Нил Эшер – Завод войны (страница 50)

Цворн ощущал силу и мощь и начал чувствовать нечто еще, когда зажили остаточные клеточные повреждения, пропущенные хирургическими приборами. Пересаженные ткани по-прежнему саднили, но боль лишь придавала блеск другим ощущениям, становившимся все острее и острее. Цворн резко повернулся навстречу появившемуся из своей каморки Врому, который нес громоздкий синтезатор органики с точным терморегулируемым пульверизатором и вентилятором наверху. Поставив прибор на пол перед Цворном, Вром поспешно попятился. Даже бесстрастный первенец чувствовал перемены в отце и понимал, что опасность лично для него возросла.

Цворн склонился над устройством, качнул новыми глазами на стебельках. Он добавил их после основной операции и жалел об этом, поскольку они, похоже, функционировали как-то неправильно. Осмотрев пульт, созданный для прадорских рук-манипуляторов, которые у него отсутствовали, он установил соединение через форс и свои контрольные приборы.

– Ну, расскажи мне о нем, – велел он, отчего-то не горя желанием включать штуковину.

– Потребление энергии очень мало, он подпитывается простой индукцией от корабельных систем, – начал Вром. – Но даже без подзарядки его хватит на десятки дней. Гормоны и феромоны генерируются на основе твоего собственного генома, в иных же случаях точно соответствуют комбинации, созданной этим. – Вром махнул клешней в сторону изувеченных, но все еще живых останков молодого самца, лежавшего рядом и уже много дней слабо булькавшего в мучительной агонии. – Эффект должен быть точно таким же.

– Но если я активирую прибор сейчас, – заметил Цворн, – феромонная смесь в воздухе удвоится.

– Да, отец, – подтвердил Вром.

Цворн ткнул клешней в молодого взрослого. Он не хотел его смерти, ведь тогда терялась выработка гормонов, но теперь самец больше не требовался.

– Убери его и позабавься, только сделай так, чтобы он умер не позже чем через час.

Вром тут же двинулся к телу, наслаждаясь предвкушением редкого деликатеса. Бульканье самца стало громче, он явно осознавал, что ожидает его в ближайшем будущем. Вром уже тащил тушу к двери в свой закуток, чтобы там вскрыть панцирь и отобедать живым содержимым, а Цворн сосредоточил внимание на KB-дредноуте. На своем корабле.

Во-первых, нужно герметизировать каюты Сфолка и трех других молодых взрослых, чтобы их гормоны не разлетались по вентиляции. Через форс Цворн отсек их помещения от корабельной системы воздухоснабжения, после чего приказал кое-кому из вторинцев отправиться туда с помповыми смоляными пушками, чтобы запечатать каюты. Четверку это не убьет, по крайней мере какое-то время; позже, если возникнет желание, Цворн разберется с каждым лично.

Затем Цворн переключился на био – и газофильтрационные системы. Теперь их нанорешетки будут перехватывать все крупные молекулы и очищать воздух. Это требовало времени, так что Цворн установил уведомление, которое он получит, когда уровень гормонов в воздухе упадет на десять процентов от нынешнего. Потом он включит стоящее перед ним устройство. И все равно он опасался и немного недоумевал.

Конечно, даже если прадорские отцы-капитаны никогда не дышали одним воздухом с пятью молодыми взрослыми и четырьмя самками, эффект должен был быть известен. Так почему же им не пользуются повсеместно? Цворн задумался о собственном прошлом.

Отец Цворна, как часто случается с прадорами, одряхлел и стал неопрятен. Пока что химическое подавление роста Цворна не давало ему, первенцу-лидеру, превратиться во взрослого, но гормональный контроль состарившегося отца стал слишком слаб. Задолго до того, как обрести способность восстать против родителя, Цворн все понял и подготовился – то же сделали и трое других первенцев. Смешно, но если бы отец не решил, что пришла пора сместить Цворна, случившееся впоследствии могло вылиться в куда большее кровопролитие и завершиться далеко не обязательно в пользу Цворна. Как бы то ни было, отец вызвал его в свое святилище, где поджидали два кальмара-раба с хирургическими телефакторами наготове и новенькая сферическая оболочка дрона, куда должен был быть помещен ганглий Цворна. Цворн знал, что произойдет, а значит, мотив сопротивляться инстинкту повиновения был у него куда сильнее, чем у братьев. Никогда еще ему не доводилось делать ничего более трудного – но он подавил желание покориться, а потом активировал спрятанный в клешне атомарник и выстрелил в отца. Отец умер легко, луч пронзил насквозь слабые протезы жвал и дряхлое тело, внутреннее давление расширившихся газов сорвало верхушку панциря, но феромоны отца не улетучились столь же быстро, как и его жизнь.

