Никос Зервас – Дети против волшебников (страница 42)
— Разрешите мне задать несколько вопросиков? — рыжая Сарра тощей кошечкой скользнула поближе. — Как твоё настоящее имя, девочка? Зачем ты приехала в этот замок?
— Н-н… Н-надежда… — заикаясь, пополам с беззвучными рыданиями отвечала Морковка. — Я х-х… хотела стать волшебницей…
Рыжая Сарра быстро глянула на Детектора, потом снова на девочку — в глазах её мелькнуло изумление. А Надинька, вспомнив про свою мечту, вдруг перестала плакать и заговорила жёстче, почти озлобленно:
— Да, я хочу здесь учиться! Я читала все-все книжки про юного волшебника Гарри и его друзей. Я думала, вы хорошие и добрые! Я думала, вы будете рады меня встретить, а вы… Что я вам сделала?!
— Неплохо для начинающей актрисы, — пробормотал Феофрасто Феофраст, чувствуя, что проигрывает пари. — Проклятье… неужели она говорит правду?
— Она не лжёт, — прошептала Мак-Нагайна. — Иначе Детектор давно бы с жадностью вцепился в неё…
— Девочка, девочка! Вот слушай, ещё скажи, — не унималась Сарра, увиваясь вокруг на цокающих копытцах, — кто тебе рассказал про наш замок? Кто сказал тебе, что ты должна сюда ехать?
Надинька на секунду замялась… Сарра вскинула торжествующий взгляд и быстро обвела им коллег. «Внимание, — читалось в этом блистающем взгляде. — Я вам говорила… вот теперь наблюдайте!»
— Мне сказали, что надо ехать, — пролептала Надинька.
— Кто, кто сказал?! — ведьма Мак-Нагайна всем гадючьим корпусом подалась вперёд. — Генерал Савенкофф, не так ли?
— Нет, что Вы! Мне посоветовал… один мальчик, юный волшебник, — выдохнула Надинька. — Он сказал, что мне суждено учиться в вашей школе… И ещё Лео сказал…
— Лео? — Мак-Нагайна подалась вперёд. — Ты видела Лео?
— Он приезжал к нам в школу. Он рассказывал про академию магии. И я сразу захотела учиться на волшебницу!
— Кажется, всё в порядке, — сказала Мак-Нагайна с особым чувством, откидываясь на спинку стула. — Это Лео. Лео начал действовать. К нам потянулись очарованные русские девочки…
Все заговорили разом, возбуждённо жестикулируя. Кто бы мог подумать! Не прошло и недели, а первые жертвы милого Лео уже хлынули в Мерлин. Итак, девчонка влюблена в магию. Заметьте, это не простая девочка, это — русская девочка! Какой успех…
Но Сарра не сдавалась. Она подскочила и крикнула, тыча пальцем в сторону Вани.
— А это кто? Отвечай, девочка! Как его настоящее имя?!
— Кого? — несколько дрогнувшим голосом переспросила Морковка.
— Вот этого, — сладко улыбнулась Сарра. — Как настоящее имя мальчика, с которым вы прибыли?
Надинька обернулась и широко раскрытыми глазами посмотрела на Ваню.
— Это… мой друг… — негромко сказала она.
— Имя! — взвизгнула Сарра. — Называй имя.
— Я же сказал: меня зовут Шушурун, — простонал Ваня.
— Да-да, он же сказал, что его зовут Шушурун! — тут же подтвердила Надинька. — Это чистая правда!
И она не лгала. Ваня действительно сказал, что его зовут Шушурун.
Глава 8.
Воля госпожи Колпак
Старуха подошла к нему, сложила ему руки, нагнула ему голову, вско чила с быстротою кошки к нему на спину, ударила его метлой по боку, и он, подпрыгивая, как верховой конь, понёс её на плечах своих… Тог да только сказал он сам в себе: «Эге, да это ведьма».
Вместе с толпой новичков-первокурсников русских детей вели по длинному коридору — на сортировку. «Вот он, долгожданный момент!» — со слезами радости думала Еропкина. Коптящие факелы, тёмные витражи — дети спешат по гулкому лабиринту этажей, и толстые ковры скрадывают весёлый топот детских ног. Как здесь прелестно! Уже кажутся милыми бронзовые рожи под потолком, и даже статуя голой вампирши, держащей в зубах чью-то оторванную руку, представляется чем-то домашним, почти родным…
Троих опоздавших всё-таки допустили к урокам. «Видимо, будут скрытно приглядывать за нами», — усмехался Ваня, двигаясь в толпе по бесконечной анфиладе полутёмных залов, наполненных вежливо кланяющимися статуями. Немного ненормальный Петруша спешил следом, по привычке сжимая кулаки и пугливо примечая, не пора ли кого ремнями вязать. Ваня то и дело подмигивал другу: расслабься, улыбнись, никого крушить не надо, пока работаем под надзором…
Надинька была счастлива. Белобрысый хвостик воспрял, щёчки впервые за несколько дней порозовели. С восторгом она глазела на огромных железных рыцарей, которые с грохотом салютовали детям, на старинные картины с подвижными, немного лукавыми портретами древних ведьмаков и чародеек. «Смотрите, ах, смотрите! Это ползучая лестница старого Хью! А это… надо же, какая прелесть!., статуя самого Гарри! — счастливо пищала она, дёргая Ваню за рукав и указывая на мраморную фигуру стройного и серьёзного юноши в круглых очках с узким волнистым клинком в руке.
