Николай Яременко – Фигурное катание. Честная история самого скандального вида спорта (страница 8)

Липницкая (первый из успешных выстрелов Тутберидзе) и Сотникова (продукт тренера Буяновой, прежде известной как Водорезова) мелькнули на сочинском небосклоне и больше не сияли. Липницкая явно устала от всеобщего внимания и обожания, от опеки мамы, свинтила в Сочи, а потом счастливо вышла замуж, родила ребёнка и теперь изредка появляется на инфонебосклоне, когда супруг из СВО приезжает на побывку домой – других инфоповодов не находится совсем. Сотникова активно выступала в коммерческих шоу, ходила по телеэфирам, организовала свою школу фигурного катания и время от времени блистает в лучах софитов. Про интервью Липницкой много не вспомню – их подолгу утверждали, потом, опубликовав, задним числом правили и в итоге всё равно с публикации снимали. Сотникова больше на виду, я сам общался с ней несколько раз, хотя и не разбираюсь в фигурном катании так глубоко, как профильные журналисты и эксперты. Но обе они казались чистыми и безгрешными. Они не запятнали себя участием в допинг-историях, как Валиева на Играх-2022. Они не были страстными оппонентами, как Медведева и Загитова на Играх-2018. И вдруг – гром среди ясного неба: Сотникова сама заявляет, что допинг и её не обошёл стороной.

Тут, конечно, очень странны обстоятельства появления этой информации. В марте 2023-го она давала интервью татарскому радио. Из большого разговора многое было вырезано, и поэтому никуда ничего не пошло. А теперь, спустя почти четыре месяца, ребята покопались в своей памяти и в черновиках интервью – и нашли следующий фрагмент. Мы приведём его целиком: «Вспоминая 2014 год, когда через какое-то время мне сказали, что у меня нашли допинг, и у меня должен был быть суд. Но потом меня оправдали, потому что открыли вторую пробу, и у меня всё было хорошо».

Если честно, то здесь у меня миллион вопросов: «мне сказали» – это, простите, кто сказал и при каких обстоятельствах? Вариантов тут может быть много и каждый будет означать что-то своё. Любые намёки на допинг сразу становятся известны всем. А уж положительная допинг-проба «А» точно тиражировалась бы везде. Но даже наш любимый борец за чистоту спорта Григорий Родченков и тот много раз отводил от Сотниковой подозрения (развивать тему, что он она ему симпатична, не буду: в эротических рассказах Родченкова всегда главной фантазией являлись крупные и мускулистые лыжницы).

Поэтому я бы просто подумал не о глупом детском поступке, как стали писать очень многие сейчас, пытаясь обелить девушку (ей всё-таки уже 27 лет, о каком детстве вы говорите?), а о несколько иной причине. Эдакое кособокое желание оправдать молодых коллег. Ведь надо смотреть на контекст, а контекст очень простой и понятный: спортсменка говорила со своей собеседницей о допинг-скандале Камилы Валиевой. Очень часто оправдать кого-то мы пытаемся через попытку придать проступку характер чего-то распространённого – мол, все так делают. Полагаю, что WADA максимум, что может сейчас сделать – это опросить спортсменку детально. Ну и перепроверить допинг-пробу. Хотя лично мне что-то подсказывает, что все допинг-пробы отечественных спортсменов за 2014 год проверены уже вдоль и поперёк.

Так что не ждите сенсаций. А журналистам, которые вдруг бросились обвинять коллег из Татарии – мол, не время публиковать негативную информацию – посоветовал бы прикусить свой язык.

Часть вторая. Портреты героев

Кто и как куёт славу фигурного катания

Оставим в стороне историю с олимпийским скандалом. Пройдёмся по основным героям сегодняшнего фигурного катания страны. Может быть, уместно было бы даже начать книгу именно с них, но очень многие вещи приходится говорить с отсылкой к главному событию 2022 года – Олимпиаде. Тем более что она стала последним турниром для российских спортсменов на долгое время.

Так что нарушим композиционную целостность картины – и вот теперь-то перейдём к ключевому, а именно к портретам главных героев нашего фигурного катания. Не у всех из них российское спортивное гражданство. Но за это осуждать спортсмена в голову никому не придёт.

Алина Загитова и «безызбежность» хейта

Мне всегда говорили, что в мире болельщиков есть только одна секта – это болельщики «Спартака». То ли я глубже погрузился в мир фан-движений и прочих околофутбольных страстей, то ли просто шли годы и мир менялся, но даже в футболе сектой мне давно кажется мир вокруг питерского «Зенита». Мало хорошей аналитики, качественной информации вокруг клуба, зато есть необъяснимая вера в величие прежде второсортной команды из дождливого провинциального города. Среди моих друзей встречаются болельщики «Зенита», которые это осознают и мне честно признаются: слушаем московские стримы, читаем спартаковские и прочие московские паблики, потому что там о футболе написано больше и умнее. Оттуда и про свой клуб больше объективной информации узнаём.

