Нина Каверина – Освобождение (страница 14)
нашей младости, нашей повести
две дорожки слились с каплей горести.
Покатились клубочком одним –
счастье стало мерцать перед ним.
Приручай же его и лови!
Но означились две колеи.
Они рядом бегут — параллели.
По клубочку над ними летели.
То глядят, а то отвернутся,
молча плачут, тихо смеются.
Очень разные — впрочем, свои.
А ведь к позднему времени вновь
стали близкими стёжки-дорожки.
Рядом, рядом уставшие ножки.
Славно! Но расставанье готовь.
Затерялся один и ушёл,
а другой себе катится с горки.
Оглянулся — взгляд грустный, но зоркий.
Давних дней расплетает он нить.
Есть вина, и её не избыть.
Что природой дано, хорошо!
Время молодых
Мои годы — итоги, итоги
до открытий: ах, так оно было?..
Одолев временные пороги,
мысли в слове крепят свои силы.
Перестройка. Распахнуты двери,
в них ломился народ угорелый.
Молодые так жаждали верить:
по плечу сильным всякое дело.
Наши парни (на «выданье» близком,
меж собою немножко родные)
что-то свили втроём. Трудно. Риски.
Врозь шагнули. А связи — нужны ли?
Семьи, в коих они зародились,
ни жилья не дадут, ни деньгами
не одарят.
— Судьба, сделай милость,
дай удачи — обдумаем сами.
Взлёт случился. Дома и усадьбы
появились в Москве, в сёлах ближних.
Дед иль прадед, наверное, рад бы
то увидеть без возгласов лишних.
Круг за кругом идут поколенья.
Хорошо, если вверх, а не вниз.
Про ступеньки есть разные мненья,
но и быт поднимать не стыдись.
Получилось. Насколько безгрешно,
я не ведаю, даль далека.
Жизнь вершили с напором, поспешно:
впереди так темны облака.
Яблонька
Посвящается дорогому человеку.
В моём саду ты выросла другой,
хотя звалася яблонькой румяной.
Соседи тянут ветви вразнобой,
и ловят солнце, и от счастья пьяны.
А ты свернула ветви в плотный кокон,
закрытый от живительного света.
Питают щедро корни сладким соком,
но им не слышно от тебя привета
и благодарности — цветком весной,
а в августе и яблочком душистым.
Судьба, направь наш краткий путь земной
стезёй Природы и простой, и чистой.