Николай Желунов – Тайный Дозор (страница 60)
В этот момент пленница вскрикнула, закатила глаза, и ноги ее подкосились. Как ни было ей плохо – она поняла: Скиф просит ее отвлечь внимание Дориана. Для того чтобы подхватить Женьку и парой пощечин привести в чувство, Темному понадобилось всего несколько секунд. Но этого времени хватило Скифу для того, чтобы, не вынимая из кармана телефон, на ощупь открыть историю звонков, выбрать последний набранный номер и включить повторный звонок.
Последний набранный номер в истории звонков был моим.
Когда я взял трубку, я услышал то, что происходило в квартире Скифа. Это был единственный знак, который шеф успел подать нам, оставшимся на свободе бойцам.
Мы с Нелли разбирали только отдельные слова, но узнали голос Дориана. Вскоре связь оборвалась, и до шефа мы больше не дозвонились. Я поочередно набирал номера Куно, Фрейда, Байта и Женьки – и раз за разом слушал «абонент недоступен».
Поезд причалил к перрону Курского вокзала, и мы с Нелли, подняв воротники курток, растворились в толпе. Мы понимали только одно: случилась огромная беда. Вдалеке в зале ожидания мелькнули ауры Темных – и мы поспешили на улицу. Мы не сомневались, что были объектом охоты.
Где-то позади нас, на дороге в Москву, оставался ничего не подозревающий Квинт. Перед тем как спуститься в метро, я скинул ему эсэмэс:
Глава 5
Последний день второго месяца весны в Москве больше напоминал глубокую осень. Исполинская воронка циклона, скрученная из потоков холодного воздуха и свинцовых косматых туч, медленно вращалась над огромным пространством, центром которого стал наш город. С рассвета зарядил мелкий колючий дождь. Мы с Нелли как две тени скользили в переходе метро среди пассажиров, прятались за их спинами в вагоне поезда, уносящего нас к «Шаболовской». На «Павелецкой» состав стоял долго, и я видел на платформе двух молодых Темных; они внимательно вглядывались в каждое лицо.
На Шаболовке расшалившийся ветер рвал плащи, дергал девушек за волосы – словно хотел загнать всех домой. Здесь мы спрятались в маленькой прокуренной рюмочной и сидели над чашками чая, ожидая звонка Квинта. К счастью, с нашим товарищем все было в порядке. Он выполнил приказ Скифа (уже не казавшийся мне таким жестоким) и добрался до столицы на попутных машинах.
Когда он вошел в рюмочную, мы по очереди обняли его.
– Не представляешь, как я рад, что ты жив, – выдохнул я.
– Что с остальными? Кто-нибудь отозвался?
Я только покачал головой.
Мы не рискнули приблизиться к нашему офису. С крыши здания в соседнем дворе он был хорошо виден: все окна выбиты, на стенах следы огня. Из комнаты, где находился кабинет шефа, все еще шел дым. Улица была завалена обгорелыми кожаными матами – видимо, жильцы окрестных домов пытались спасать наше имущество. Красавец «рено альпин», припаркованный у входа в офис, также разбит и сожжен. Я уехал, и некому было загнать его в гараж. Около машины переминались два продрогших милиционера в дождевиках, один из них что-то записывал в блокнот.
– Вот и все, – сказал Квинт, закуривая, – конец Тайному Ночному.
– Погоди, мы еще не знаем всех обстоятельств, – возразил я.
– Ты слышал голос Дориана по телефону Скифа, – горько сказала Нелли, – какие тебе еще нужны обстоятельства?
– И что нам теперь делать? Бежать к Гесеру? Юра, ты теперь старший по званию.
Квинт откашлялся:
– Гесера нет в Москве, ты что, забыл? И Большой Дозор связан Договором. Ни в коем случае нельзя его вмешивать. Это будет означать войну.
– Я буду мстить, даже если вы не поддержите меня.
– Не спеши, Кот. Давайте лучше подумаем, почему Темные сделали это. Я вижу только одну причину – они не хотят, чтобы мы испортили шоу. Значит, нужно его испортить во что бы то ни стало.
Нелли достала из чехла на спине катану, придирчиво осмотрела лезвие:
– Ты плохо знаешь Дориана, Юр. Он мог дать команду перебить нас просто из ненависти.
– Он жестокий убийца, но не идиот, – возразил Квинт, – сегодня не время для сведения счетов. Темные почувствовали растущую опасность и решили нанести упреждающий удар. По счастливой случайности мы с вами оказались в этот момент не в Москве. Пусть нас уже не восемь, а только трое, но задача не изменилась.
– «Лужники» будут хорошо охранять, – заметила девушка, – и у нас маловато оружия.
– А в нашем офисе?
– Я бы не рискнул. Если в офисе что-то и осталось после погрома – нас там скорее всего ждут.
– Постойте, – сказал я, – есть гараж…
– Ты знаешь, где он? – резко обернулся Квинт.
– Да, Скиф показал мне… только мне, и просил держать это в тайне от всех. Впрочем, вряд ли в гараже может быть какое-то серьезное оружие…
Мои друзья переглянулись и рассмеялись.
– Ничего, – сказала Нелли, – он еще новичок.
Я ожидал увидеть пустое помещение, тусклую лампочку под потолком и коробки с автохламом в дальнем углу – но когда автоматическая дверь гаража поднялась перед нами, мы все трое раскрыли рты от изумления.
