Нил Шустерман – Разделенные (страница 71)
Лев крадется за фальшивым инспектором на приличном расстоянии, прячась в темноте. Постепенно он приближается к опасной зоне, где спецназ бьется с Уцелевшими. Коннор, безусловно, там. Вот только… сможет ли Лев спасти его и от Нельсона, и от инспекторов?
И тут на мальчика нисходит озарение. Он улыбается, несмотря на творящийся вокруг кошмар. Ответ на заданный выше вопрос прост. Это ужасно. Это невозможно. Это может сработать!
Лев добирается до главной улицы как раз в тот момент, когда «Дримлайнер» трогается с места, и спецназовцы вперемешку с инспекторами набрасываются на оставшихся на земле детей.
В ста ярдах от самолета-спасателя, на том месте, где еще совсем недавно проходила линия фронта, Лев видит парня в камуфляжной форме необычного цвета: тот бесстрашно кидается на только что выстрелившего в него инспектора и сбивает с ног, ударив прикладом винтовки. Фигура и движения этого парня кажутся Льву очень знакомыми…
Лев прорывается сквозь встречный поток детей, спасающихся бегством. Он упрямо пробирается вперед, не обращая внимания ни на выстрелы, ни на рев реактивных двигателей и скрежет рвущегося металла в момент, когда «Дримлайнер» сталкивается с броневиком.
Самолет набирает высоту, броневик, покувыркавшись взрывается; во вспышке света Льву удается рассмотреть лицо парня в необычном камуфляже. Да, он нашел, кого искал.
– Коннор!
Но Коннор не отрывает глаз от тающего в небе самолета.
– Да не стой ты там! – кричит он Льву. – Беги! Вы все должны были бежать!
– Коннор, это я! Лев!
Коннор смотрит на него в упор, но узнаёт не сразу. И дело тут не только в отросших волосах Льва. Они оба уже совсем не те, какими были год назад. Они больше не дети.
– Лев?! Какими судьбами? Да что это, весь мир съехал с катушек или только я один?
– Скорее всего, и то, и другое, но я и правда здесь. – Лев наклоняется и подбирает с земли пистолет инспектора, которого Коннор только что огрел прикладом. – Я пришел спасти тебя.
– Глупость несусветная!
– Это, наверно, тоже правда, но я должен тебя предупредить: за тобой охотится пират.
– У меня сейчас проблемы посложнее, чем какой-то дурацкий пират!
К Коннору подбегает парнишка с автоматической винтовкой.
– У нас кончились боеприпасы! Что делать?
– Хватайте камни, палки, обломки самолетов, все, что под руку попадется! – кричит ему Коннор. – А еще лучше бросайте все и бегите! Спасибо нашему дорогому Старки – он забрал у нас единственный шанс на спасение!
– Чертов Старки! – Парнишка бросает свою бесполезную винтовку. – Удачи, Коннор! – говорит он и дает деру, стараясь раствориться в темноте.
В стороне от друзей толпа, пытавшаяся прорваться в «Дримлайнер», освещена теперь прожектором полицейского вертолета. Примерно четыреста беззащитных и беспомощных ребят окружены со всех сторон. Огромные фургоны для беглецов катят по главной улице, чтобы забрать и увезти всех.
– Ты не в силах для них что-то сделать, – говорит Лев Коннору.
– Я не брошу их!
– Вот почему я не оставлю тебе выбора. – Лев поднимает пистолет, который только что забрал у валяющегося без сознания инспектора, и стреляет Коннору в руку.
Силой удара того разворачивает на месте, а затем он падает, в одну секунду сраженный транквилизатором. Лев подхватывает друга. Коннор смотрит на него полуоткрытыми, уже затянутыми сонной пеленой глазами.
– Ничего не вышло, Лев, – слабым голосом говорит он. – Мой план провалился…
– Знаю, – отвечает Лев теряющему сознание другу, – но, может, мой сработает.
70
Нельсон
Он понятия не имеет, сколько здесь детей, как далеко простирается кладбище воздушной техники и где в этом хаосе искать объект его вожделений. Неважно. Если инспекторы хорошо сделают свое дело – а на то похоже, – всю ораву Беглецов загребут, транкируют и увезут. Лэсситер никуда не денется. Ему, Нельсону, остается только быть начеку и не высовываться, а то у некоторых из этих деток есть оружие, причем, судя по звуку, смертельное.
Он методично проверяет уже обездвиженных Беглецов, парочку утихомиривает самолично, чтобы выглядеть как инспектор за работой. Однако держится вдалеке от средоточия битвы, зная, что Беглец из Акрона поступит так же.
Один из инспекторов замечает, что он рассматривает лица павших беглецов.
– Не трать зря время, – советует он. – Нам достанется, если один из них прорвется и удерет в пустыню.
– Знакомого ищу, – говорит Нельсон, не растерявшись. – Сын соседа. Его жена просила.
Но инспектор вдруг проникается подозрением:
– Что-то я тебя не припомню. Ты из какого подразделения?
– Подразделение шестнадцать, из Финикса.
