Николя Денешо – The Last of Us. Как серия исследует человеческую природу и дарит неповторимый игровой опыт (страница 71)

Джоэл: «Если б я мог вернуться в тот момент, я бы поступил точно так же.

Элли: «Я просто… вряд ли смогу тебя за это простить. Но я попытаюсь».

По щеке мужчины стекает слеза.

Джоэл: «Спасибо».

Элли: «Ладно. Увидимся».

Душераздирающий эпилог. Конец флешбэка. Элли снова на ферме в Вайоминге. На последних кадрах она ставит гитару Джоэла, камера медленно надвигается на инструмент, на рукоятку с мотыльком – с таких же кадров, но в обратном порядке, начиналась игра. Идеально подогнанный последний кусочек головоломки, придающий повествовательной структуре второй части безупречную форму. Этот последний флешбэк полностью раскрывает, чем подпитывались отчаяние и мстительность Элли.

Девушка приоткрывает дверь. «Я попытаюсь». Она готова перешагнуть через себя и отбросить в сторону свои мечты о спасении человечества, лишь бы снова увидеть приемного отца. У нее снова отняли ее судьбу. Эбби убила Джоэла до того, как Элли успела снова с ним сблизиться. Она сделала вечными раздор и отдаление, возникшие между девушкой и ее приемным отцом, и теперь это никак не исправить.

Каталина

Вопреки ожиданиям, флешбэк с разговором Джоэла и Элли – не последняя деталь истории The Last of Us Part II. После строго оформленных титров игра возвращается к экрану загрузки, и с этим меняется меню. Лодка в тумане, которая символизировала неопределенное будущее, исчезла. Вместо нее мы видим новый, куда более светлый и вдохновляющий образ – пейзаж на фоне облаков, пронзенных солнечными лучами. Круглое здание вдалеке – Казино Боллрум в Авалоне – крупнейшем городе на острове Каталина, у побережья Лос-Анджелеса. Последнее прибежище «Цикад», с которыми Эбби связалась по радиосвязи.

«Джон Суини, наш арт-директор, придумал много идей для экрана загрузки, – рассказывает Нил Дракманн в официальном подкасте. – Мы предложили вариант с гитарой крупным планом. Когда игрок нажимает на старт, камера отъезжает назад: мы видим Джоэла, который полирует инструмент. Идея была хорошая, но чем дальше мы продвигались по работе над сценарием, тем отчетливее понимали, что все приведет нас к этой драке на пляже. Именно там должна была произойти развязка. Пляж приобрел важное символическое значение, стал сценой, на которой развернулась борьба двух героинь. Мы рассматривали вариант, где на этом пляже сидит Элли и плачет, а в воде виднеется кровь. ‹…› Но нам показалось, что для меню это изображение слишком перегружено, требовался более четкий образ. Кто-то в команде предложил идею с лодкой, и мне она показалась довольно крутой. Это образ, который обещает одну только надежду и надолго остается в памяти. Затем мы представили, что Эбби уплывает и направляется к Санта-Каталине, к круглому зданию. С изменением заставки появляется капля надежды – по крайней мере, игрок понимает, что они добрались до берега. Мы не знаем, что будет после, но это уже что-то».

События The Last of Us Part II передают философское видение о непостоянстве человеческой судьбы. Джоэл спасает Элли в больнице Девы Марии, и это его осознанный выбор. Он не представляет, что в этот момент подписал себе смертный приговор, что его пути однажды пересекутся с Эбби и что в результате он погибнет.

Интересно отметить, что если бы Элли не поддалась своим инстинктам и тревогам, если бы послушала Дину и осталась на той ферме в Вайоминге нянчить Джей-Джея, то Эбби и Лев так и умерли бы там, на пляже, распятые. Более того: пощадив Элли в театре в последний из трех дней в Сиэтле, Эбби и не подозревала, что этот поступок спасет ее в будущем. Однако за этими совпадениями не стоит никакой морали или подтекста. Игра не пытается сказать игроку: «Делай верные нравственные выборы и всегда извлечешь из этого какую-нибудь пользу». Нет. Эти события – просто доказательство существования неизбежности, непредсказуемости жизни, своего рода реализма, который борется с самой идеей предсказаний.

Цикл насилия, который становится движущей силой сюжета The Last of Us Part II, разрушает героинь истории. Но он же способен стать источником блага – гораздо большего, чем очевидное морализаторство о том, что «у каждого поступка есть свой вес».

