Нина Кобякова – ЯРМАРКА РАССКАЗОВ (страница 6)
Стартовые позиции следующего инвалидного этапа жизни.
1. Физическая активность, без энтузиазма.
2. Диета, по возможности.
3. Отказ от вредных привычек.
Пётр стал потихоньку ежедневно прогуливаться, постепенно увеличивая пройденное расстояние. Поначалу случалось всякое. Как – то, незаметно, прошёл по длинному пологому спуску в соседний микрорайон, не взяв с собой ни денег на автобус, ни телефон. Спустился легко, за пять – шесть минут, а подниматься? Растерялся и испугался. Потом постарался успокоиться и с многочисленными остановками преодолел подъём.
Пешие прогулки постепенно вошли в привычку и стало немыслимым пропустить прогулку даже в плохую погоду. Пришлось подбирать удобную обувь по сезону и сладить складную защитную палку, поскольку существующая власть, озабочена улучшением жизни своей и бродячих псов, а не прогуливающихся граждан.
Летом приобрёл велосипед для загородного дома и открыл давно знакомые окрестности совершенно по иному.
Подступающий лес встретил волнами кислородно запаховых коктейлей, о которых раньше только подозревал. Много из машины услышишь? А здесь! Каждый кустик ночевать пустит. Оказывается островки жимолости готовы поделиться спелой фиолетовой радостью уже в конце июня как и лесная земляника. Костяника и полевая клубника начинают радовать в июле.
Одна и та же просёлочная дорога может быть совершенно разной для машины и велосипеда. Оказывается облепиха в лесу образует непроходимые заросли вместе с непонятно откуда – то взявшейся акацией, раньше думал, что она растёт только в садиках и в скверах. Набрёл на небольшую лужайку, заполненную разноцветным клевером и густой низкой травой, как ковром устилающей землю. Можно было тихо лежать и наблюдать за успокоившимися, после твоего прихода, обитателями укромного уголка.
За буреломом, в стороне от старой лесовозной дороги, полянка со стайкой тетёрок с цыплятами, маленький ключик рядом, вода из которого бесследно исчезает в высокой траве. Масштабный бульдозерный бурелом скрывает от посторонних глаз, тихую лесную жизнь.
На значительном отдалении от посёлка, куда стал добираться позднее, почувствовав открывшиеся новые физические возможности: открыл глухариную полянку, на которой каждый раз, по приезду, любовался на неторопливых копалух, неизменно посещающих песочно гравийный участочек возле соснового леса. Упитанные, грузные, пёстрые "курицы", не сразу разобрал, что это глухарки. Если не торопиться, без резких движений, можно подойти на 10 метров и ближе, и рассмотреть как следует. Тайна сия, велика есть… Никому не рассказывал, где эта полянка.
С умеренной физической активностью Пётр справился. Иногда наступало такое состояние, когда беспричинно хотелось подпрыгивать и бегать. Конечно, это случилось далеко не сразу и не только от прогулок. Приятно было, что подобного не испытывал давно, только в далёкой юности.
Неприятным было следующее открытие: состояние "Полёта" можно незаметно потерять, стоит только на некоторое время преднамеренно или непреднамеренно, нарушить сложившуюся новую практику.
Посещение кардиолога в поликлинике, Пётр свёл до минимума. Врач настойчиво просила покупать лекарства фирмы из Словакии и сдавать ей аптечные чеки или упаковку.
И здесь маленький бизнес, вместо участия… Неприятно!
В поликлинику приходилось ходить, чтобы взять какие – то документы, но лечиться в поликлинике – это обманывать себя, убивать время и зря тратить деньги, на выписываемые лекарства.
Через год, Пётр отказался от прохождения ВТЭК, смешной пенсии по инвалидности, под названием "Лучше уж в гроб" и забыл дорогу к врачам. В настоящее время надеяться на государство – смертельно опасно! "На словах, как на гуслях, а на делах, как на балалайке".
2. Диета
То, что предлагается в медицинских методичках, по форме правильно, а на практике – издевательство. Врач-кардиолог, который проводил Петру коронографию, ангиопластику сосудов и установку стентов, рекомендовал следующее: сохранить обычный семейный рацион с условием разумного уменьшения порций и добавить несколько обязательных продуктов, необходимых сердечной мышце и сосудам.
Вспомнив стиль жизни своего деда, почитав рекомендации, Пётр остановился на следующем.
Утром, употребить.
– Обязательные таблетки, запить талой водой.
– Столовую ложку или две, оливкового масла холодного отжима, лучше Боргес.
– Столовую ложку или две, очищенных и промытых кедровых орешков.
– Столовую ложку или две, сибирской клюквы, свежей или замороженной.
Через (спустя) два – три часа не заморочивался, чем накормят, тем накормят, что дадут, то дадут, только не переедать.
И , ГЛАВНОЕ – оздоровление всего себя – "Живая" вода!
Подспудно и раньше Пётр чувствовал, что с водой что – то не то!
