Нил Гейман – Пляска фэйри. Сказки сумеречного мира (страница 68)

Хотару остановилась так неожиданно, что Юмеко чуть не врезалась ей в спину. Ростом она была чуть выше своей союзницы, а потому без труда смогла заглянуть ей через плечо. И сердце ее вздрогнуло и ушло в пятки.

Они снова стояли перед хижиной.

– Будь оно все проклято! – прошипела Хотару. – Они заколдовали поляну!

– Заколдовали? – переспросила Юмеко. – Ты хочешь сказать, это настоящая магия?

Хотару развернулась на месте:

– Даже этого ты не знаешь!

Лицо ее скривилось, по щекам потекли слезы, оставляя дорожки в белой пудре. Юмеко с ужасом смотрела на свою спутницу.

– За что мне такое наказание? – простонала Хотару. – Все напрасно! Теперь они отберут у меня уши!

И она крепко сжала свои накрашенные губы, но плечи ее все равно затряслись от рыданий. Сверток выпал из ее ослабевших рук.

Юмеко неловко подобрала его, заметив, что босые ноги Хотару заляпаны грязью. До чего же эта девушка переменчива! Только что кипела от раздражения – а теперь рыдает и кажется совсем беззащитной. И пока она тут жалеет себя, они теряют драгоценное время. Неужели эти волшебные лисы и впрямь могут отрезать Хотару ушки – такие маленькие и нежные?

Хотару ахнула.

Юмеко пригнулась, приготовилась пуститься наутек. Их наверняка заметили! Но, взглянув на свою спутницу, она увидела, что та смотрит куда-то вниз.

Юмеко проследила за ее взглядом.

Перед ними стояли полукругом трое животных, ростом не выше колена. Густой мех сиял красноватым золотом, головы были треугольные, с большими острыми ушами на макушке, а морды – длинные, вытянутые, как у тех стражниц в масках кицунэ, которые ее схватили вчера. Но в этих животных не было ничего человеческого. Просто звери на четырех ногах – тонких, стройных, с аккуратными маленькими пястями. Большие пушистые хвосты у всех троих были задраны кверху. Видно было, что звери держатся напряженно. Может, это домашние животные? Или сторожевые? «Какая роскошная из них бы вышла шуба!» – подумала Юмеко и бросила взгляд на пепельно-бледное лицо Хотару. Та покачивалась на нетвердых ногах, как будто собираясь упасть в обморок.

Может, она просто трусиха? Вроде Нумы, которая боится даже крошечных паучков? Юмеко не видела причин обойтись с этими зверями по-другому, чем с любыми другими надоедливыми животными или детьми.

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш! – зашипела она и изо всех сил швырнула в них тряпичный сверток. Пролетев над головами у двоих, он угодил третьему прямо в лоб. Звери завизжали и метнулись прочь, за деревья.

Деревья!..

Поляна, хижина – все исчезло. Как будто их и не было вовсе. Юмеко ахнула при виде могучих стволов, окружавших ее со всех сторон. Сквозь полог листвы пробивались золотые лучи солнца. Где-то трещала белка. Вдалеке кричала ворона – глухо и хрипло. Мелодично журчал ручеек.

– Ну ты даешь! – воскликнула Хотару, глядя на Юмеко во все глаза. – Ты прогнала кицунэ простым тряпичным узелком!

– Кицу… что? – пискнула Юмеко. – Эти щенки и есть волшебные лисы?

Хотару только головой покачала.

– А куда подевалась хижина? И трава? – пролепетала Юмеко.

– Их тут и не было, – осторожно ответила Хотару.

– Ты хочешь сказать, что на самом деле и не было никакой опасности?

Хотару схватила Юмеко за руку и потащила ее за собой по едва заметной тропинке среди деревьев.

– Опасность до сих пор есть! – прошипела она, переходя на бег.

И они помчались так, будто целая стая ополоумевших Безродных наступала им на пятки. Юмеко не замечала никаких признаков опасности – ни волшебных лис, ни щенков, – но все равно продолжала бежать. Она надеялась, что Хотару знает дорогу.

Казалось, прошел уже не один час, а они всё продолжали бежать. Голые руки и ноги Юмеко были в царапинах от низких веток, лицо покрылось потом и пылью. По напудренным щекам Хотару тоже катился пот, оставляя за собой длинные дорожки, но девушка не сбавляла шаг и как будто даже не запыхалась. Раньше Юмеко думала, что Хотару старается скрыть темную кожу, но, как ни странно, лицо ее оказалось даже белее пудры.

– Стой! – пропыхтела Юмеко. – Не могу больше.

Хотару оглянулась и уставилась на нее с непонятным выражением.

