Ниль Блэк – Vendida (страница 20)

— В этом случае бояться придётся только его, — сдаёт на обочину Яна и паркуется перед небольшим кафе, которое славится своими лимонадами и такос. Девушки садятся за свободный пластиковый столик на улице и, сделав заказ, продолжают общение. Они сидят неподалёку от дороги, по которой проезжают автомобили, наблюдают за подростками, которые фотографируются на фоне исписанных граффити стен. Яна двигает головой в такт звукам сальсы, доносящимся из кафе, смешанным с ритмом современных треков из соседнего бара. Столики рядом с ними уже все заняты, а запах еды пробуждает рецепторы, и Фелисия всё оглядывается в надежде, что им наконец-то вынесут такос.

— С кем переписываешься? — спрашивает она подругу, заметив, что та что-то набирает на телефоне.

— С парнем познакомилась вчера прямо у нас в бутике, — усмехается Яна. — Зовёт на тусовку к другу. Хочешь, поедем вместе?

— Нет, но и тебя не задерживаю, я отсюда сразу домой.

— Я и не горю желанием, утомилась от этих любовных дел, — смеётся Яна и, обернувшись, недовольно смотрит на уставившихся на них шумных парней за соседним столиком. Один из парней, заметив ответное внимание, поднимается на ноги и идёт к ним.

— Хочу с тобой сфоткаться, красотка, — говорит Фелисии незнакомец и, достав телефон, чуть ли не липнет к ней.

— Ты, блять, спросил, можно ли? — отталкивает его Фелисия, но с места не встаёт.

— Можно с тобой сфотографироваться? — издевательски тянет парень.

— Нельзя, — отрезает Фелисия и взглядом просит Яну не вмешиваться.

— Грубиянка, — хмыкает парень, но телефон убирает и возвращается к своему столику.

— Заебали, — шипит Фелисия, чьё настроение уже испорчено.

— Тяжело быть красоткой, — расслабляется Яна, которая уже готовилась к разборкам. — Красивые люди обычно переживают, что их любят только из-за внешности, а наша эмо-гёрл Ликси даже со своей внешностью любви получить не может.

— Иди, расскажи им это, может, перестанут таскать моё фото к хирургам и поймут, что моё лицо им счастья не обеспечит, — качает головой Фелисия и хватает Яну за руку. — Роллс.

— Чё?

— Это его роллс, — Фелисия косит в сторону появившегося за двумя внедорожниками и проезжающего мимо автомобиля, и Яна присвистывает.

— Ты мне сейчас руку оторвёшь, — цедит сквозь зубы Яна. — Расслабься, не факт, что он внутри.

Автомобиль проплывает мимо девушек, и за ним проезжают ещё два внедорожника.

— Блять, дышать не могу, — смотрит вслед кортежу Фелисия. — Он ведь замедлился рядом с нами, или у меня крыша едет?

— Крыша едет, — без сомнений отвечает подруга. — Хотя, ты так впилась глазами в чёрное стекло, что и я бы замедлилась.

— Опять у меня под грудью дискотека, — оттягивает ворот футболки Фелисия и, не переставая, смотрит вслед автомобилям. — Они не сворачивают, хотя улица закончилась.

— Может, пропускают кого.

— Не сворачивают. Он вернётся. Он меня точно заметил…

— Свернули, — тихо говорит Яна, и Фелисия выдыхает.

— Какого хуя я в него влюбилась, — злится на себя Фелисия. — Я бы обкурилась, чтобы перестать думать о нём, но могу только напиться. Хотя и за это получу.

— Эй, не шути про наркотики, — мрачнеет Яна. — Ты завязала, и не смешно.

— Я и не сидела, только баловалась.

— Всё равно, меня даже мысль о том, что ты когда-то эту хуйню употребляла, бесит.

— Я тебе говорила, что мелкой была, меня мой краш подсадил, и мы романтизировали поцелуи под кайфом, — тихо говорит Фелисия. — Я против дури и, раз у тебя нет чувства юмора, шутить о ней не буду. Я обменяла наркоту на чувства и теперь подсяду только на любовь.

— Фу, как приторно, — кривит рот Яна. — Там пацаны у бара на тебя пялятся, а ты даже не флиртуешь. Начни потреблять новый наркотик, раз всё именно так, как говоришь.

— Это не любовь, они пялятся из-за моей внешности.

— А в чём разница? Ведь если Наварро говорил о твоей красоте, то он тоже захочет тебя из-за неё, — хмурится Яна. — Да и ты запала на него из-за его внешности.

— Нет, я запала не на внешность и даже не на его деньги и власть, — задумывается Фелисия. — Ты должна сама его увидеть, чтобы понять, что, когда он появляется, все затыкаются. Его голос, манеры, взгляд — всё в нём завораживает. Это сложно так объяснить, но я хочу его, Яна. Он уже в шаге от того, чтобы стать моей единственной целью.

Фелисии не показалось, Наварро приказал шофёру замедлиться, чтобы урвать себе дополнительные секунды для любования ею. Интерес к зелёной девчонке, которая из подгузников только выползла, раздражает Гильермо. Только он, в отличие от Фелисии, злится не на то, что запал на неё, а на то, что вынужден медлить, делать всё пошагово, когда желание гнёт кости в мужчине и ему постоянно приходится держать себя в узде.

