. Какое-то красное круглое пятно маячило в глубине комнаты, то появляясь, то исчезая. Что навело на мысль, что где-то должен быть выключатель, она шарила по стене, тихонько продвигаясь вправо. Рано или поздно найдет его.

Насте хотелось позвать Диего, но она боялась привлечь внимание существа, которое на них напало. Наткнувшись рукой на что-то холодное, она резко отдернула руку и чуть не завопила, но вовремя вспомнила, что и в этой комнате на стене висело оружие. Вновь протянула руку, нащупала холодные ножны, скользнула пальцами вверх к рукоятке. Оружие пригодится. Она тихонько потянула за рукоятку и, почувствовав, что шпага или сабля поддается, вытащила ее. Потом пошла вдоль стены, одной рукой держа оружие, другой нащупывая выключатель. В общей какофонии звуков и скрежетов девушка вдруг отчетливо различила позади себя чье-то дыхание, хриплое и частое.

Она хотела развернуться, но кто-то схватил ее, зажал рот и потащил назад. Диего? Но дыхание коснулось щеки: ледяное, колючее. Ей казалось, что ее обхватило несколько пар рук, волосатые колючие пальцы хватали за лодыжки, бедра, руки. Она брыкалась, но противник был сильнее. Тогда она обмякла, постаралась скользнуть вниз, одновременно ударив локтем туда, где предполагался живот нападавшего. И тут же закричала от боли, потому что ударилась о нечто твердое и скользкое. Ее крик был заглушен — нападавший зажал рот, локоть отозвался болью и сильным электрическим разрядом. Она уронила оружие. Загремев, то упало на пол.

Противник издал то ли мерзкое хихиканье, то ли скрип, но тут на них налетел кто-то третий. Настя ударилась головой о стену, ее противник ослабил хватку, она вывернулась и откатилась в сторону. Скрежет, визг, рычание раздавались теперь совсем рядом. Девушка пыталась нащупать в темноте оружие. Послышался хруст, мерзкий, словно ломались кости. Ее пальцы попали в горячую жижу на полу, она отодвинулась подальше, голова звенела от удара. Внезапно все стихло, и в темноте и звенящей тишине она увидела два уставившихся на нее горящих кошачьих глаза. Два огромных глаза. Эти глаза никак не могли принадлежать коту. Настя отодвигалась, не сводя глаз с двух зеленых плошек, плывущих в темноте навстречу ей. Было жутко тихо, так тихо, что она скорее услышала, чем почувствовала, как волосы встают дыбом.

— Настя! — Кто-то дотронулся до нее, но она закричала, отпихивая от себя чужие руки. От крика в голове взорвалась яркая боль. Борясь с тошнотой, она из последних сил встала на колени, проползла вдоль стены, нащупала выключатель и щелкнула им. Наверху зажглась неяркая тусклая люстра.

— Настя! — Кто-то настойчиво пытался развернуть ее к себе. Она же увидела на выключателе свою испачканную кровью руку и красный след от пальцев на зеленых обоях. Накатила тошнота, но Настя смогла повернуться. Диего тряс ее за плечо.

— Ты в порядке? — Зеленые глаза смотрели с беспокойством.

Она бросила взгляд на то место, где сражалась с невидимым противником, и ей померещилось, что тьма отступает, словно маленькие черные щупальца залезают под мебель. На полу растеклась лужа крови, а рядом Настя увидела красный отпечаток своей ладони и шпагу. Снова встретилась глазами с Диего, внезапно вспомнила зеленые глазища в темноте и поняла, что с нее хватит.

— Не трогай меня! — Она сбросила с себя его руку, отползла чуть подальше. Нужно было унять этот безумный взрыв в голове, отдающийся болью при каждом движении. И потом встать.

— Настя, послушай меня… — Диего протянул ей руку. Но она встала самостоятельно.

— Что это было? Что это за хрень? И что случилось с… — Девушка посмотрела на старика, сидевшего за столом. Он смотрел на нее, не мигая, застывшим навсегда взглядом. В его теле зияла глубокая дыра, пугающе пустая, словно его выпотрошили, как куклу. Настю вырвало бы, но непрестанно звеневшая в голове боль была сильнее всего другого.

— Настя, ты должна меня выслушать.

— Ты его убил, да?

— Нет, клянусь тебе, нет. Думаю, тебе пора кое-что узнать, но сначала я принесу лед. У тебя кровь в волосах.

Диего вышел из комнаты. Настя схватила шпагу и, шатаясь, пошла к выходу. Плевать на все, она должна выйти на воздух, иначе сойдет с ума. В темноте лавки что-то бросилось ей под ноги и зашипело. Девушка нервно вскрикнула, но это был всего лишь кот. Пальцы плохо слушались, когда она пыталась открыть задвижку. Диего уже вернулся в комнату и увидел, что ее нет.

— Настя!

Быстрее, быстрее! Она распахнула дверь, звякнул колокольчик, и девушка, чуть не разрыдавшись от этого мирного звука, выскочила на холодный воздух, глубоко вдохнула, пытаясь унять тошноту и боль. Диего выбежал вслед за ней.

— Не подходи ко мне! — Она выставила вперед оружие.

— Настя, послушай, нам нужно спокойно поговорить. — Он показал, что безоружен, но она боялась его до ужаса.

— Оставь меня в покое! — Шпага прыгала, рука нервно тряслась, Настя понимала, что бессильна.

Она отступала из переулка, моля Бога, чтобы помог найти дорогу к какому-нибудь людному месту. Услышав голоса, бросилась навстречу.

— Помогите! — и остановилась, увидев, кто вышел из-за угла.

В высокой девушке в корсете, причудливом платье, странной шляпе с брошкой из часовых шестеренок, с красивыми старинными пистолетами на поясе она узнала Итсаску. Рядом с ней шел Серж, он был одет просто, но на руках и ногах были кожаные чехлы с многочисленными ножами. Сзади шагал Цезарь в коричневом пальто. Настя оглянулась: в переулке ее ждал Диего.

Серж вдруг подбежал к ней и крепко обнял, воспользовавшись ее замешательством.

— Послушай меня, — тихо сказал он. — Ты в безопасности, клянусь. Всем, чем хочешь, клянусь, доверься нам.

— Меня сейчас стошнит.

Серж держал и ее, и косу, пока девушку выворачивало на тротуар. Диего подал лед, стараясь не приближаться к Насте.

— Как тебе досталось! — Серж бережно приложил лед к ране. Силы покинули Настю, руки и ноги задрожали, и она расплакалась.

— У нее шок. — Цезарь похлопал ее по руке, посмотрел зрачки. — Серж, Итсаску, везите ее к Лике. Мы с Диего уладим здесь дела и придем. Если станет хуже, вызывайте врача. Все, убирайтесь.

Машина стояла неподалеку. Настю положили на заднее сиденье. Серж был за рулем. Они доехали как-то необыкновенно быстро. Серж поднял ее по лестнице в агентство, положил на диван. Лика промыла рану, дала успокоительное, накрыла одеялами.

— Что это было, Лика? — дрожала Настя. — Что это было?

Анжелика легла рядом, лицом к ней. Заплаканной Насте казалось, что лицо девушки светится, хотя это просто от слез расплывались овал лица и волосы. Лика положила руку ей на голову, и головная боль стала стихать. Настя провалилась в мягкий уютный сон без сновидений.

— Спи, Настя, спи. Я буду рядом. Ничего не бойся. Мы с тобой.