– Нет в Финиксе никакого шестнадцатого подразделения.
Решив, что запахло жареным, Нельсон транкирует «коллегу», затем стреляет в пытающегося удрать беглеца, ставшего невольным свидетелем этой сцены, после чего возвращается к своей основной задаче: найти Беглеца из Акрона.
Беспокоится Нельсон, только завидев взлетающий «Дримлайнер». Вдруг Лэсситер на этом самолете? Но тут он замечает, что спецназ действует против существующих инструкций: засовывает отставших беглецов в фургоны, предварительно не транкировав их. Если Лэсситера загрузят до того, как он, Нельсон, до него доберется, пиши пропало.
Теперь Нельсон тревожится не на шутку. Фальшивый инспектор приближается к месту погрузки Беглецов, вытаскивает бинокль, вглядывается в лица… Лэсситера в этой перепуганной ораве нет. Хотя, может, он и там, просто Нельсон его не видит? Пират опускает бинокль.
– Вот дерьмо!
С каждой секундой его шансы тают. Вокруг Нельсона царит суматоха: дети, которые по какой-либо причине не попали в окружение, разбегаются во все стороны, пытаясь спастись. Некоторые получают пулю с транквилизатором, но чем дальше они от основных событий, тем выгоднее их положение.
Далеко впереди Нельсон видит темный силуэт невысокого мальчугана, который с трудом тащит на себе парня постарше и покрупнее – ни дать ни взять муравей, уносящий с поля битвы раненого товарища. Но, должно быть, у мальчишки ума все-таки побольше, чем у муравья, потому что он бросает свою ношу и скрывается в темноте.
Пират едва не проскакивает мимо брошенного на землю парня – не хочется пропустить никого из тех, кто пробегает мимо; однако Нельсон не был бы Нельсоном, если бы не выполнял свою работу скрупулезно. Он хватает спящего парня за волосы, вздергивает его голову кверху… и едва не вскрикивает в восторге и изумлении. Это он! Это Лэсситер! Нельсону буквально поднесли его на серебряном блюде!
Нельсон, не теряя времени зря, взваливает парня на спину и, быстро осмотревшись, несется сквозь ряды самолетов по направлению к своему фургону. Вылетев в боковой проход, он натыкается на инспектора.
– Наплюй на него! – говорит тот. – Отдел очистки и транспортировки подберет. Нам приказано гнаться за удравшими. – И чтобы не бросать слов на ветер, стреляет в девочку, пытающуюся проскочить между двумя истребителями. Та падает.
– У меня особый приказ относительно этого парня, – возражает Нельсон и спешит дальше, но инспектор преграждает дорогу.
– Почему? Это что, зачинщик пожаров в городе?
– Точно, – подтверждает Нельсон. – Он самый.
За спинами у них трое ребят пытаются прорваться во внешние проходы, коп отвлекается на них, и Нельсону удается улизнуть.
Чем дальше от главной улицы, тем меньше беглецов и копов. Фургоны уже здесь, на окраине, подбирают транкированных, прежде чем двинуться туда, где добыча погуще. Работники Отдела очистки и транспортировки обращаются со спящими гораздо бережнее, чем инспекторы: засовывают их в стеганые мешки голубого или розового цвета, похожие на спальные, но плотнее, оставляя открытыми только лица, – так при транспортировке не пострадают драгоценные органы.
Нельсон добирается до своего фургона, бросает Коннора на заднее сиденье и уезжает тем же путем, каким сюда прибыл. Он еще в зоне опасности, надо убираться поскорее.
Приблизившись к северным воротам, он обнаруживает около них несколько инспекторских автомобилей. Похоже, они тут на случай, если каким-то особо тупым Беглецам придет в голову удрать через главный вход. Инспекторы останавливают машину Нельсона, и тот показывает им украденный полицейский жетон.
– У меня приказ отвести этот фургон в штаб-квартиру. Его конфискуют в качестве вещественного доказательства.
– Смеешься? Да все это проклятое местечко – сплошное вещественное доказательство! Они что, не могут подождать, пока эвакуатор отвезет им все, что нужно?
– Они не из терпеливых.
Полицейский качает головой.
– Вот придурки, – и машет Нельсону, проезжай, мол.
Оставив Кладбище за спиной, Нельсон успокаивается, включает радио, находит песню, которая ему по душе, и дальше рулит, напевая от избытка чувств.
Дайвен, эта акула черного рынка, заплатит ему целое состояние! И к тому же те долларовые купюры, что мелькают сейчас перед мысленным взором Нельсона, он скоро увидит глазами Беглеца из Акрона! Вот это будет награда, куда более весомая, чем деньги. Нельсон даже не помнит, что у сопляка за глаза, ну да неважно. Плевать ему на цвет, плевать на зоркость – это будет его последняя пара, само совершенство!
Он все еще витает в мечтах о глазах Коннора, когда слышит писк, которым обычно сопровождается выстрел из пистолета, стреляющего пулями с транквилизатором. Нельсон чувствует укол в ногу, затем еще один и еще.