Еще много часов Цворн корчился от страха, уверенный, что поступил неправильно, ожидая наказания, но постепенно феромоны в воздухе все же рассеялись, он ощутил свободу – и понял, что должен действовать, и немедленно. Подготовленный и к этому, он подошел к отцовскому пульту управления, включил связь и вызвал в святилище одного из своих братьев-первенцев, ничем не намекнув, что приказ исходит от него, а не от отца. Первенец прибыл и погиб, сожженный таким же лучом, что унес жизнь отца-капитана. Следующего постигла та же участь, но оставшийся, уже, конечно, почувствовавший исчезновение отцовского гормонального контроля, не ответил на вызов.

Инстинкт велел Цворну броситься за братцем в погоню, но это был бы неправильный шаг. Здесь, в отцовском кабинете-святилище, в самом сердце их подводного дома, он был в относительной безопасности и имел прямой доступ к компьютерным системам. И прежде чем начать проникновение в них, Цворн накрепко запер бронированные двери. Сперва он снял с панциря отца три контрольных пульта, мимоходом подкрепившись поджаренной родительской плотью и получив от этого огромное удовольствие. Вставив в пульты новые нанокорректоры, он прикрепил коробочки к собственному панцирю. Открылись три канала: к двум головоногим рабам и четырем отцовским боевым дронам, предшественникам Цворна, только вот коды к ним потерялись вместе со старыми нанокорректорами. Однако отец, весьма старомодный прадор, для доступа к домашним компьютерам пользовался обычным пультом с отверстиями для клешней, и Цворн, если будет осторожен, тоже сумеет работать так. Кстати, там же наверняка записаны и коды дронов. Много дней Цворн провел в надежном святилище, работая, поедая отца и двух братьев – и физически меняясь.

Непонятные желания начали обуревать его, ведь он больше не употреблял химический коктейль, поддерживающий отрочество. Тело казалось странным, ненадежным, все время хотелось есть. Возможно, радость, когда ему наконец-то удалось взломать компьютер и получить коды доступа к боевым дронам и рабам, ускорила изменения. Он как раз просматривал список бесчисленных неудачных попыток уцелевшего братца проникнуть в ту же систему, когда ощутил резкий болезненный спазм в задней части тела и услышал треск, словно что-то порвалось. А главное – он больше не чувствовал задних ног. Оглянувшись, Цворн увидел их – и упавший кусок панциря. А потом целый шквал неведомых прежде ощущений обрушился на него: это обнажились его новые, бывшие до сих пор недоразвитыми, половые органы, пенисы и коитус-зажимы.

Как всегда случается с прадорами на пороге взросления, Цворн немедленно почувствовал себя уязвимым, ему захотелось спрятать и защитить новое приобретение. Чувство он опознал сразу: оно принадлежало механизму выживания, убиравшему его с дороги агрессивных взрослых прадоров, включая и самого отца, который тут же напал бы на соперника и попытался бы его убить. Таков естественный отбор: выживает быстрейший и сильнейший. В далеком прошлом, еще до того, как сформировалось прадорское сообщество, взрослеющие прадоры уходили в укрытия и дожидались там окончания трансформации, охотясь и обильно питаясь, наращивая массу тела и брони. Полностью повзрослев, они возвращались завершить процесс: к самкам. Цворн подавил порыв, задумавшись об оружии; как-никак, он теперь управлял четырьмя боевыми дронами.

Связавшись с дронами – устаревшими, не столь изощренными, как современные модели, и оттого не способными различить, кто именно ими командует, – он отдал приказ и уставился на ряд шестигранных экранов. Дроны обладали довольно оригинальной формой тел, их панцири усиливала броня, и вмороженный внутри ганглий сопрягался с тактическими компьютерными системами. Прочие органы отсутствовали, замененные аккумуляторами и другим оборудованием. Предназначались дроны для работы на поверхности, гравитехнологии были дороги, так что передвигались они на гусеничном ходу. Вместо клешней у них имелись спаренные пулеметы с подвесными ракетометами. Цворн наблюдал, как они выкатываются со склада и разъезжаются по подводному дому. Один из них, прежде чем добраться до брата-первенца, повстречал двоих вторинцев, уже трансформировавшихся в первенцев и дравшихся сейчас в одном из коридоров. Короткая очередь мгновенно превратила их в дымившиеся ошметки.

Встревоженный первенец покинул свое маленькое святилище и через запасной выход нырнул в океан. Разочарованный Цворн тем не менее понял, в чем дело. Его брат больше не был первенцем, он тоже потерял задние ноги и обрел новые уязвимые половые органы. Цворн тут же сменил все домашние коды, чтобы молодой взрослый не смог вернуться обратно. И продолжил наблюдать, как дроны убивают оставшихся вторинцев, как входят в питомник мальков и уничтожают всех самцов. Самок в отдельной пристройке стоило сохранить для следующего цикла необходимых изменений, чтобы предотвратить инцесты.