Нет, и тусклая лампочка, и коробки – все было на месте. А еще…
Прислонившись к стене, закатив глаза, в гараже стоял Омогой. Тот самый якутский или бурятский Светлый маг, заказ которого и привел меня в Тайный Дозор. Он легонько покачивался с пятки на мысок, беззвучно шевеля сухими губами. Рядом, понурив голову, неподвижно, как чучелко, стояла его гнедая лошадка с колокольчиками в гриве.
– Заходим, – бросил Квинт, – все быстро внутрь и закрывайте дверь.
– Омогой, – ошарашенно пробормотал я, – какими судьбами?
– Не старайся, он тебя не услышит. Это химера. И сейчас он умирает, смотри!
Дверь гаража опустилась у нас за спиной. Я во все глаза смотрел на цветастый халат Омогоя – от него тянулись вверх тонкие струйки темного дыма. Кожа лица стала бледной до синевы и пошла мелкими пузырьками.
– Неприятное зрелище, да, – проговорил Квинт, – уж не представляю, зачем и где Скиф держал его все эти месяцы, но раз привел сюда, значит, пришло время использовать твою добычу, Кот.
Он без церемоний забрался в карман цветастого халата и извлек до боли знакомый расписной футляр с Перстом Энлиля.
– Ты знала? – спросил я Нелли.
– Догадывалась.
Ощущение зыбкости происходящего захватило меня. Значит, Скиф обманывал нас. Или недоговаривал всей правды. С благородной целью, конечно.
Ты мог бы и сам догадаться. Скиф не был посредником в вашей сделке с Омогоем. Он организатор. Он не стал привлекать никаких чужаков – сторонний Иной мог сделать ошибку или попасть в руки Темных и расколоться. Химера же выполняет приказы хозяина беспрекословно и, если надо, умрет, играя порученную роль. Вспомни Сати.
Еще уверенней в этом любительском театре сыграл ты сам. Смотрел в глаза Инквизиции и Темным, клялся им, что не знаешь, куда увезли Перст Энлиля. Если бы Скиф сам заказал кражу – правду сумели бы из вора вытрясти. Самый верный способ скрыть информацию – не доверить ее исполнителю.
Какие еще сюрпризы сегодня нас ждут, хотел бы я знать?
– При высоком уровне мастерства, – задумчиво сказал Квинт, – можно создать химеру, способную существовать самостоятельно. Такой была девочка, охранявшая артефакт. Ее создатель дал ей свободу передвижений, возможность черпать Силу у людей, как Иные, и научил некоторой магии. Сейчас она считает себя человеком, потому что ты внушил это ей, но по своей сути она – искусственно сотворенная Иная. Омогой менее продвинутая версия химеры – он не может жить отдельно от своего создателя, от Скифа. Он питался его энергией, даже находясь от него на большом расстоянии. Сейчас он умирает. А это значит, – Квинт вздохнул, – что Андрей либо наглухо отсечен от любых видов связи, либо… его уже нет в живых.
– Скиф сотрудник Дозора, – нахмурился я, – за его убийство Дориана развоплотят.
– После шоу Дориану нечего делать в городе, – грустно сказала Нелли, – даже если мы докажем его вину – найти убийцу будет невозможно.
Оружие находилось в подвале гаража. Патроны и метательные ножи. Заряженные под завязку Силой амулеты. Снаряжение – кобуры, лазерные прицелы, индивидуальные медицинские пакеты. Мы с Квинтом тщательно экипировались. Нелли взяла только немного патронов для револьвера.
– Надеешься на свой меч? – спросил я.
– Если мой день и в самом деле настал, – ответила Нелли, – то управлюсь и мечом.
Я оставил друзей ждать в такси во дворе у метро «Спортивная» и не спеша зашагал к стадиону. До открытия «Вальпургиевой ночи» оставалось еще много времени, но кучки любопытных уже стали стягиваться к «Лужникам». Первое, что бросилось в глаза, – отсутствие милиции. Там и тут я видел крепких ребят в черной униформе с эмблемой ЧОП. Чем помешала Темным родная милиция? Я бывал на этом стадионе много раз. На любое крупное мероприятие мэр всегда отряжал для охраны порядка тысячи сотрудников МВД. Где они сегодня?
Завулон не хочет, чтобы на его вечеринке были посторонние.
Ажиотаж вокруг «Вальпургиевой ночи» все сильнее обескураживал меня. Я был уверен, что за столько часов до начала увижу пустую площадь перед стадионом – но на ней уже было людно. Москвичи, пришедшие на шоу, удивляли. Не то чтобы я ожидал увидеть одних только обдолбанных панков и завернутых в черные простыни сатанистов… хотя подсознание готовило именно к такому. Нет, подобные фрики тоже были в толпе, но немного. Я даже не сразу сообразил, что прилично одетые, на вид небедные люди, идущие к стадиону, и есть основная Завулонова паства. Я понял это лишь по знакомым черно-красным пригласительным билетам в их руках. Проезд автомобилей к арене закрыли, и гостям приходилось идти пешком. Смеялись, помахивая сумочками, красивые, хорошо одетые женщины с золотом в ушах и бриллиантами на груди. Настороженно поглядывали друг на друга подтянутые молодые люди в костюмах, подобные которым я видел только в дорогих бутиках в центре города. Некоторые прятали глаза под темными очками. Вот к ограждению подъехал дорогой автомобиль, распахнулась дверца, и из него вышел знакомый по выпускам новостей депутат Госдумы под руку с красивой молоденькой девушкой.