Жизнь повернулась иной стороной. Секта в среде болельщиков сегодня – это однозначно фигурное катание. И в подавляющем большинстве случаев формируется она вокруг той или иной одиночницы. Липницкая или Сотникова не успели обрасти такой армией поклонников – слишком давно это было (да, девять лет сегодня – это вообще другая эпоха, палеолит практически), а вот дальше началась жесть. Пиком стали битвы между сектой Медведевой и сектой Загитовой. И если бы они лишь атаковали друг друга в соцсетях – это полбеды. Но их агрессия распространяется максимально широко. Надо ли напоминать истории, когда выдающуюся журналистку Елену Вайцеховскую вынуждены были уволить, если не ошибаюсь, из «России Сегодня» начальство не выдержало тысяч гневных сообщений и писем, когда Елена позволила себе высказать своё личное мнение о том, кто талантливее из спортсменок. Это, конечно, многое говорит о руководстве, которое ради своего спокойствия прислушивается даже не к сигналу сверху (а он тоже был передан через жену Дмитрия Киселёва, подругу Этери Тутберидзе), а и к улюлюканью снизу. Но это говорит и об активности фанатов фигуристов.

Если вы куда-то далеко отъезжали, то напомню: из Алины давно и старательно делают телеведущую. Ясно, что если принято решение, то ни перед чем останавливаться не будут: все будут терпеть, как она по десять раз сбивается, читая с суфлёра простое представление следующего номера. Можно ведь и обезьянку научить рано или поздно печатать Шекспира на печатной машинке, вопрос один: зачем это обезьянке? Станет ли она от этого счастливее? Коля Валуев за десять лет научился вести эфиры. Его уже не воспринимают как неандертальца – его всё чаще воспринимают как очень большого дядечку, который не всегда помещается в депутатское кресло или в телеэкран.

Я не хочу унизить Алину и прочих её партнёров/соперников. Просто с семи (а кто и с пяти лет) они не учатся в школе – они только прыгают и крутятся. Кто-то успешнее, кто-то – нет. А кто-то и вовсе виртуозно и гениально. Но семь на двенадцать они никогда в уме не умножат. Их просто никогда этому не учили, для их самореализации это не было нужно.

Итак, Алина перед хоккейным матчем отвечает на вопрос, как часто она смотрит хоккей, ведь её папа хоккеист:

– Это без…ыз… – тут споткнулась, но всё-таки дорулила, – безызбежно.

Те, кто позволил себе лёгкие шутки в адрес Алины («так говорить льзя» и т. п.), были сметены мощным потоком хейта от поклонников.

Камила Валиева, пришедшая в комменты к питерскому журналисту Кириллу Легкову, написала с пунктуационными ошибками, которые мой питерский друг, разумеется, аккуратно исправил, за что и он получил от сотен и тысяч просьбу не выделываться и уважать олимпийскую чемпионку (Является ли Валиева чемпионкой Игр – ещё большой вопрос, кстати. Медали-то пока никому не вручены из-за её участия в допинг-скандале.).

Наученная горьким опытом, Вайцеховская пишет по этому поводу: «Каждый из нас оговаривается. Каждый из нас сталкивается с ситуацией незнакомых слов. Вообще не проблема, на мой взгляд. Откуда (коллеги, к вам вопрос) столь гипертрофированное стремление сделать на этом акцент? Меня учили (не самые последние люди в отечественной спортивной журналистике) не пользоваться с упоением тем, что человек оговорился или обладает недостаточно широким словарным запасом… Вот эти тонны хейта сейчас – зачем? Вместо того, чтобы услышать, включается “обосрать”. Люди, вам реально от этого становится легче? Ну ведь мерзость, с какой стороны ни глянь»…

Лена – большой специалист, но я бы всё-таки не мешал в одну кучу лёгкий троллинг, обычное журналистское внимание к деталям и хейт. Да, Загитова на ТВ – это уже компромисс. Между желанием рейтинга любой ценой и здравым смыслом. Но ведь есть и другие, более способные.

Я не могу забыть начало декабря 2017 года, когда в Цюрихе МОК решал вопрос, допускать нас или нет к Играм в Пхёнчхане на фоне гигантского допинг-скандала, связанного с Россией, её спортсменами и особенно функционерами. Ехали всего несколько спикеров. Среди прочих – почётный президент ОКР Виталий Смирнов (ясно, что спецслужбист со своими зарубежными коллегами может на одном языке поговорить – до 2001-го, пока Смирнов был при власти, он всегда обо всем договаривался) и… маленькая девочка, несовершеннолетняя ещё Евгения Медведева. До Игр было два месяца, каждый шаг – лёд, не лёд – был на это время расписан по минутам, но Женя нашла тогда искренние и правильные слова (кстати, на английском), которые для суровых дяденек в комиссии были решающими.