Нил Гейман – Зеленый рыцарь. Легенды Зачарованного Леса (страница 41)
Когда парень спустился на землю, у основания стебля его уже ждали солдаты.
– Вы арестованы!
– По какому обвинению? – возмутился Джек.
– За неуплату налогов, – ответил Капитан стражи.
– Дрянная Ронда разболтала про нашу гусыню! – крикнула донна Тильда. – Ее конфисковали в пользу казны.
– Ронда? – вздохнул Джек. – Видишь, не стоило тебе ее прогонять.
– Она воровка и шлюха! Она нас продала! Пусть только попадется – я ей глаза выцарапаю! С этого дня она мой враг! Я дала ей работу и кров, а она предала меня! Это… это не комильфо!
– Ка-а-миль-фо-о, – пропела арфа, как показалось слушателям, слегка ехидно. – Фо, фо, фо-о!
– Предоставь это мне, – сказал Джек матери. – Как только Король увидит эту певчую птичку, он нас сразу отпустит, а может, еще и золота отсыплет. Кстати, где наш дурачок?
– Собрал своих божьих коровок и пошел в церковь за благословением. Он думает, что они готовятся совершить массовое самоубийство или что-то вроде того.
– Забирайтесь в повозку, – прервал их Капитан стражи извиняющимся тоном.
Арфа продолжала петь.
Раздраженный насмешками матери Король охотно принял золотую арфу в обмен на свободу донны Тильды и ее сына.
– Нам больше нечего вам предложить, – сказала бывшая крестьянка. – Из князей обратно к грязи!
Но про себя она подумала, что дома припрятан волшебный горшочек, который всегда обеспечит их роскошной и сытной едой. Может, они смогут начать все сначала и, например, открыть таверну?
Не успели Тильда и Джек выйти за кованые ворота, как услышали игру арфы. Она исполняла бунтарские песни и крамольные гимны.
– Неужто «Марсельеза»? – удивилась донна Тильда. – Подумать только, какой у этой арфы проникновенный голос и чистое исполнение. Ну, с богом, подальше отсюда.
Однако до дома они так и не добрались: на полпути их догнали солдаты, схватили и отправили обратно в тюрьму. На этот раз их обвинили в том, что они обучили подарок Королю революционным песням.
– Не стоит волноваться, – сказал Джек Большой. – Ему еще придется нюхнуть пороху. Великан наверняка услышит свою арфу и живо спустится по стеблю. Король даже не успеет понять, кто его прихлопнул.
Время от времени арфа замолкала, отдыхая. В эти промежутки тишины Джек Большой и донна Тильда слышали, как палач точит топор, чтобы отрубить им головы.
– Как думаешь, Джек Меньшой спасет нас? – спросила донна Тильда и, сняв с плеча божью коровку, аккуратно раздавила ее двумя пальцами.
– После четырех часов нам будет уже все равно, – мрачно ответил Джек Большой.
В тот день младший брат был весь в делах.
– Друзья, – обратился он к божьим коровкам. – Знаю, вы страдаете от чувства неполноценности массы. Появление этого бобового стебля переносит нашу проблему в масштабы вселенной. Ужасная беда коснулась каждого! И пусть найденное решение одобрят не все и многие пострадают в борьбе за общее дело – мы не сдадимся! Мы выступим единым фронтом против врага, мы будем работать вместе – и добьемся серьезных перемен! Сплотим ряды теснее, друзья! Вперед, Эвдора! Не отставай, Джейн. И ты тоже, Вайнона. По команде, на счет «три»! Оцепить стебель! Обнажить жвалы!
Когда Джек досчитал до трех, пробили городские часы. До казни его брата и матери оставался всего час.
– Грызите стебель так, словно от этого зависят ваши жизни! – скомандовал он, и семьдесят четыре божьи коровки принялись за дело. Звук был примерно такой: фру, фру, фру.
Без пяти минут четыре палач подкинул шерстинку чихуахуа и на лету рассек ее на две идеальные половинки, симметрия которых была достойна шедевров классицизма.
– Готов, – сказал палач.
– Готов, – отозвался Капитан стражи и бросил быстрый взгляд на осужденных. – Сожалею, но это моя работа, ничего личного.
– Боже, храни демократию! – затянула арфа.
Чем упорней пытались заглушить ее пение, тем громче оно становилось. Ее заперли в самой высокой башне, и теперь она, словно муэдзин, взывала оттуда к невольным слушателям. Джека Большого вывели из сырой камеры на залитую солнцем улицу, и он хмуро подумал, что теперь арфа оказалась ближе к великану – и что, может быть, он хотя бы так ее услышит. Но великан телом-то велик, а вот разумом мелковат – прямо как Джек Меньшой. Может статься, пройдет целый месяц, пока он сообразит, что это за шум. И еще месяц, пока додумается спуститься по бобовому стеблю, чтобы вернуть похищенную арфу, гусыню и волшебный горшочек.
– Последнее желание? – спросил Капитан стражи.
