Нина Кислицына – Мой любимый враг (страница 6)

Она подняла голову, посмотрела на него. В полумраке его лицо было спокойным, усталым и до странности родным.

— Останусь, — сказала она.

Он улыбнулся и снова притянул её к себе.

Проснулась она от света.

Неон за окном погас ещё затемно, а теперь сквозь жалюзи пробивалось уже не розовое, а бледное утреннее солнце. Оно ложилось на пол косыми полосами, на кожаный диван, на их переплетённые ноги. Эмми лежала на боку, уткнувшись лбом в плечо Филиппа, и несколько секунд не могла понять, где находится и почему ей так тепло. Потом вспомнила всё. Она осторожно подняла голову. Филипп спал, запрокинув лицо к потолку, одна рука лежала у неё на талии — во сне он так и не убрал её. Грудь его медленно поднималась и опускалась. Утренний свет смягчил его лицо, сделал его моложе, беззащитнее, чем она привыкла видеть его днём, за стойкой клуба или у входа в салон.

20

Эмми не стала его будить. Она лежала и смотрела, и в голове у неё было пусто и ясно одновременно, как в комнате, из которой вымели весь мусор. Она хотела этого человека. Она ненавидела его. Она хотела его снова. Все три правды существовали разом, и впервые за долгое время это не пугало её, а успокаивало. Филипп пошевелился, не открывая глаз, притянул её ближе.

— Ты смотришь на меня, — сказал он хрипло.

— Нет.

— Врёшь. Я чувствую.

Он открыл глаза, повернул голову. Сон ещё держался в его взгляде, но губы уже тронула та самая полуулыбка, от которой у Эмми под рёбрами становилось жарко.

— Доброе утро, — сказал он.

— Утро.

— Ты жалеешь?

Она помолчала, разглядывая его.

— Нет. А ты?

— Я жалею только о том, что не сделал этого раньше. Что три месяца смотрел, как ты меня ненавидишь, и терпел.

— Ты не выглядел человеком, который терпит.

— Я хорошо притворяюсь.

Эмми фыркнула и села. Простыни сбились, платье так и лежало на полу у дивана, бельё — на спинке. Дневной свет делал всё это слишком настоящим: кабинет, разбросанная одежда, два взрослых человека, которые всю ночь делали вид, что за стенами нет города.

— Мне нужно идти, — сказала она. — Салон открывается в девять.

— Сейчас шесть. Успеешь.

— Ася придёт к восьми. И начнёт звонить, если я не подниму трубку.

Филипп сел, провёл ладонью по лицу, взъерошил волосы. На груди у него остались следы её ногтей — тонкие красные царапины. Эмми отвела взгляд, но он заметил.

— Не смущайся, — сказал он. — Мне нравится.

— Я не смущаюсь. Я просто не знаю, как теперь. . с этим жить.

— С чем?

— С тобой. С нами. Если это «мы».

Он встал, подошёл к ней, сел на край дивана рядом, взял её за подбородок, заставил поднять глаза.

21

— Это «мы», Эмми. Если ты захочешь. А как жить — придумаем. Ты и я, против всего этого города, если понадобится.

— Город узнает уже к обеду, — сказала она. — Ты же знаешь, как здесь устроено. Кто-то видел, как мы уходили. Или увидит, как я выхожу сейчас.

— Пусть. Я вчера сказал и повторю: я устал прятаться.

Он наклонился и поцеловал её — коротко, успокаивающе, в уголок губ. Эмми закрыла глаза, и на секунду ей захотелось остаться ещё на час, на день, не выходить из этого кабинета, пока мир не передумает. Но мир не передумывал. Она оделась быстро, не глядя на него, чтобы не передумать. Платье помялось, волосы пахли им, кожа пахла им. Филипп натянул брюки, проводил её до двери кабинета. Клуб был пуст и темен — вчерашняя вечеринка выветрилась, оставив только запах пролитого на стойку спирта и перевёрнутый стул у танцпола.

— Я отвезу тебя, — сказал он.

— Не надо. Тут десять минут пешком. И мне надо пройтись.

— Эмми.

Она обернулась у двери.

— Что?

— Я ни о чём не жалею. И хочу, чтобы ты знала: это не было «побудь на одну ночь». Я хотел тебя всю. И сейчас хочу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.