— Да ладно, — усмехнулся Царицын. — Это Джон Леннон в юности!
Наденька фыркнула. Впрочем, она уже не способна была обижаться. Пёстрая толпа детишек, галдя и восторгаясь на разных языках, бурливым потоком взмыла по ступенькам Главной лестницы — и выплеснулась в огромный, залитый светом зал. В центре блистало золотое изваяние горбатой смеющейся старухи с весами в руке.
— Тхе халль оф Дестину, — попытался прочитать Петруша, тыкая пальцем в паукообразные буквы на потолке.
Глухо, точно из-под земли рокотнули невидимые барабаны, и два здоровенных охранника в чёрных котелках и крылатых плащах вынесли на середину зала нечто похожее на восковую фигуру. Это была кукла старой горбуньи в огромной чёрной шляпе с тусклыми блёстками. Жёсткие, гнутые поля шляпы закрывали старушке горбатую спинку. Ване показалось, что у куклы отсутствуют ноги. Впрочем, нижнюю часть маленького тельца скрывал чёрно-серый подол такого же цвета, что и гигантская шляпа, нахлобученная сверху.
Помимо прочего, горбатая карлица была слепа: в её удивлённо выпученных глазах мутнели белёсые бельма.
Вперёд вышла профессор Мак-Нагайна, уже переодетая в строгое чёрное платье с высоченным бледным воротником, поддерживавшим её сплюснутую голову так, что казалось, будто кобра выглядывает из фарфоровой вазы.
— Итак, торжественная сортировка начинается, — возгласила профессор. — Сейчас вы, дети, узнаете свою судьбу. Госпожа Колпак почувствует ваш характер, ваши способности — и определит, на каком факультете вам суждено учиться.
Она взмахнула палочкой — и снова глухо заурчали невидимые барабаны.
— Итак, начинаем. Первый по списку… — она поднесла к глазам чёрную книжечку и торжественно огласила:
— Ариэль Ришбержье из Лиона!
Кучерявенький смуглый мальчик с бегающими глазками преспокойно вышагнул вперёд.
— Это я, мадам! — сказал он с нагловатой улыбочкой.
— Иди, мальчик, не бойся, это добрая старушка, — профессор Мак-Нагайна подтолкнула его к бородатым охранникам, державшим уродливую куклу. Ваня заметил, что курчавый ничуть не боится госпожи Колпак. Охранники осторожно приподняли восковую уродину и бережно посадили её мальчику на плечи.
И вдруг — дети ахнули в голос: кукла ожила! Горбунья цепко охватила кучерявую голову ручками, и все услышали скрипучий голос, как у пьяного мужика:
— Ох-хо-хо, сколько здесь горячей ртути, магния и тёмного воска! Очень, очень хорошая головёнка. И даже думать нечего: торговать, накапливать, наращивать и немножко обманывать, как же без этого, хо-хо-хо!
— Итак, каков же Ваш приговор, госпожа Колпак? — улыбнулась профессор Мак-Нагайна.
— Факультет Агациферус, и это абсолютно определённо, — снова закашляла мадам Колпак. — Рекомендую кафедру профессора Коша. Мальчик без труда преуспеет в алхимии, кабалистике и оккультной адвокатуре. Следующий! — она расцепила тёмные жилистые ручки, похожие на лапки старой обезьяны.
— Я к ней не пойду, — шепнул Тихогромыч Царицыну на ухо. — Меня стошнит, точно говорю.
— Придётся потерпеть, — строго сказал Ваня. — Пусть гражданка обнимет за череп, тебе жалко что ли?
— Алулухала Мауналоа из Гонолулу! — с трудом прочитала профессор Мак-Нагайна. Вперёд вывалилась, расталкивая окружающих, толстая девочка с плоским лицом, приплюснутым носом и маленькими глазами, похожими на плотоядных жучков.
Горбунья быстро схватила руками черноволосую голову девочки — и тут же отпихнула с кривой улыбкой:
— Потомственный дар сведения посевов и порчи домашней птицы. Факультет Пангея Розенблатт! Следующий!
— Ашур-Теп Тихий Гром из Сибири!
Петруша беспомощно глянул на Царицына — и обречённо полез на середину зала, как медведь на заклание. Старушка протянула было руки — но внезапно растопырила пальцы:
— Шо такое? Шо Вы мне предлагаете?! — возмущённо взвизгнула она. — Русский дух! Да от него за версту воняет акафистами!
— Успокойтесь, госпожа Колпак. Он русский только по крови. Это ученик шамана Шушуруна, — произнесла Мак-Нагайна.
— Да ну? Самого?! — поразилась мадам Колпак. — Ну, таки ладно, давайте его сюда.
Петрушу подтолкнули к горбунье. Многослойно морщась и отворачивая крючковатый нос, старуха едва коснулась коготками бритого кадетского затылка:
— Не, не могу! — отдёрнула лапку. — Сами его сортируйте, по тестам.
Петруша, плохо скрывая радость в голубых глазках, вернулся обратно в толпу школьников. Ваня заволновался, ожидая своей очереди. Кто-то коснулся его плеча. Царицын обернулся — и увидел бледное лицо молодого преподавателя с дёргающейся бровью.
— Вы от Шушуруна? Где остальные русские? — шёпотом спросил он. — Берите их и следуйте за мной.