– В чем дело? – выдавила Юмеко прерывающимся голосом.

Она ждала ответа – и боялась, что он ей не понравится.

Хотару покачала головой. Ее длинные черные волосы еще не улеглись после долгого бега, но блестели по-прежнему, как будто отталкивали любую пыль и грязь.

– Люди так быстро устают, – прошептала она.

Юмеко нахмурилась, все еще пытаясь отдышаться.

– Что значит «люди»? Как будто ты сама не…

Она осеклась на полуслове. Как она ни старалась разобраться во всем происшедшем, что-то не складывалось. Все было не тем, чем казалось. Голова кружилась так, что впору было схватиться за дерево, чтобы не упасть. Если, конечно, эти деревья есть на самом деле. И Хотару… кто она такая? Что за существо? Как понять, что скрывается за всей этой краской и одеждами?

Между тем Хотару склонила голову набок, внимательно прислушиваясь. Затем кивнула и жестом показала Юмеко, что можно сесть и отдохнуть. Юмеко опустилась на мох под деревом и шумно задышала.

Хотару рассмеялась – и на сей раз в ее смехе не было ни капли надменной снисходительности. Только чистая радость. Юмеко улыбнулась и посмотрела на черные точки, украшавшие лоб Хотару двумя дугами. Их так и не смыло потом.

– Сколько можно таращиться? – огрызнулась Хотару. – Если хочешь знать, эти пушистые гусеницы у тебя над глазами тоже меня удивляют, но я же не пялюсь на них всякий раз, как выдастся случай!

– Пф-ф-ф! – фыркнула Юмеко.

Где-то вдалеке хрустнула ветка. Девушки затаили дыхание. Но птицы все так же беспечно чирикали среди ветвей, а значит, тревога была напрасной.

– Сколько нам еще бежать? – устало спросила Юмеко. – Далеко еще до болота? И что мы будем делать, когда доберемся туда? Что у тебя в узелке?

– Слишком много вопросов – и ни об одном ты даже не пытаешься подумать своей головой.

– Прекратишь ты это или нет? – рявкнула Юмеко.

Хотару поморщилась. Дрожащими руками она пригладила свои блестящие черные локоны, а потом подняла голову. Ее светло-карие глаза пестрели крапинками, золотыми и бронзовыми.

– Прости меня, – сказала она, и голос ее на сей раз звучал серьезно и искренно. – Слишком долго мне не доводилось говорить ни с кем, от кого можно не ждать ничего дурного.

Немного помолчав, она продолжила вполголоса:

– Кицунэ своевольны и капризны. Никогда не знаешь, полюбят они тебя или захотят убить. – И скороговоркой добавила: – Все не то, чем оно кажется! Они мудры и справедливы. Они бессердечны и жестоки. Все это вместе. И я больше не понимаю, как надо себя вести.

Юмеко чуть не заплакала от сочувствия. Сколько же эту девушку продержали в плену? Она обхватила руками крошечные белые ручки Хотару. Те оказались ледяными, и Юмеко, прищелкнув языком, принялась осторожно растирать их своими грубыми ладонями.

– Не бойся, – сказала Юмеко. – Мы сбежим отсюда. Вернемся к моему племени, а потом попробуем разыскать твоих родных. Может, они в столице?

Юмеко никогда еще не видала людей, одетых и раскрашенных так, как Хотару. Но Нума говорила, в большом городе кого только не встретишь.

– Ты добрая, – прошептала Хотару.

Из-за деревьев послышался резкий, отрывистый лай. Затем – еще, другим голосом. Хотару втянула голову в плечи.

– Они нашли нас.

День превратился в ночь – внезапно и в одно мгновение. По спине Юмеко пробежали мурашки. Она крепко сжала руки Хотару и с отчаянной надеждой спросила:

– Это гроза?

Хотару не ответила.

– Наверное, ветер нагнал тучи, – добавила Юмеко, молясь про себя, чтобы так оно и было.

В темноте лицо Хотару казалось тускло-серой маской.

Лай и тявканье неслись уже со всех сторон и становились все громче.

– Это не гроза, – наконец промолвила Хотару. – Это волшебные лисы пытаются навести на нас морок. Солнце по-прежнему светит – просто мы его не видим.

– Как же с ними сражаться? – простонала Юмеко.

– У меня осталось так мало, – со свирепой решимостью прошептала Хотару и высвободила руки из отчаянной хватки Юмеко. – Слушай внимательно. Сейчас я сделаю свет. Это все, что я могу. А ты должна идти за этим светом, что бы ни случилось. Обещай!

Юмеко кивнула и только затем сообразила, что в такой темноте Хотару не увидит кивка.