Нина Дьяченко – Детектив-чародей (страница 21)

Она упала в бесконечную пустоту, словно в глубокий колодец. Очнулась она на столе, чуть приподняв голову - что потребовало громадных усилий - увидела между своих ног свечу. Мария расхохоталась, забившись в истерике; из глаз брызнули слёзы, мышцы свело судорогой, кости болели…

Но от неё не укрылось, как побледнела Стэлла, откинувшись на стуле, почти не дыша. Остальные маги остолбенели, разглядывая её. Мария в едином порыве села, положив руки ей на плечи, слова сами пришли к ней, одурманивающая жидкость исчезла из мозга. Мария ощущала, как её сила вливается в хрупкую девушку. Она снова начала падать, но уже в обморок, успев ощутить, как проклятие Джонатана разжимает когти и покидает Стэллу.

"Теперь-то я уже точно умру, а жаль ", - успела подумать Мария, падая в объятия Люмис и Тома. Стэллу подхватил вскочивший со стула Дэвид - она тоже падала без сил.

Мария очнулась в лежачем положении, с тяжёлой головой и почти невесомым телом - словно его ампутировали, пока она спала. Обведя взглядом помещение, увидела, что лежит в широкой кровати, которая находится в длинной комнате с большим, чуть приоткрытым окном, ветер из которого шевелил листки карликовых деревьев, растущих в огромных горшках на широком подоконнике. Не веря свои глазам, уставилась на золотые яблоки, висящие на одном из деревьев. Затем она увидела сидящую в кресле Люмис. Мягкий свет настольной лампы светил на раскрытую книгу у неё в руках. Повернув голову в другую сторону, она увидела лежащую недалеко от неё Стэллу, в такой же уютной кровати. Стэлла лежала с открытыми глазами, глядя в окно.

– Привет, - прошептала Мария.

– Привет, - улыбнулась Стэлла. - А ты молодец: сбежала от Джонатана и заодно спасла меня от смерти! Я благодарна тебе, Мария, можешь всегда на меня рассчитывать. А то наши маги никак не могли решить, кому же потратить на меня свою драгоценную силу! - с горечью добавила она.

– Максимум минут на пять, - съязвила Люмис. - Я рада, что с тобой всё в порядке. Губы Люмис дрогнули, она явно боролась со слезами: - Моя дочь… умерла? - проговорила она севшим голосом.

– Да, мне очень жаль, но ей перерезали горло, - ответила Мария, ощущая неловкость.

– Это он убил её… Сволочь! - выкрикнула Люмис, отбрасывая книгу на пол. - И я сама отдала ему Катю… сама!

– Но зачем ему это делать? - удивилась Мария. - Нет, нет, не подумай, я его не защищаю - боже упаси - но зачем ему это? Он что, безумец? Если он хотел погубить меня, то мог бы сделать это раньше, когда я не знала о своей силе! Когда я была в его руках!

– Некоторые маги верят, что, убивая мага, получат всю его силу, - пробормотала Стэлла, стараясь не смотреть на Люмис.

– Но ведь Катя была очень слабым магом, - заметила Мария. Она не могла и не хотела представлять, как Джонатан Вэйс берёт нож и начинает резать горло собственной дочери, оглядываясь на неё - не разбудил ли…

– А кто говорит про Катю? Джонатан хотел убить тебя, когда ты войдёшь в полную силу! Убить же тебя просто так, без причины, он не мог. Джэнис, бывшая директриса, некоторые старые учителя, которых оттеснили в архив, ещё сохранили некоторую власть и авторитет среди молодёжи, - с горечью поясняла Стэлла.

– На такое способен только безумец, например, Дарина. Да кто угодно, у кого шарики зашли за ролики! Джонатан - негодяй, подлец и насильник. Но - не псих! Ну, я надеюсь, - горячо выпалила Мария, краснея. - Хотя, когда вы начали перетаскивать меня, мне пришлось хорошенько стукнуть его ногой. Джонатан действительно вёл себя, как псих. А обычно он такой сдержанный… как онанирующий священник. Прости, Люмис, кажется, я снова защищаю его, - призналась Мария.

– Может, и не он, - пошептала Люмис. - Я тоже хотела бы в это верить. Всё же - Катя его родная дочь. Это же не кому попало горло резать.

– Джонатан - фанат белой магии, - заговорила Стэлла с видимым отвращением. - Ради защиты белой магии от нас… чёрных магов… он готов на всё. Он ведь даже насиловал меня полувялым членом и кончил с трудом. Рону понравилось больше… наверняка был девственником, - выплёвывая из себя слова, откровенничала Стэлла с презрительной гримасой бледных губ. - Думаю, то, что Катя была наполовину чёрным магом, его угнетало, пока не довело до сумасшествия.

– Да заткнись уже! - не вытерпела Люмис. - Ты поворачиваешь нож в моей ране. Катя - мертва, и ей уже не помочь нашими рассуждениями!

– Но мы должны знать, кто наш враг, - мягко проговорила Стэлла, её глаза увлажнились. - Поверь, мне тоже нелегко.

– И мне - Катя стала моей подругой, - заявила Мария, приподнимаясь. - Чёрт, чего же мне так паршиво? Какими наркотиками вы меня накачали?

