Нина Линдт – И проснулся зверь… (страница 8)
– И ты веришь в это? – Сандра рассматривала своего спутника с любопытством. Как такой практичный, современный, логичный человек, как Джейк, мог поверить в такую сказку?
– Я не просто верю в это, – засмеялся Джейк, поднимаясь. – Я ищу Эльдорадо. И уверен, что найду.
– А когда найдешь… что сделаешь?
Джейк подошел к Сандре, положил руки ей на плечи и стал делать массаж. Сандра прикрыла глаза от удовольствия.
– Для меня, прежде всего, это будет завершением дела семьи. Мой дед и отец потратили много усилий на эти поиски. А я все детство прожил с этой легендой в голове. Исходив с отцом сельву, я понял одно: им двигала не жажда наживы, а жажда первооткрывателя. Фоссет был движим той же жаждой, когда искал Эльдорадо в Бразилии. Все ученые хотят открыть что-то свое. Быть первыми в чем-то. Сделать нечто значительное. Остаться в истории. Это удается немногим. Но удается. Я изучал историю с тех пор, как научился читать. Поверь мне, в этом мире еще столько неоткрытого, неизведанного и таинственного, что ученым есть куда направить свои стремления и амбиции. Моему отцу, возможно, не хватило всего-то года-двух, чтобы найти Эльдорадо. Я обязан завершить этот проект за него.
– Сколько лет ты уже ищешь Эльдорадо самостоятельно?
– С тех пор, как умер отец. Шесть лет назад он нашел рукопись. С того времени я ежегодно совершаю поездки в Амазонку. Обычно мы ставили лагерь рядом с той деревней, где отец нашел рукопись. Но два года назад мы смогли расшифровать последние сильно поврежденные две страницы рукописи, где говорится о том, как группа испанцев отделилась от остальных. Их путь и описание мест навело нас на мысль, что Эльдорадо находится западнее того места, где мы искали. Но, к сожалению, автор рукописи, похоже, слегка поехал головой, потому что помимо довольно четких описаний похода он писал еще и совершенный бред. Возможно, именно поэтому он в итоге испугался и с другим товарищем вернулся в деревню, где то ли оставил свою рукопись, то ли остался доживать век в объятьях какой-нибудь индианки.
Джейк поцеловал Сандру в щеку и отошел от нее к старому, видавшему лучшие времена холодильнику. Достал оттуда бутылку пива и чипсы, кока-колу для Сандры. Она даже улыбнулась: он уже не спрашивал – так хорошо знал ее.
– А что за бред писал этот человек? – спросила Сандра.
– Какую-то чушь про приключения в сельве. Про каких-то людей-ягуаров, которые охраняют Маноа, то бишь Эльдорадо, – Джейк высыпал чипсы в глиняную разноцветную миску, открыл пиво и сел напротив Сандры, пододвинув в ее сторону стакан и колу.
– Племя, которое носит шкуры ягуаров? – переспросила Сандра, щелкая кольцом на крышке банки.
– Да нет… племя, которое в буквальном смысле ягуары, – усмехнулся Джейк.
– Стая ягуаров? Они же одиночки! – Сандра взяла несколько чипсов и положила один из них в рот.
Джейк улыбался напротив нее так задорно, что она поняла, что совсем не угадала.
– Судя по рукописи, это были именно люди-ягуары. Оборотни. Они преследовали испанцев, индейцы-проводники разбежались, а автор рукописи предпочел улизнуть из отряда, опасаясь за свою жизнь.
– Оборотни? Что они курили в этих джунглях? – фыркнула Сандра.
– Не знаю. Но ты очень близка к истине, Сандра. Думаю, что они слишком близко подошли к Маноа. И видимо, там вокруг либо растут какие-то ягоды или растения, вызывающие галлюцинации, либо кто-то из проводников-индейцев сильно не хотел, чтобы они туда дошли, и подсыпал что-то в еду. Возможно, кого-то из отряда и задрал ягуар, но верить во все те кровавые подробности, что описывает свидетель экспедиции… это все равно что принять бред шизофреника за истину.
– Возможно, он и в самом деле тронулся умом. Ведь столько лишений и препятствий, неизвестностей и стресса могут повлиять на психику.
– Да… – Джейк отпил пива, глядя на нее поверх стакана.
– Что? – смутилась она под пристальным, изучающим взглядом парня.
– Я спрашиваю себя иногда, не совершил ли я ошибку, втянув тебя в это приключение.
– Но мы уже здесь, Джейк, – Сандра потянулась к нему, накрыла ладонью его руку. – Теперь было бы странно отступить.
– Обещай мне, что не сдашься перед трудностями, милая.
– Я обещаю. К тому же я много путешествовала, не думай, что я изнеженный цветочек.
– Даже если ты окажешься колючим кактусом, я все равно тебя буду любить, – заверил Джейк.
Ночью Сандра проснулась от кошмарного сна. Она бежала по каким-то зарослям, ветки и листья то и дело били по лицу, а позади нее было слышно тяжелое дыхание преследующего ее то ли зверя, то ли человека.