17

Преступления и наказания

Ему грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу. Все должны были погибнуть, кроме некоторых, весьма немногих, избранных. Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. ‹…› Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. ‹…› Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. ‹…› Не знали, кого и как судить, не могли согласиться, что считать злом, что добром. Не знали, кого обвинять, кого оправдывать. Люди убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе. Собирались друг на друга целыми армиями, но армии, уже в походе, вдруг начинали сами терзать себя, ряды расстраивались, воины бросались друг на друга, кололись и резались, кусали и ели друг друга. ‹…› Начались пожары, начался голод. Все и всё погибало. ‹…› Спастись во всем мире могли только несколько человек, это были чистые и избранные, предназначенные начать новый род людей и новую жизнь, обновить и очистить землю, но никто и нигде не видал этих людей, никто не слыхал их слова и голоса.

Элли и Раскольников

После всего, что мы уже обсудили, ясно: The Last of Us Part II поднимает вопросы совести и последствий наших поступков. Конечно, этот сюжет не нов, но в первую очередь нас интересует сам процесс. То, насколько эффективно и актуально игра говорит на эти темы. Ранее в этой книге я проводил параллели между первой частью серии и мифом об Ифигении. Теперь же предлагаю вам перенестись в Россию XIX века и взглянуть на одно из величайших литературных произведений в истории, эталон философского романа. Речь, конечно, о «Преступлении и наказании» Фёдора Михайловича Достоевского. Да-да, понимаю, вы, должно быть, скажете, что автор этих строк сначала за уши притягивал к своим рассуждениям о видеоиграх греческую мифологию, а теперь еще и вообразил себя знатоком классической литературы.

Позвольте мне прервать вас на этом месте. Я вовсе не специалист по античности и тем более не филолог-русист. Изначально я погрузился в том «Преступления и наказания» толщиной в семьсот с лишним страниц так, словно это многообещающий детектив. Я, конечно, мог бы пересказать вам миф о Сизифе, поговорить о неотвратимости судьбы и абсурдности целей Элли.

Однако, используя в качестве примера роман Достоевского, я вовсе не пытаюсь утверждать, что The Last of Us Part II – произведение того же уровня; будем скромнее. Нет, наша цель – понять механизм повествования и понаблюдать за тем, как именно Нил Дракманн подходит к трактовке отнюдь не нового сюжета. В конце концов, разве плохо искать в признанном шедевре идеи, которые помогут нам понять более новое произведение?

Раскольников, антигерой «Преступления и наказания», – студент, вынужденный бросить учебу из-за нехватки денег. Философ и мечтатель, обладающий блестящим умом, родился в бедной семье. Средств в ней не хватает, чтобы обеспечивать потребности Раскольникова. Кроме того, он одиночка, готовый сомневаться в обществе и моральных ценностях. Вдохновившись Наполеоном, он воображает себя гением, сверхчеловеком, избранным ради великого дела, которое его окружение неспособно себе даже представить.

Раскольников вынужден постоянно прибегать к услугам процентщицы, чтобы обменять свои скромные пожитки на несколько монет. В результате он проникается ненавистью к этой скупой и сварливой женщине, мелкой душонке, которая даже с сестрой обращается скверно. Чем быстрее тают жалкие сбережения антигероя, тем сильнее он злится на процентщицу. Одержимый фантазиями о собственном величии, он воображает, что имеет право совершить преступление.

Раскольников считает процентщицу паразитом на теле общества и убивает ее и ее сестру топором. Этот поступок терзает его. Доведенный чувством вины до сумасшествия, больной и физически истощенный, он находит спасение лишь в любви к юной проститутке Соне. Он признается ей в своем преступлении, а та убеждает его сдаться полиции. Ему назначают наказание и отправляют в Сибирь.

Достоевский рисует портрет убийцы. Почти неслыханная тема для XIX века, которая в сочетании с великолепной прозой автора обеспечила книге статус классики. Именно такой сюжетный мотив изначально задумывали для The Last of Us Part II: сопровождать монстра – в данном случае Элли – на его пути. Стать соучастником преступлений, страдать, преодолевать страдания и в итоге понять. Вы могли бы возразить, что в постапокалиптической вселенной игры насилие – дело привычное, а характеры суровы. Но мир The Last of Us мало чем отличается от мира России XIX века, где царили жестокость, хаос, нищета и голод.

«Преступление и наказание» – философский роман, который предлагает понять, как человек превращается в чудовище. При этом Достоевский не пытается вывести из этого какую-то мораль или послание. Он хочет изучить и понять, что может стоять за таким аморальным поступком, как убийство. Для этого автор играет с приемом разных точек зрения.