– Переход из одного мира в другой - не простое дело. Можно вообще переместиться без какой-либо конечности, - мрачно заметила Стэлла. - Особенно, когда не хватает энергии. К тому же, потом ты потратила много сил на моё излечение.

– И твоё сознание очень пострадало от чар, туманящих мозг. Ещё бы чуть-чуть…

– Ладно, хватит мне валяться, я хочу обучиться чёрной магии, - сурово произнесла Золотарева, вставая и хватаясь за голову. - Ой, моя голова!

Она подошла к кровати Стэллы: - А ты как?

– Ты спасла мне жизнь, у тебя и вправду великая сила.

– Она скоро встанет, - проговорила Люмис, поставив брошенную книгу на полку. Затем она подошла к Марии, совершила над Стэллой несколько пассов, шепча заклинание.

– Ой, оздоровительное заклинание, я знаю! - воскликнула Мария и начала помогать. Стэлла прикрыла глаза и улыбнулась: - Приятно… какие вы молодцы.

– Думаю, тебя не многому придется обучать, - заметила Люмис, когда они покидали комнату. - А теперь, позволь мне показать замок, он полностью скопирован с университета, уж не знаю почему. И тоже весь волшебный. К тому же, я должна вручить тебе комплект карт… чтобы ты всегда была в курсе, кто из нас жив.

– Да, я видела такие у Дарины.

– Мы их уничтожили - я постаралась. Нельзя, чтобы они находились у белых магов. Кстати, я приготовила для тебя прекрасные покои.

Мария никак не могла привыкнуть к своим покоям, занимающим целый этаж. Целыми днями она расхаживала из спальни в ванную, из кабинета в комнату отдыха. Но чаще всего она выходила на балкон, любуясь необыкновенно красивым видом: лес, горы, водопады. Ей нравилось, когда ветер касался её лица, натягивал платье на тело. В строго определенные часы она занималась чёрной магией. Её учителями были все, каждый из них преподавал тот предмет, который любил больше всего. Том вздумал обучать её фехтованию на мечах, саблях и шпагах, и стрельбе из лука. Мария сразу догадалась, что его энтузиазм вызван желанием затащить её в постель, но от занятий не отказывалась.

Загадочный Дэвид преподавал ей трансформацию и карате. Стэлла - вызывание духов, Люмис - целебные травы и парапсихологию.

– А где же остальные маги, почему они так редко у нас бывают? - как-то не выдержала Мария. - Их что, всех убили? Сколько нас сейчас на самом деле?

Тот странно улыбнулся, рисуя пентаграмму мечом на каменных плитах пола. Он как раз демонстрировал перенос кошки из одного мира в другой.

– Остальные? А нас тебе мало? Мы одни можем заменить целый университет… белой магии.

– Я знаю, но я рада, что прошла эти дурацкие курсы. Так где же они?

– Сейчас их нет: шастают по другим мирам. Некоторые ищут свою любовь, другие - славу, третьи угнетают и властвуют. Они редко тут бывают, в основном приходят по ночам: опустошают буфет, а потом снова исчезают. Пошли, хоть портреты посмотрим.

– Ой, они же есть у меня на картах! Но портреты - лучше.

Они прошли в картинную галерею, пустынную и одинокую, как келья монаха. Портреты во весь рост заполняли комнату. Маленькую комнатку, освещаемую электрическими лампочками.

– У вас и электричество есть! А почему я его никогда раньше не замечала?

– Потому что оно не настоящее - чары. Тем более что мы все любим свечки, керосиновые лампы и свет камина. Портреты умерших торжественно сжигают, - пояснил Дэвид. - А на живых можешь полюбоваться. Итак, сперва дамы.

Стэллу Мария узнала сразу, она была первой. Ветер развевал длинные платиновые волосы, а голубое длинное платье облегало фигуру. Люмис была изображена в греческой тунике, девушка натягивала лук - словно целясь в смотрящего.

– Она действительно выглядит как ведьма, - тихо заметила она. - Подожди, мужчин всего три, а женщин - четыре.

Дэвид никак не прореагировал на её замечание. Они подошли к следующему портрету. На нём в скованной позе стояла рыжеволосая женщина с сияющей белой кожей, её нежное тело едва прикрывал широкий, алый пояс на чреслах. Обнажённую грудь украсило золотое ожерелье с огромным рубином как раз между полушариями груди. Её глаза: серый и голубой, лукаво соблазняли.

– Арина, - пояснил Дэвид. - Могла бы стать очень сильной ведьмой… но, предпочитает заводить новые романы. Она, кстати, поклонница чар молодости. Как и многие колдуньи после сорока. Арине пятьдесят пять. А ведь не скажешь.

Другая девушка оказалась белокожей брюнеткой в чёрном. Её длинное платье скрывало тело, а беленькая ручка держала воткнутый в землю кинжал.

– Похожа на католичку, - усмехнулась Мария. - А ещё на инквизиторшу.

– Точно подмечено, - ухмыльнулся в ответ Дэвид. - Сара - еврейка. Однажды в каком-то мирке чуть не угодила на костёр.