***

Фелисия, почистив зубы, выходит во двор, чтобы помочь маме занести пакеты с доставленными им с утра продуктами, и видит, что женщина разговаривает с соседкой Луизой. Фелисия сразу замечает в руках Луизы свой любимый пирог и, подойдя к женщинам, берёт у мамы пакет с продуктами и любовно приготовленный для неё пирог.

— Тиа Луиза, вы меня балуете, — ярко улыбается соседке Фелисия.

— Я ей то же самое говорю, — кивает Джорджиа. — Хватит кормить эту хулиганку вкусняшками, она теперь мои пироги не ест.

— Дорогая, ты же знаешь, что Ликси — солнышко, озаряющее эту улицу, и я не могу не печь ей пироги, ты посмотри, как она рада! — тепло улыбается девушке Луиза. — Тем более мне не сложно, и я получаю от процесса только удовольствие. Ешь на здоровье, всё, как и всегда, учтено, поэтому не переживай за аллергию.

Луиза прощается с ними, а Фелисия с мамой идут в дом.

— Дочь у меня из-под носа забрать хочет, старая карга, — уже на кухне, раскладывая продукты, возмущается Джорджиа, а Фелисия, привыкшая к её ворчанию, устроившись за островком, жадно поедает пирог.

— Будто я виновата, что она замуж не вышла и детей себе не родила! Пеки себе! — продолжает выговаривать под нос Джорджиа.

— Мам, перестань, она хорошая женщина, ты просто ревнуешь, — с набитым ртом говорит Фелисия. — И это странно, ты же знаешь, что у меня только одна мама, и это ты.

— Подлиза, — разложив овощи, наливает и себе кофе Джорджиа. — Родила на свою голову «солнышко», всех очаровывает.

Фелисия быстро забывает о Луизе и всё ещё сидящей с ней на кухне маме. Она, как и все влюблённые, никак не может перестать летать в облаках. Казалось бы, прошло достаточно времени, она Наварро больше не видела, только его роллс, и её одержимость должна идти на спад, но она в ней всё больше разгорается.

Фелисия уже прочитала и перечитала всю информацию о Наварро в открытых источниках, скачала на телефон фотографии, которые ей удалось найти в сети, но ей всего мало. В идеале, конечно, хотелось бы снова его увидеть, хотя бы с экрана, но после встречи с избирателями Наварро и в информационном поле не мелькает.

— Кстати, я уже договорилась, твой любимый торт «Трес лечес» заказала! — отвлекает её от мыслей Джорджиа. — Тётушки приедут к семи, ты как раз с работы вернёшься.

— Мам, зачем ты народ позвала, сами посидели бы, — хмурится Фелисия.

— Затем, что ты отказалась от вечеринки, но я своему солнышку праздник всё равно устрою! — подбоченившись, объявляет женщина.

— Какая вечеринка с моими двумя с половиной друзьями? — обиженно говорит Фелисия.

— Вот поэтому все твои кузины и кузены не дадут тебе почувствовать одиночество, папа мясо пожарит, отлично посидим.

— Ты неисправима, женщина, — улыбается ей дочь и, прихватив рюкзак и спортивную сумку, торопится на выход.

Как бы Фелисия ни жаловалась на ранние подъёмы, на работу ходить ей нравилось, ведь благодаря ей вечный поиск чем занять своё время прекратился. Но сейчас её совсем не радует перспектива торчать в офисе, каждый раз нервно оборачиваясь на открывающийся лифт в надежде, что Наварро снова посетит их. В офисе уныло, она включает ноутбук, думает, с чего бы начать, и, услышав своё имя, смотрит на высунувшего из кабинета голову Исаю.

— Зайди ко мне. И ты, Миранда, тоже, — просит Исая девушку и своего заместителя.

Фелисия, которая сразу начинает паниковать, по пути в кабинет обдумывает, все ли задания она вчера сделала.

— Закройте дверь, — Исая садится за стол и взглядом указывает им на кресла.

— Всё нормально? — первой спрашивает Миранда, которая работает в компании уже полтора года.

— Наш уважаемый руководитель завтра вечером будет присутствовать на открытии больницы, которую полностью за свой счёт построила его компания, поэтому это мероприятие нужно максимально осветить, — рассказывает Исая.

— Конечно, мы, как получим фотографии и запись речей, сделаем распечатку и подготовим пресс-релизы, — заверяет его Миранда, а Фелисия продолжает нервно ёрзать в кресле, не понимая, зачем вызвали и её.

— Нет, в этот раз руководство требует, чтобы отдел по связям был на месте, и, как отметил господин Наварро, он хочет, чтобы на открытие пришли молодые кадры, — объясняет Исая. — У меня таких только два, и это вы. Поэтому вы обе завтра к пяти должны быть там. На месте же соберёте информацию, проконтролируете работу фотографа.

— Без проблем, — кивает Миранда.

— Я бы отработала весь материал, который получу с открытия, из дома, потому что завтра в семь я не могу, — мнётся Фелисия.

— Не понял, — соединив брови на переносице, смотрит на неё мужчина.