Он родился и вырос в городе Черемхово, который использовал чистейшую в мире воду – Ангарскую. Бабушки – родившиеся в далёком 19 веке – не редкость, среди его родственников. Редко кто умирал после 80 лет, зачастую за 90 и за 100.
Братско – Иркутская или Ангарская низменность по плотности населения (переселенцев) не уступала центральным областям России. Благоприятный здоровый климат, плодородные земли, пойменные луга, а также древний скотоводческий проход в Монгольские степи и в Китай. Древнее поселение Голуметь датируется 1548 годом.
При Советской власти на реке Ангара, в городе Усолье – Сибирское, существовал комбинат Усольехимпром, с разнообразным коктейлем сбрасываемых в Ангару сточных вод, в том числе с ртутью.
В городе Свирске, в 1934 году был построен Ангарский металлургический завод (АМЗ) с тремястами работающих. АМЗ производил мышьяк, а разнообразные шламы, утилизировал у себя на территории. Шламы очень богатые по составу. Включали золото, серебро, медь и прочее и прочее. Но нужен был мышьяк, который в очищенном виде отгружали в город Чапаевск, для производства боевых отравляющих веществ. Очистные сооружения в каком – то виде построены в Свирске только в 2018 году. Раньше и в Свирске и Усолье – Сибирском, не заморачивались, канализацией служила река, а впоследствии Братское водохранилище. Братское водохранилище большое, длиной 660 километров и упокоило сотни бывших кладбищ, когда – то располагавшихся в поселениях на Ангарской низменности. Вот такое Хрущёвско – Брежневское наследство.
В городе Свирске, в 70 км. ниже по течению Ангары от Усольехимпрома, расположен Черемховский водозабор, питающий как – бы питьевой водой, город Черемхово и многочисленные прилегающие посёлки.
В городе Черемхово, работали угольные разрезы, осушающие воду в колодцах деревень и население пользовалось водопроводной и привозной водой из Черемховского водозабора.
Население не знало. Никто не знал. А те гадёныши, кто знал, перебрались в другие места.
"Чужая беда за сердце не кусает".
Кто хочет посмотреть на темпы уменьшавшегося населения – может посмотреть справочники.
Отец и мать Петра, как и многие, многие их сверстники, покинули мир живых в возрасте 60 – : – 65 лет. Наши деды и бабушки хоронили своих детей, родившихся при советской власти…и переживали их.
Эффект раствора – который по недоразумению называют водой.
И в городе и в деревне мы пьём, готовим и умываемся, используя непонятный раствор, полагая, что это вода. Это не вода. Это непонятный раствор, похожий на воду.
Всяческие фильтры делают люди и НИКТО! НИЧЕГО! НИКОМУ не гарантирует, тем более СТАБИЛЬНОСТЬ результата. Этикетки на чём угодно с печатями и кодами – филькина грамота, кто – то зарабатывает, а действующая администрация вроде бы как бы управляет.
Доверчивые граждане – как малые дети, слушают, смотрят, читают. Нашли кого слушать, смотреть, читать? В сложившихся условиях, в качестве воды и воздуха нельзя доверять НИКОМУ.
Доверять посторонним людям, боже упаси, если хотите управлять своим здоровьем. Доверяйте собственному опыту, глазам и рукам, будьте бдительны и благоразумны. Это не деньги потерять…
Пётр, двадцать лет после инфаркта, делает так. Семья – 3 человека.
1. Этап.
Три кастрюли из полированной нержавейки по 5 литров, доводит до кипения и кипятит не менее 5 минут, затем остужает до комнатной температуры и переливает в стеклянные трёхлитровые банки, оставляя в каждой кастрюле остаток в размере толщины пальца или 5% объёма и выливает остаток на хозяйственные нужды. При переливании максимально высоко поднимает кастрюлю над горлышком банки – древний народный обычай. Раствор в банках стоит не менее суток. Кастрюля требует очистки хорошей щёткой, оставшееся "молоко", лучше утилизировать.
2 Этап.
Переливает раствор из банок в пластмассовые питьевые бутылки объёмом 1,5 литра, оставляя в каждой банке остаток в толщину пальца или 5% объёма и выливает остаток на хозяйственные нужды. Бутылки заполняет не полностью, оставляя 15 % объёма для расширения при замораживании. После полного замораживания происходит процесс оттаивания. Важно, что бутылки 1,5 литра высокие, это позволяет эффективнее убирать осадок на дне.
Какая же это гадость! Остаток раствора не надо использовать на хозяйственные нужды, лучше утилизировать.
3 Этап.
Оттаявшую воду из бутылок, переливает в бутыли 5 литров, оставляя в каждой полуторолитровой бутылке на дне, остаток в толщину пальца или 5% объема, который идёт на хозяйственные нужды. Бутыли 5 литров заполняет не полностью, оставляет 15% объёма для расширения при полном замораживании. Бутыли помещает в морозильник. После полного замораживания идёт процесс оттаивания. При переливании, вода в достаточной степени насыщается кислородом воздуха.