– Я бы хотела апеллировать к Королю Бэдварду и пересмотреть вынесенный приговор, – высказалась донна Тильда. – И бокал охлажденного Дом Василиск с тоником.
– Поцеловать Дрянную Ронду, – выбрал Джек Большой. – И пусть все смотрят. Уж я им покажу, как взбираться на стебель!
– Запросы отклонены, – сказал Капитан стражи. – Полезайте на эшафот, пожалуйста.
Джек Большой и его мать подчинились приказу. Небо темнело на глазах.
Король наблюдал за происходящим из-за занавесок в комнате – и сперва решил, что над головами приговоренных сгустились тучи. Но на самом деле это были не тучи, а зеленые листья! Они гигантским пологом расстелились по небу и теперь свисали, словно виноградные лозы с невидимых шпалер. Когда огромные листья дрожали, производимый ими шум напоминал грохот лавины.
– Фи, фо, фу, фру! – донесся глас свыше.
– Впервые переживаю религиозное откровение, – прокомментировала донна Тильда. – Подумать только! Хотя этого можно было ожидать на пороге смерти и все такое.
– Фи, фо, фу, фру, – сказал Бог.
– Мне знаком этот голос, – задумчиво произнес Джек Большой. – Где я мог его слышать?
– Фи, фо, фу, фру, – сказал Бог.
– Из этого получился бы неплохой мотивчик, – оценил Король Бэдвард.
– Фи, фо, фу, фру, – сказал Бог.
– Если это Бог, то он поразительно лаконичен, – заметила Королева-мать.
– Фи, фо, фу, фру, – сказал Бог.
– Мне нравится Бог с проникновенным голосом, – вздохнула Дрянная Ронда, поглаживая себя.
– Фи, фо, фу, фру, – сказал Бог.
– А мне нравятся девушки, которые знают, что им нравится, – признался Капитан стражи, впервые разглядев Дрянную Ронду, и улыбнулся ей.
– Фи, фо, фу, фру, – сказал Бог.
– Бегите, спешите отсюда прочь! Это ваша последняя ночь! – взвизгнула Арфа. – Я слышу поступь великана вновь! Чую, здесь скоро прольется кровь!
– Фи, фо, фу, фру, – сказал Бог, и его последние слова заглушили бой городских часов.
В тот же миг божьи коровки закончили свое дело.
Джек Меньшой стоял в стороне, с безопасного расстояния наблюдая, как стебель надломился и начал заваливаться набок. Затем парень посмотрел вверх и увидел, что весь мир стал зеленым.
С оглушительным треском и грохотом бобовый стебель обрушился на королевский дворец.
– Я сделал все, что мог, Мельба, – сказал Джек божьей коровке, сидевшей у него на носу.
Великан, конечно, после падения умер. Свидетелям Стебля Последнего Дня потребовалось больше года, чтобы убрать останки великана и сгнившего растения. Поток туристов в Королевство сократился вдвое. Тела Короля и его матери сожгли на костре из бобовых стручков. Арфу отправили на дно океана. Теперь при низком приливе можно было расслышать доносящиеся из воды лихие матросские песенки и похабные частушки.
По указу Премьер-палача гусыня, несущая золотые яйца, была подана под соусом из каперсов на свадьбе донны Ронды и Капитана стражи. Мяса было мало, да и оказалось оно сухим и жилистым.
Что до братьев Джеков, то они со своей матерью вернулись домой. Волшебный горшочек отказался работать на коммерческой основе, так что малый бизнес не пошел. Но донна Тильда и ее сыновья не остались голодными, а однажды им даже удалось насладиться заливным из гусятины с каперсами.
Несколько золотых яиц оказались в руках ловкачей, которые вынесли их из королевской сокровищницы в тот день, когда рухнула монархия и образовалась Народная республика. Разумеется, никто не хотел признаваться в разграблении дворца, так что золотыми яйцами в качестве семейных реликвий гордились, но не хвастались.
Много лет спустя, уже пребывая на смертном одре, донна Тильда ненадолго очнулась от забытья и позвала сыновей неожиданно ясным голосом:
– Фи, фо, фу, фру! Мне было видение на границе жизни и смерти. Я узрела будущее! Очень скоро скорлупа на золотых яйцах треснет. И тогда…
Но не успела она договорить, как упала обратно на подушку из грубой мешковины и отдала богу душу. И теперь ее сыновьям придется ждать своей участи так же, как и всем нам…
Грегори Магвайр – автор нескольких романов для взрослых, из которых наиболее известны «Wicked: The Life and Times of the Wicked Witch of the West» («Ведьма. Жизнь и времена Западной колдуньи из страны Оз»), «Confessions of an Ugly Stepsister» и «Lost». Также он написал более десятка романов для детей, в том числе популярный цикл «Hamlet Chronicles».
Сейчас Магвайр живет в штате Массачусетс, преподает писательское мастерство и читает лекции по детской литературе по всей стране.