Сев на кровати, она долго приходила в себя от испуга. Джейк сонно притянул ее к себе. Он, похоже, не проснулся, просто бессознательно почувствовал, что она не спит. Сандра легла к нему под бок и долго размышляла. Потом поняла, что заснуть снова не может, вышла из спальни на кухню, осторожно закрыв дверь.
Утром Джейк вышел из спальни и нашел ее за кухонным столом. За ночь Сандра нарисовала четыре эскиза своего сна.
– Что это? – Джейк, нахмурившись, взял один из рисунков. На нем Сандра убегала от преследователя в маске ягуара.
– Так… приснилось, – пожала плечами Сандра.
– Ты очень впечатлительна, милая.
– Как и любой творческий человек! – возразила Сандра. Ей иногда казалось, что Джейк считал ее просто какой-то нервной особой.
– Все эти рассказы про легенды и оборотней не дали тебе поспать спокойно, – заметил Джейк.
– Я смотрю на это иначе: они вдохновили меня! – возразила Сандра. Ощущение, что она постоянно оправдывается, не покидало ее.
Джейк только вздохнул и достал сковородку. Молча приготовил яичницу и сварил кофе. Сандра вдруг поняла, что ведет себя по-свински. Он же заботится о ней, а она пытается возразить, хотя он очевидно прав: она плохо спала ночью.
Почувствовав вину, она приластилась к Джейку, пока он перекладывал яичницу на тарелки.
– Ты прав, мне не спалось. Спасибо, что приготовил завтрак, – она поцеловала его в шею и обняла за талию.
– Садись завтракать, Сандра. У нас впереди длинный день, – он поставил тарелки на стол. Сандра со вздохом села.
– Почему длинный? – спросила она, глотнув кофе.
– Необходимо встретиться с командой местных проводников. Некоторые из них никуда не годятся, другие профи, но разобраться, кто есть кто, очень сложно. Я доверил это дело Освальдо, у него особая чуйка на людей. Но как руководитель экспедиции их должен нанять я. Гонсало занят экипировкой, ему понадобится сделать опись всего, чтобы понять, сколько носильщиков нам надо. Поможешь ему?
– Конечно!
Малоразговорчивый Гонсало напрягал Сандру, но она решила, что совместная работа поможет помочь им найти общий язык.
– Кстати, – спросила она, когда они уже собрались выходить, – а где моя шляпа?
– Ты оставила ее в машине, – ответил Джейк.
– Да нет же! Я помню, как вошла сюда и положила шляпу на тумбу рядом со входом… может, ты ее переложил?
– Нет, я не трогал.
Джейк снова посмотрел на нее долгим, странным взглядом.
– Я уверена, Джейк! – упрямо сказала Сандра.
– Хорошо, но сейчас я нигде ее не вижу. Мы можем уже пойти? – он вопросительно посмотрел на нее.
Сандре ничего не оставалось, как сердито схватить рюкзак и выйти вперед Джейка из комнаты. Когда они оказались около машины, она первой открыла ее и с удивлением обнаружила свою шляпу на сидении.
– Но…
Сандра хотела было возразить, но решила не углубляться в вопрос. Однако она была уверена, что вошла в дом в шляпе.
– Мы в последнее время часто меняем места, возможно, ты просто перепутала, когда забирала шляпу из машины, а когда нет, – мягко предположил Джейк.
– Наверно…
Но весь день потом, помогая Гонсало составлять списки, Сандра то и дело спрашивала себя, как же она могла так ошибиться.
Вечером Джейк был таким уставшим, что пошел в душ первым, а Сандра осталась на кухне одна. Она пила чай, просматривала свои эскизы, сделанные с начала поездки. Они были совершенно разными по настроению. У нее даже сложилось впечатление, что это будет полноценная серия про Эквадор. Мистическая часть, навеянная легендами про конкистадоров и индейцев, перемешивалась с впечатлениями от пейзажей страны и даже с ее, Сандры, ночным кошмаром.
Потом ее внимание привлекла прозрачная папка с несколькими бумагами, которую Джейк оставил на столе, когда пошел мыться. Сандра бросила на текст рассеянный взгляд, прочла несколько строк, а потом, увлекшись, подтянула к себе документ и начала читать внимательнее.
Это оказалась выжимка из того дневника, что нашел отец Джейка. Напечатанный текст в переводе на английский, с цитатами из рукописи на старинном испанском, с пропусками, означавшими невозможность расшифровать текст, – все вместе это выглядело таким необычным, загадочным, что оторваться было невозможно. Эмоции и отчаяние человека, жившего несколько веков тому назад, в печатном и переводном варианте воспринимались все равно живо. Это и впрямь походило на судорожное, бредовое повествование, в котором воображение помешавшегося или очень больного человека перемежалось с сухими фактами о походе.
«Мы вышли вместе с рассветом. Свернули лагерь. Провизии достаточно, но мы утомлены. Далеко ли пройдем сегодня?»
Дальше выдержки из похода. Каждый день отчаяние овладевало отрядом все больше.
«Проводник сказал, мы близко. Лианы и в самом деле тут совсем иные».